Следы в высокой траве - Татьяна Викторовна Полякова

– Идите умывайтесь. Завтрак стынет.

С этим она и ушла, оставив меня стоять посреди веранды с каким-то тревожным ощущением. Я подхватила полотенце и вышла из комнаты.

Ленка, как водится, проснулась ровно в тот момент, когда на стол поставили оладьи. Это был ее редкий талант: не прикасаться к кулинарии самой, но всегда являться на все готовое в самое подходящее время.

– Доброе утро, – промурлыкала она, усаживаясь за стол. – Я что-то пропустила?

Некоторое время мы ели молча. Я ждала, что бабуля сама вернется к вчерашнему разговору, но она будто нарочно завела речь о том, что тетя Галя опять пустила козу на чужие грядки. Лена кивала с живым интересом, но я слишком хорошо знала ее, подруга молчала только потому, что в голове у нее уже созрел вопрос.

И разумеется, долго тишина не продлилась.

– Клавдия Петровна, – сказала она, обмакнув оладью в сметану, – а Зоя с Роговым много общалась?

Бабушка улыбнулась.

– Что я, свечку держала по-твоему? И вообще, ешь, не отвлекайся, на голодный желудок думать вредно.

Через двадцать минут мы уже шли к почте, потому что точно знали: если не сделаем этого сейчас, нас обязательно опередят. Рогов уже погиб, а значит, это никакая не игра.

Солнце поднималось выше, день обещал быть жарким, а я уже жалела, что не захватила бейсболку.

– Ты заметила? – спросила Ленка. – Клавдия Петровна не удивилась вопросу о Зое.

– Бабушку вообще сложно поразить.

Когда мы вошли в здание почты, Зоя сидела за столом и раскладывала квитанции. Увидев нас, она сначала улыбнулась, но улыбка вышла какой-то кривой и быстро исчезла.

У меня появилось необычное предчувствие, будто сейчас мы узнаем то, чего нам лучше бы не знать вовсе.

– О, девочки, вы чего так рано?

– Соскучились, – бросила Ленка.

– По мне? – нервно усмехнулась Зоя. – На самом деле хорошо, что пришли. Пенсия для Клавдии Петровны поступила, как раз хотела после обеда к ней ехать.

Я заметила, что ее пальцы продолжают перебирать бумажки, хотя она уже давно разложила их по местам, обычно так делают, когда очень хочется чем-нибудь занять руки.

– Мы хотели спросить про Рогова, – сказала я.

Зоя сразу перестала шуршать квитанциями. Я бросила быстрый взгляд на Ленку и решила зайти с другой стороны:

– Ты историю про клад знаешь? Не припомню, чтобы в детстве мы это с кем-то из местных ребят обсуждали.

– Слышала, конечно, от бабки своей покойной, но ничего нового вам не расскажу. Ну якобы закопали золотишко на краю деревни, а у нас этих краев – копать не перекопать.

Подруга нахмурилась, но промолчала.

– Погоди, а амбар? – уточнила я.

– Что – амбар?

– Разве не там клад искать следует?

– Да нашли бы уже сто раз, кабы знали, где копать.

– Тебя не смущает, что он начал именно там?

– А мне-то какое дело? Где решил ерундой заниматься, там и принялся.

Она сказала это с такой легкостью, что их с журналистом романтическая связь показалась мне в этот момент очень маловероятной.

– Получается, что точное место по легенде не указывается?

Зоя вздохнула.

– Ну как же, Сосновка. Довольно точно, по-моему.

Выходило, что либо она не знала о том, что клад, по легенде, спрятан у амбара, либо по какой-то причине решила скрыть свою осведомленность.

– А с кем тут Рогов общался? Что спрашивал? Что вообще делал на почте?

Последний вопрос девушке явно не пришелся по душе.

– Да ничего особенного, – слишком быстро ответила она. – Как все: марки покупал, конверты, чай.

Ленка прислонилась бедром к столу и прищурилась.

Я видела, как Зоя напряглась. Она переводила взгляд с меня на мою подругу, будто решая, можно ли нас просто выставить за дверь или это будет выглядеть слишком подозрительно.

– Слушай, – сказала я уже мягче. – Мы не из любопытства. Рогова убили, а мы так-то тоже клад хотим найти, а что, если мы следующие жертвы, если дело именно в золоте?

При слове «убили» Зоя машинально облизнула губы.

Пауза вышла длинная. За окном мелькнула тень: кто-то прошел по улице, послышался скрип велосипеда, и от этого обычного деревенского звука стало почему-то еще тревожнее.

Почтальонша встала, подошла к двери и прикрыла ее плотнее. Вернувшись к столу, она понизила голос:

– Только вы от меня этого не слышали.

– Конечно, – тут же кивнула Ленка с такой готовностью, что едва не застонала от предвкушения.

Зоя бросила на нее мрачный взгляд.

– Он письмо отправлял в редакцию.

– Какую? – спросила я.

– Не помню точное название, в область.

– И что в этом странного? – спросила Ленка.

Зоя посмотрела на нее так, будто вопрос показался ей на редкость глупым.

– Во-первых, бумажное письмо. У нас такие старики и то редко шлют, а тут мужчина молодой.

– Ну, он ведь везде с блокнотом ходил вместо смартфона или диктофона, как сейчас многие делают, наверное, ему так проще фиксировать мысли.

– Насторожило не столько само письмо, но и то, как он себя вел. Пришел взвинченный, все оглядывался. Я ему говорю: «Ты что, шпионские донесения отправляешь?» А он засмеялся, но как-то… не по-настоящему. И сказал: «Если все подтвердится, это будет сенсация».

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.

– А ты не спросила, в чем дело, может, он напал на след клада?

– Спросила, конечно. Я что, по-вашему, железная? – огрызнулась Зоя, но тут же сбавила тон: – Только он сразу замолчал. Сказал: «Чем меньше знаешь, тем спокойней спишь».

Ленка тихо присвистнула.

– И ты, конечно, после этого спокойно спала.

Зоя ничего не ответила. Вместо этого посмотрела в сторону сортировочного стола, где лежали стопки газет, перевязанные бечевкой. Рядом стоял электрический чайник.

Я проследила ее взгляд и заметила на краю маленький канцелярский нож с засохшими следами клея на лезвии, оставленный поверх конверта. Мой интерес не укрылся от Зои.

– Что? – бросила она резко.

– Ты что, вскрываешь чужие письма? – спросила Ленка в лоб, отметив, как и я, что конверт был подписан.

Почтальонша побледнела.

– Ты с ума сошла? Да будет тебе известно, иногда конверты бывают плохо заклеены.

Зоя сжала пальцы в кулак так, что побелели костяшки.

За окном вдруг раздался глухой шум двигателя, и девушка вздрогнула так сильно, что едва не уронила нож.

Мы все трое одновременно обернулись к окну.

Мимо почты медленно проезжал старый грязный трактор с характерным сиплым выхлопом. За рулем сидел Гоша, в нашу сторону он будто бы даже не смотрел, но скорость сбросил так, словно ему было важно понять, кто сейчас находится внутри почтового отделения. Зоя отступила от окна на шаг.

– Вам лучше уйти, – сказала она. – Прямо сейчас.

– Подожди, – засуетилась я. –