Тогда и только тогда, когда снег белый - Лу Цюча

– Когда мы виделись в последний раз?

– На День учителя[19] пару лет назад? – Несмотря на то что Фэн Лукуй сидела в центре между говорящими, Е Шаовань отвечала таким тихим, невыразительным голосом, что девушка едва могла ее расслышать. – Я тоже не припомню.

– Когда я звонила тебе назначить встречу, то опасалась, что ты уже и забыла меня.

– Такое вряд ли возможно. Я столько всего слышала о вас, Яо Шухань, что не смогла бы вас забыть. Напротив, я пришла в изумление оттого, что вы еще меня помните.

– Конечно, помню. В какой-то степени ты тоже стала жертвой известных событий. Только недавно перевелась в эту школу и опять попала в неприятности…

Е Шаовань покачала головой:

– Вы слишком великодушны. Я всего лишь подозреваемая.

Почувствовав себя неловко, Яо Шухань, поколебавшись мгновение, похлопала Фэн Лукуй по плечу:

– Дальше ты.

Очевидно, Е Шаовань не была в восторге от Фэн Лукуй.

– Я действующий председатель ученического совета Фэн Лукуй. По просьбе некоторых из учащихся занимаюсь повторным расследованием дела пятилетней давности. – Увидев, что такого объяснения собеседнице достаточно, она с облегчением продолжила: – Прошло уже так много лет. Мне очень жаль, что нам пришлось побеспокоить вас.

– Не стоит волноваться, я не занята.

– Вы учитесь в Нанкинском университете?

– Да.

– Я тоже самостоятельно занимаюсь в библиотеке по выходным, нахожу это весьма полезным.

– Не вижу особой пользы, – прохладно заметила Е Шаовань. – Мой университет самый обычный, на факультетскую библиотеку тоже рассчитывать не приходится. Я просто зашла сюда взять несколько пособий и справочников.

Фэн Лукуй планировала начать разговор с личных тем, чтобы составить представление о жизни собеседницы. Например, узнать, какую специальность та изучает или какие у нее впечатления от студенческой жизни, однако, заметив, как Е Шаовань совершенно ясно дает понять, что не приветствует подобные вопросы, Фэн Лукуй решила отказаться от первоначальных намерений. Несмотря на это, она чувствовала, что переходить к главному предмету разговора все еще рано. Если бы речь шла только о получении информации о той злополучной ночи, то необходимости связываться со всеми заинтересованными сторонами не было бы. Однако Фэн Лукуй, раз уж ей представилась такая возможность, хотела проникнуть поглубже в личность каждого подозреваемого и составить представление о них, даже если в процессе придется столкнуться с большим количеством совершенно бесполезной информации. В этом она убедилась на собственном опыте в должности председателя ученического совета – никогда нелишне задать несколько дополнительных вопросов.

– Как то происшествие повлияло на вашу жизнь в старших классах?

– Никак. Все быстро обо всем забыли.

В этом не было ничего удивительного, ведь убитая не была ее одноклассницей. Для Е Шаовань и ее класса смерть Тан Ли была инцидентом, который никак их не касался.

– Ваши одноклассники поверили в официальное заключение полиции?

– Должно быть, поверили. Подвергавшаяся издевательствам соседка по комнате в конечном итоге покончила с собой. Звучит логично.

– А вы? Вы верите, что Тан Ли покончила с собой?

– Наверное, да. Если бы со мной так обращались, я бы тоже сильно переживала.

– Знали ли проживавшие в общежитии об издевательствах над Тан Ли до ее убийства? Я припоминаю, что в то время вы жили с ней на одном этаже…

– Тогда я только перевелась в эту школу и очень многого не понимала. В конце концов до меня дошли слухи о двух старшеклассницах, которые во всем были не разлей вода, но находились и те, кто видел на одной из них синяки в ванной комнате. Все считали их обеих странными, однако никому и в голову не пришла мысль об издевательствах, все решили, что Тан Ли добровольно идет на это.

– Почему все так решили?

– Если бы это было следствием издевательств, то, вероятно, она как можно скорее обратилась бы к учителям.

– Вы не думали, что ей могли угрожать и запугивать, чтобы она не сделала этого?

– Тоже верно. Однако такого никто не предполагал. Вы должны понимать, о чем думают девушки в таком возрасте… Нет, следует сказать, что вы и есть девушка в таком возрасте, – заметила Е Шаовань. – Все такие невинные, чистосердечные, еще не познавшие неудач в жизни; просто сборище отличников, которые все видят в лучшем свете.

Действительно, если бы Тан Ли делала все это по собственной воле, то это было бы воспринято как поистине нечто прекрасное, заставляющее людей краснеть от смущения, а их сердца учащенно биться. Такого рода иллюзии, игра воображения, украшают будничную, серую жизнь обитателей общежития, словно цветы шиповника, на которых все еще видны капли росы, но за которыми прячутся шипы. Подобного рода вещи – то, чем станет восторгаться девушка ее возраста, в то время как сторонний наблюдатель просто скажет, что она выдает желаемое за действительное.

– Все были весьма разочарованы, узнав правду. Однако быстро нашли новую тему для обсуждения: две другие старшеклассницы, которые также подозревались в убийстве. Они были неразлучны с Тан Ли и ее подругой, поэтому давно были на виду. После смерти Тан Ли и исключения Лу Ин эти двое довольно быстро стали основным предметом сплетен. Несмотря на то что никто не осмеливался с ними общаться, все внимание было приковано к ним.

– Какие вы все… скучные, – заметила Фэн Лукуй, – однако жизнь в общежитии сама по себе весьма тосклива, не дает много пищи для толков.

В этот момент Яо Шухань внезапно прервала их:

– Кстати говоря, до меня недавно тоже дошли кое-какие слухи о тебе.

– Хотя я не знаю их конкретного содержания, я могу предположить, что ничего хорошего в них нет.

– Как звали девушку, которая была с тобой в библиотеке в тот день?

Услышав это, Фэн Лукуй вновь почувствовала тупую боль в голове и пульсацию в висках.

– Какое это имеет к тебе отношение?

– Говорят, по выходным она иногда остается ночевать в квартире, которую ты снимаешь, а кое-кто видел, как вы ходили в столовую ужинать вместе…

– Мы обе являемся членами учсовета, и иногда нам нужно кое-что обсудить, ничего более.

– Эти обсуждения длятся всю ночь? – бросила на собеседницу довольный взгляд Яо Шухань. – По-видимому, да. А еще говорят, что ты периодически наведываешься в ее класс, подзываешь ее и что-то передаешь, каждый раз плотно завернув предмет в газету, а она тайком прячет полученное.

– Это методички. Раньше она была звездой спорта, поэтому не успевала по остальной учебе, однако она не может позволить себе потерять лицо в учсовете, поэтому я вынуждена помогать ей.

– Похоже, все эти слухи правдивы. Впрочем, никому нет дела до ваших проблем. – Яо