Уж на красной сковородке - Валерий Георгиевич Шарапов

Результата не было, но сотрудники методично прочесывали зону отдыха. Затем расширили охват. И вроде повезло. Мороженщица в сквере, примыкающем к пляжу, видела похожую женщину. Та прошла в купальнике (что не возбраняется, но уже могла бы и одеться), открыла дверь синего «Москвича», стоящего на общей стоянке. В машинах продавщица не разбирается, но это точно был «Москвич», потому что у ее зятя такой же. Причем не старый — значит, 408-й или 412-й. В машине предполагаемая убийца, видимо, переодевалась, но продавщица уже не смотрела, дети отвлекли — мороженое подавай! Краем глаза видела, как синий «Москвич» уезжал со стоянки. Номер, естественно, не запомнила — с какой стати? Куда повернул «Москвич», тоже не видела.

Синих «Москвичей» в городе Сочи, мягко говоря, как грязи. Из ГАИ пришел конкретный ответ: пятьсот шестьдесят. Это непосредственно в городе, а если взять окрестные населенные пункты, всяких приезжих, граждан, которые самолично (то есть незаконно) перекрашивали свой автомобиль…

Сотрудники начинали скисать. Так хорошо все начиналось — и опять уперлись в тупик. Особу с короткой стрижкой искали по всему городу, опрашивали кассиров, торгующих проездными билетами на остановках, продавщиц в киосках «Союзпечати». Проверили по базе МВД — никто похожий по криминалу не проходил.

Жила ли эта барышня в Сочи — тоже неизвестно. Факт, что она хладнокровно лишила человека жизни, наводил на размышления. Такие манеры — и ни разу не попасть в поле зрения правоохранительных органов? Последние сбились с ног, показывая фото горожанам. Сутки прошли в безуспешных поисках. За это время Зубову ничто не мешало покинуть регион. Больше всего бесило, что он спокойно мог пройти мимо и никто бы даже не почесался!

Отличился снова Денис Тимаков. Этого парня следовало взять на заметку. В поисках он большого рвения не проявлял, а потом и вовсе пропал. Возник, когда группа в полном унынии сидела в кабинете и составляла новый план проведения разыскных мероприятий. Денис вошел крадучись, с виноватым лицом, задержался у порога.

— Явились, ваше высочество, — проворчал Верест. — Однажды отличились — теперь можно и не работать?

— Товарищ майор, — отозвался сотрудник, — я, кажется, ее нашел… ну, эту нашу гражданку…

Немая сцена вышла настолько оглушительной, что позавидовал бы сам Гоголь.

— Перекрестись, — пробормотал Верест. — И излагай, наконец.

— Так, это самое… — лейтенант замялся. — Она же хорошо плавает, ныряет, может надолго задерживать дыхание под водой, вот я и подумал… Может, она какой-нибудь тренер по плаванию, или инструктор по нырянию, или что-нибудь еще в этом духе. Ведь попытка не пытка, товарищ майор? Ребята из информационного отдела помогли навести справки, составить список спортивных организаций, где она может работать. Я проехал всего по четырем адресам, в отделах кадров показывал удостоверение… В общем, это Нахимова Наталья Николаевна, сорок пять лет, работает тренером по плаванию в спортивном обществе «Буревестник», обучает подростков. Раньше профессионально занималась плаванием, участвовала в состязаниях, заняла второе место на первенстве «Кубань-семьдесят», потом ушла из спорта, перевелась на тренерскую работу. Трудится в Светлом — это городок в восьми верстах к югу от Сочи, там приличный спортивный клуб — филиал сочинского клуба. Поэтому в городе ее никто и не узнал. Проживает там же, в частном доме на окраине, Радищева, сорок четыре. Детей у Нахимовой нет, дважды выходила замуж, дважды разводилась… Работает по сменам, характер замкнутый, с людьми общаться не любит, но нареканий от начальства нет.

— Обалдеть, — завистливо прошептал капитан Кондратьев. — Скажи, Тимаков, ты когда генералом планируешь стать? Мы с Фещенко успеем майоров получить?

— Так, поехали. — Верест бросил ручку на стол. — С Тимаковым разберемся позднее. Нужен милицейский наряд — для подстраховки. Тимаков, остаешься в отделе, нам твои мозги еще понадобятся.

— Товарищ майор, я не уверен, что она сейчас дома, — растерялся Денис. — С утра уехала в клуб, не знаю, когда вернется. Может, не стоит пороть горячку?

Никто и не собирался действовать с кондачка. Но тянуть время, чтобы Зубов тепло распрощался с сестрой и отбыл восвояси — даже неизвестно, куда? То, что Зубов отсиживается у Нахимовой, было ясно как день. Частный сектор, заборы, минимум посторонних глаз. На Кружилина преступники вышли быстро — молодцы. Наверняка сестрица помогла. Но что его теперь здесь держит?

Подполковник Свиридов из Второго отдела, призванный оказывать содействие товарищу из Москвы, связался с милицией. Правоохранители выделили вооруженный наряд. В остальном — никакого шума.

До поселка Светлого доехали за 20 минут. Машины с государственными номерами не использовали, Кондратьев пожертвовал свои «Жигули» второй модели с кузовом универсал, еще пошутил, что сзади столько места, что оба связанных преступника войдут. Милиционеров заставили переодеться в штатское. Парни удивились, но распоряжение выполнили. Патрульная машина осталась на параллельной улице, сотрудники пешком, используя переулки, добрались до места.

День кончался, в шесть часов вечера на землю укладывались сумерки. Улица Радищева была явно не проходной. Восточная окраина, неплохие дома, просторные участки, но с подъездными путями власти недоработали. Асфальт сошел на нет, дорогу когда-то посыпали щебенкой, она вдавилась в землю. Дождевая вода стояла в колдобинах. Вдоль проезжей части произрастали глухие заросли. Едва ли здесь когда-либо ступала нога туриста…

Улочка казалась вымершей. По буеракам протащился компактный фургон с «физиономией» «Москвича» (такие используют для перевозки малогабаритных грузов), остановился у сорок шестого участка. Вышел грузный мужчина, открыл двустворчатые воротца, сливающиеся с оградой, сел за руль и задним входом въехал на участок.

Дом под номером сорок четыре находился ближе. Кудлатый кустарник вдоль штакетника, крыша, обитая шифером.

Группа собралась в пешеходном переулке, выходящем на дорогу. Переминалась с ноги на ногу Алена, с невнятным интересом поглядывала на майора. Жадно курил капитан Кондратьев — словно последний раз в жизни. Со стороны оврага, уминая тросточку в рыхлую землю, приближался пенсионер, с подозрением поглядывал на незнакомцев. Те и вправду вели себя крайне подозрительно. Верест вышел к нему навстречу, доставая удостоверение.

— Обойдите другой дорогой, товарищ. Комитет государственной безопасности, проводится операция.

— Чегось? — переспросил тугой на ухо пенсионер.

На глаза он тоже был тугой. Прыснула за спиной Алена, подошла, взяла старика под локоть и повела в обратную сторону, что-то втолковывая. Вернулась, убедившись, что товарищ движется верным курсом. Уже не смеялась, смотрела въедливо. Колыхнулись кусты под столбом электропередач, в переулок, пригнувшись, проник капитан Фещенко.

— Все в порядке, товарищ майор. Объект дома, недавно приехала. Синий «Москвич» стоит под навесом на участке. Нахимова вышла из дома, прошла на летнюю кухню, вернулась с большой кастрюлей. Одной ей столько не съесть