Забытое дело Калевалы - Анна Князева

– Не она.

Тишина стала плотной, почти осязаемой. Даже ветер затих, будто прислушался.

Стерхова опустила голову.

– Значит – всё сначала.

Глава 21

Координаты совпали

Мелентьев водит пальцем по экрану телефона. Карта Савельева. Сетка координат, финские обозначения, прямоугольник с диагональю у самой кромки воды.

– Можно доехать на машине. – Палец замер на точке. – Береговая линия, сразу за базой.

Он поднял голову и посмотрел на Стерхову. Она отодвинула стул и встала – быстрее, чем позволило тело. Покачнулась, но успела схватиться за край стола.

Мелентьев поддержал её за локоть.

– Я говорил. – Голос ровный, без упрёка. – Надо было везти вас в больницу.

Она отстранилась не сразу. Дождалась, когда мир перестанет вращаться.

Три удара пульса. Четыре.

– Подождите меня на улице.

Стерхова подняла голову, посмотрела ему в лицо.

– Теперь, чтобы собраться, мне нужно время.

– Давайте, съезжу один.

Мелентьев не двигался. Смотрел на неё и ждал.

– Нет. Для меня это важно. Поеду с вами.

Мелентьев вышел из номера. На террасе скрипнули доски.

Стерхова натянула куртку – медленно, каждое движение отзывалось болью. Проверила сумку: удостоверение, карта, телефон, блокнот. Всё на месте.

Взяла ключ со стола. Вышла, закрыла дверь. Дёрнула за ручку.

Мелентьев уже сидел в «Ниве». Двигатель работал на холостых. Она спустилась по ступеням. Села на пассажирское сиденье. Хлопнула дверцей.

– Поехали.

За воротами базы дорога шла в сторону Вуори, потом резко свернула к берегу. Мелентьев вёл медленно, объезжая неровности дороги. Стерхова не просила сбавить скорость. Просто сжимала зубы при каждом толчке.

Через несколько минут машина остановилась.

Слева от них вздымалась скальная гряда. Серая, в лишайниках, с кривыми соснами на вершине. У подножья скалы – одноэтажное здание.

Склад «Сампо Ранта».

Стерхова смотрела на склад. Потом – на скалу за ним. Снова на склад.

Достала телефон. Открыла интерактивную карту.

Координаты совпали точно.

Слишком точно.

Она не отводила взгляд от экрана. Увеличила масштаб. Палец замер на сером прямоугольнике.

– Матти… вы уверены?

Мелентьев посмотрел на свой телефон.

– Судя по координатам.

Стерхова открыла карту Савельева. Снова сверилась. Прямоугольник с диагональю лежал на том же месте, где сейчас стоял склад.

– Так не бывает… – Она подняла глаза и посмотрела на здание.

Мелентьев вышел из машины. Хлопнул дверцей.

Стерхова открыла свою. Опустила ноги на землю, подождала, пока перестанет кружиться голова. Сделала шаг. Второй.

На улице, возле склада было безлюдно. Ворота заперты на висячий замок, но калитка в них – приоткрыта.

Мелентьев вошёл первым. Стерхова – за ним.

Свет падал из окон под потолком – тусклый и серый. Вдоль стен стояли стеллажи с продуктами.

Воздух был тяжёлый. Дышать полной грудью не получалось.

Из-за конторки выскочил невысокий мужчина в телогрейке поверх клетчатой рубахи. Лицо красное, глаза настороженные.

– Чего вам?

Стерхова достала удостоверение.

– Нам нужно провести осмотр помещения. Сейчас.

Кладовщик загородил собой дорогу.

– Валерий Николаевич запретил пускать посторонних!

Мелентьев показал удостоверение. Сделал шаг вперёд. Теперь они стояли друг от друга на расстоянии вытянутой руки.

– Мы не посторонние. Мы из следственного отдела.

Кладовщик не отступал. Грудь колесом, подбородок вперёд.

– Ордер есть?

Мелентьев смотрел на него сверху вниз и молчал.

Кладовщик моргнул. Потом ещё раз.

– Отойди, – сказал Мелентьев.

