Следы в высокой траве - Татьяна Викторовна Полякова

– Вот еще, – фыркнула девушка. – Вы меня ни с кем не путаете?

– С Ольгой? – быстро догадалась Ленка.

– Этот ваш журналист ко мне клинья подбивал, да только вся деревня знала, что он уже с продавщицей шуры-муры крутит. Оно мне надо, в такую ерунду ввязываться? Своих хлопот хватает.

С улицы донесся звук хлопнувшей дверцы, но не тракторной – автомобильной. На этот раз Зоя даже не пыталась скрыть испуг, быстро метнулась к окну, выглянула и отпрянула так, словно снаружи полыхал пожар.

– Поздно, – прошептала она.

Я подошла ближе и тоже посмотрела наружу.

У крыльца почты остановился знакомый уазик, из него уже выбирался Корнеев, а Егор обходил машину с другой стороны. А чуть поодаль, возле трактора, стоял Гоша и смотрел прямо на дверь.

На секунду мне показалось, что воздух в маленьком почтовом помещении стал плотнее и тяжелее.

Ленка прижалась ко мне так сильно, что я почувствовала, как у нее дрожит плечо.

– Спокойно, – сказала я тихо, сама не понимая, к кому обращаюсь: к ней, к Зое или к самой себе.

– Вот это мы не вовремя, – процедила подруга.

Голос звучал без обычной бравады, вероятно, она боялась, что наши инициативы по допросу сосновчан могут стать поводом для отмены договоренностей относительно сегодняшней прогулки. А встречу с Егором ей отменять точно не хотелось.

Снаружи послышались уверенные шаги по настилу деревянного крыльца. Я теперь, кажется, могла узнать наших новых знакомых даже по поступи.

Зоя за стойкой схватила небольшую пачку писем и принялась перекладывать их с таким рвением, будто от этого зависел размер ее заработной платы.

Первым вошел Корнеев, как всегда спокойный, будто приехал не в эпицентр чужой нервозности, а за подпиской на районную газету. Егор шагнул следом, окинул нас взглядом и едва заметно улыбнулся, но, заметив выражение лица Зои, тут же посерьезнел.

– Доброе утро, – сказал Корнеев.

– У кого как, – пробормотала Ленка.

Я ткнула ее локтем в бок.

Дмитрий Евгеньевич перевел взгляд на нас.

– Удивительное совпадение, – сказал он. – Куда ни приедем, вы уже там.

– Мы люди общительные, – нашлась Ленка.

– Это я заметил.

Егор, не говоря ни слова, подошел к окну и присел на подоконник, а Корнеев тем временем подошел к стойке, бросив на нас с подругой короткий взгляд, вероятно предлагавший убраться восвояси.

– Зоя Николаевна, нужно уточнить один момент по корреспонденции, той, что отправлял Рогов.

В помещении повисла тишина, даже Ленка на этот раз промолчала, за что получила от меня мысленное одобрение.

Зоя оперлась ладонью о край столешницы.

– За последние дни не так уж и много ее было, – ответила она. – Одно письмо в редакцию, заказное.

Егор вытащил из кармана листок бумаги и положил на стол. Это было не письмо, а, судя по всему, какая-то квитанция.

– У нас есть подтверждение отправки, – сказал он. – Но нет понимания, что именно там было.

Зоя посмотрела на бумажку так, будто та могла ее укусить.

– А я-то откуда должна знать?

Корнеев наклонил голову.

– Вы работаете на почте и, как говорят местные, иногда знаете о содержимом чужих конвертов больше, чем предусмотрено должностной инструкцией.

Я краем глаза посмотрела на Ленку, та чуть заметно выдохнула – то ли от удовольствия, что ее догадка подтверждается, то ли от предвкушения скандала.

Зоя вспыхнула.

– Местные много чего болтают!

– В этом я тоже не сомневаюсь, – кивнул Корнеев. – Поэтому предпочитаю спрашивать напрямую.

Он произнес это без нажима, без грубости, но я вдруг поняла, почему люди начинают отвечать ему, даже если изначально не собирались этого делать. Он не давил, но каким-то волшебным образом оставлял очень мало пространства для лжи.

Зоя дернула подбородком.

– Конверт был запечатан.

– Но не тщательно? – неожиданно спросил Егор.

Она бросила на него быстрый взгляд.

– Я не помню, честно.

– То есть вы его не вскрывали?

Зоя замотала головой.

Снаружи затарахтел мотор трактора. Гоша, видимо, передумал заглядывать на почту, а может, и вовсе не собирался, а остановился тут, чтобы просто перекурить.

– Хорошо, я сформулирую иначе: Рогов отправил письмо, после чего сказал что-то про сенсацию. Вам известно, о чем шла речь?

Вот теперь я поняла, что они знают не только про отправку, им известно куда больше, чем они озвучивают.

Зоя посмотрела на нас, наверное, хотела убедиться, что мы не выдадим того, о чем она успела проговориться несколько минут назад. Мне от этой мысли стало неуютно.

– Жительница вашей деревни, Галина Блинникова, утверждает, что как раз доставала очки из сумки на крыльце почты, когда услышала слова Рогова о сенсации, обращенные к вам.

Девушка закусила губу, прежде чем заговорить.

– Он был взвинченный в тот день, – сказала она наконец. – Это правда, но о содержимом письма я ничего не знаю.

Корнеев кивнул, будто именно этого ответа и ждал.

– Тогда еще один вопрос. Кто из местных особенно интересовался Роговым в последние дни?

– Старожилы, Ольга, историк этот, Дубровин, оно и понятно, где это видано, чтобы арендатора убивали, ну и ваши городские подруги, – она кивнула в нашу сторону с некоторым злорадством. – Журналист вообще здесь всем вопросы задавал, местные что-нибудь да рассказывали в ответ. Уж не скажу, что именно им интересовались, скорее его любопытством относительно давно забытых историй.

– Странно, – тихо сказала Ленка.

Я уже готова была наступить ей на ногу, но Корнеев вдруг сам повернулся к моей подруге.

– Что именно кажется вам странным?

– То, что все в деревне друг за другом следят, а как только дело касается чего-то важного, сразу никто ничего не видел.

На мгновение стало тихо, да так, что я услышала, как в стекло бьется несчастная муха, оказавшаяся в западне.

Егор не отводил взгляда от моей подруги.

– В этом, Елена, вы удивительно точны.

Корнеев опять повернулся к Зое:

– Хорошо, мы не будем вас больше задерживать, но, если вы что-то вспомните – что угодно, слово, имя, разговор, – сообщите сразу, номер телефона у вас есть.

Корнеев взял со стола свою бумагу. Егор задержался на секунду дольше, будто хотел что-то сказать, но только кивнул нам и пошел к двери. Попрощавшись с Зоей, мы припустили следом.

Выскочив из почты почти синхронно, будто боясь, что, если задержимся еще на минуту, про нас забудут, мы убедились, что машина все еще стояла у обочины, а двигатель работал.

Егор задержался у задней двери машины, придерживая ее.

– Прошу, – сказал он с легкой усмешкой. – Экспедиция не ждет.

– Звучит опасно, – ответила Ленка, забираясь внутрь.

Я полезла следом, а Корнеев занял место за рулем.

– Пристегнитесь, – сказал он спокойно.

– Мы в деревне, – заметила Ленка.

– Тем более, – невозмутимо ответил он.

Послушно потянувшись к