День возмездия. В лабиринте грехов - Анна Кэтрин Грин

– Если вы хотите мне сообщить что-нибудь насчет мистера Уайта, – пролепетала Мэри, – то, прошу вас, оставьте меня…

– Я не назвала имен.

Молодая девушка громко зарыдала и закрыла лицо руками.

– Я выдала себя, – прошептала она, – но что же из этого? Для меня все на свете потеряло какое бы то ни было значение. Единственное мое желание – скорее уехать отсюда!

– Но я не могу относиться ко всему этому безразлично, – отозвалась Флора тоном, не допускающим возражений. – Если вы почувствовали влечение к Стенхопу Уайту, то я, до известной степени, должна считать себя ответственной за это. Мне следовало сейчас же сказать вам, что его сердце не свободно, потому что нетрудно было предвидеть, что такой красивый молодой человек может вскружить голову любой женщине. На моей совести лежит, что я не предостерегла вас. Но вы виделись так редко, что я думала…

– Вы говорите мне то, что я уже знаю. Брак между нами невозможен.

– Совершенно невозможен. Ведь вы слышали наш разговор. Ему избрали уже жену, но он любит другую, которую знал раньше, чем вы приехали сюда.

– Знаю, – едва слышно прошептала Мэри.

До сих пор Флоре удавалось сдерживать свою ревность, но теперь она вспыхнула в ней с удвоенной силой.

– Вы знаете это! – воскликнула она. – Он сам сказал вам? Я старалась оправдать перед вами его невежливое отношение к вам, а оказывается, что вы имели тайные свидания!..

– Только одно, – прервала Мэри, – то, которому вы были свидетельницей.

Флора взглянула на нее недоверчиво.

– Должно быть, вы успели многое сказать друг другу за такое короткое время.

– Довольно для того, чтобы убедиться в невозможности для меня дальнейшей жизни здесь. Вы видите, что я несчастлива… Разве это не говорит вам красноречивее всяких слов, в чем заключался наш разговор?

Ее усталая улыбка и безнадежный тон рассеяли сомнения Флоры. Она вздохнула свободнее. Ревность прошла, и вместе с тем в ней проснулось горячее участие к бедному ребенку, узнавшему, как и она, вместе со счастьем любви и ее мучения.

Растроганная, она хотела привлечь Мэри к себе, но та уклонилась от ласки и дала понять, что хотела бы остаться одна. Флора вынуждена была предоставить пока молодую девушку самой себе и на время отложить дальнейшие объяснения.

Глава XVII

Объяснение

Когда после бессонной ночи Флора заглянула в свою гостиную, она с изумлением увидела, что туда вошла Мэри в пальто и шляпе, а за ней следовал Стенхоп.

– Мисс Далтон хочет оставить этот дом, – начал он с легким поклоном. – Отправляясь завтракать, я встретил ее на лестнице. Она сказала мне, что недоразумение, возникшее между вами, вынуждает ее немедленно удалиться отсюда. Действительно ли это так?

– Если мисс Далтон считает неудобным дальнейшее пребывание здесь, – с достоинством возразила молодая вдова, – то я не могу ее удерживать. Так как она совершенно независима, то она может поступать как ей угодно. Но я считаю своим долгом сказать, что нахожу довольно опасным для молодой девушки ходить с такими деньгами по городу.

Она указала на маленький мешок в руках Мэри.

Стенхоп также бросил взгляд на него, но, казалось, не был удивлен, а только тревожился за ее безопасность.

– Лучше было бы отнести эти деньги в банк, – сказал он.

– Это было также желание отца, но я его до сих пор не исполнила, – отозвалась Мэри.

– Мистер Далтон принадлежит к числу людей, предпочитающих хранить деньги дома, – объяснил Стенхоп. – Я видел у него гораздо большие суммы, чем те, которые находятся в распоряжении его дочери.

Флора не верила своим ушам.

– Так вы знали раньше мисс Далтон? – воскликнула она. – И знали, что она совсем не та, за кого я ее считала, когда брала ее в дом?

– Я знал, что в ней вы найдете подругу, Флора, потому что ведь это Мэри Эванс.

С минуту молодая вдова стояла как пораженная громом, потом она быстро овладела собой.

– Возможно ли? Она Мэри Эванс, а я огорчала ее, сомневалась в ней? О, простите меня, – обратилась она к Мэри и взяла ее за руку. – Он говорил что так зовут девушку, которую он любит, и я не могла допустить, чтобы он увлекся другой. Все было бы иначе, если бы я раньше знала, в чем дело. Я обещала позаботиться о Мэри Эванс, не правда ли, Стенхоп? И я сделаю это даже вопреки ее желанию.

Она заботливо сняла с Мэри пальто и шляпу и с любовью обняла молодую девушку. Мэри не сопротивлялась более.

– Но я не могу оставаться, – шептала она, – вы должны видеть, как больно и тяжело было бы это для меня. Отпустите меня, если вы хотите оказать мне дружескую услугу.

Стенхоп беспокойно ходил взад и вперед по комнате.

– Если мое присутствие заставляет вас уехать, Мэри, – сказал он наконец, останавливаясь перед ней, – то я могу вам сообщить, что сегодня же я отправляю отсюда все бумаги отца и сам уезжаю из этого дома. Будь это в моей власти, все разрешилось бы совершенно иначе.

Флора стояла в глубоком раздумье.

– А почему вы не можете последовать влечению вашего сердца, Стенхоп? – сказала она тоном горячего убеждения. – Ради верности мертвым мы не должны забывать наших обязанностей по отношению к живым. Отец завещал вам жениться только на Натали Уэлвертон, но ведь вы не знаете даже, есть ли вообще такая девушка на свете. Неужели из слепого повиновения приказанию отца, о котором, быть может, теперь он сам горько пожалел бы, вы погубите навек не только свое собственное счастье, но и покой этого молодого, невинного создания? Это была бы роковая ошибка, верьте мне, вдове вашего отца.

– О, если бы я мог! – глубоко вздохнул Стенхоп.

– Вы можете и должны, – продолжала вдова. – Разве не ваша священная обязанность позаботиться о том, чтобы Мэри, которую вы любите и которая доверяет вам, не осталась без крова и защиты? В таких важных вопросах человек должен слушаться только своей совести, никто не может ему предписывать, даже его отец. А ваш отец, кроме того, и не подозревал, что у вас уже есть обязательства!

– Это правда! Боже мой, это правда!..

– Если вы сами это признаете, не противьтесь больше влечению вашего сердца, оно укажет вам верный путь.

Флора увидала, что слова ее произвели впечатление, и быстро оставила комнату, убежденная, что Мэри сумеет говорить сама за себя.

Глава XVIII

Стенхоп и Мэри

– Ее устами говорит мой добрый гений! – воскликнул Стенхоп, как только закрылась дверь за Флорой. – Скажи только мне,