Стерхова прошла мимо них. Мелентьев шёл за ней, не обгоняя. Она уже была в коридоре у мастерской. Заглянула. Внутри – никого. Верстак, тиски, запах масла.

Направилась дальше.

Коридор сузился, пол стал неровным – бетон крошился под ногами. В торце – ещё одна дверь. Железная, без таблички.

Стерхова дернула за ручку. Заперто.

И тут она заметила, что стена в торце коридора не бетонная. Это был живой камень с неровной поверхностью, в трещинах, с разводами ржавчины. Скала врезалась в склад, будто его нарочно построили возле неё.

Стерхова замерла.

Смотрела на серый камень.

Сделала шаг.

Нога ступила неточно, тело повело, плечо ударилось об откос.

Мелентьев подхватил её, и боль прошла по рёбрам тупой волной.

– Спасибо.

Она сделала шаг – на этот раз контролируя каждое свое движение. Пальцы коснулись камня. Поверхность была холодной и шершавой, с мелкими выбоинами. Провела рукой по горизонтальной линии – слишком ровной и слишком прямой.

Сдвинулась в сторону, ловя взглядом свет.

Нахмурилась и отступила на шаг.

Линий было несколько, они переплетались не хаотично, а слишком правильно для природных царапин и трещин.

– Матти…

Она не договорила, развернулась и быстро пошла в мастерскую. Взяла пластиковый стакан и набрала из кулера воды.

Вернувшись к скале, ещё раз проверила: ощупала пальцами. Потом выплеснула воду на камень. Вода потекла по поверхности, заполнила впадины.

Собралась в линиях.

Задержалась в углублениях.

Камень потемнел, и линии проступили. Ровные, уверенные, выбитые в камне, они сложились в фигуры, веревки и лодку.

Стерхова смотрела, не отрываясь. Потом достала из сумки рисунок Кеттунена, развернула и поднесла к камню.

Сверила линию за линией.

Все совпадало.

Она опустила руки и посмотрела на Мелентьева.

– Слишком точно.

Голос прозвучал тихо. Повторила громче, будто проверяла себя.

– Один в один.

Пауза.

– Это петроглиф.

Пальцы снова коснулись камня, прошли по краю выбитой фигуры. Ребро было острым. Сколы – недавними.

– Его сбивали.

Она отдёрнула руку.

За спиной послышались быстрые шаги. Прозвучал голос – властный, с металлической ноткой:

– Это что такое? Кто разрешил?

Стерхова обернулась. К ним направлялся Лайтинен.

Кладовщик вынырнул из-за его спины:

– Я говорил, предупреждал… Но они предъявили корочки.

Лайтинен посмотрел на Стерхову, потом на Мелентьева.

– Прошу покинуть помещение. Немедленно. Это частная территория.

К ним подошел Андрей Киньямяки и взял Мелентьева за рукав.

– Попрошу выйти.

Тот опустил взгляд на его руку. Не дёрнулся. Не отступил. Медленно поднял голову. Посмотрел в лицо Киньямяки.

– Не трогай. – Голос был тихим, но в тишине прозвучал отчётливо. Как удар.

Киньямяки еще сильнее сжал пальцы.

– Выходи, говорю!

Лайтинен встал между ними.

– Остыньте. Давайте выйдем на улицу. Там всё обсудим.

Мелентьев не двигался. Смотрел на руку, которая всё ещё держала его за рукав.

Киньямяки разжал пальцы и отступил назад.

Мелентьев кивнул Стерховой.

– Уходим.

Она прошла мимо Лайтинена и Киньямяки, не глядя на них.

На улице Лайтинен запер калитку и обернулся.

– Извините. Не сегодня. У меня деловая встреча.

Он тут же направился к автомобилю. Киньямяки уже сидел за рулем. Кладовщик – на заднем сиденье. Двигатель завёлся, машина развернулась на гравии и двинулась в сторону магистрали.

Лайтинен знал.

Глава 22

Сиреневый чемодан

Мелентьев не спешил заводить двигатель. Руки лежали на руле, пальцы сплетены. Он