Белый ворон - Владимир Григорьевич Колычев

class="p1">– Тогда он еще тебе что-нибудь подсунуть может. Мой тебе совет, вызови мастера, смени личинку замка. А еще лучше пусть тебе Тим другую квартиру снимет.

– Я же говорю, забуксовали мы с Тимом… Но мамашка об этом, похоже, не знает… Может, откупной с нее взять? Она предлагала!

– Ты это серьезно? – нахмурился Макс.

Вероника его не удивила. Обычная дура, стремящаяся подороже продать свою красоту и молодость. Ничего из ряда вон выходящего, только вот помогать ей что-то не хотелось. Во всяком случае, идти ради нее на риск.

– Думаешь, не надо? – встрепенулась Вероника.

– Думаю, вы друг друга стоите.

Зазвонил телефон Макса, на дисплее высветилась фамилия Филонов.

– Ты далеко?.. Давай на Ткацкую, дом восемнадцать, ограбление.

Макс сбросил вызов, торопливо набрал на навигаторе адрес, высветился маршрут. Если без пробок, через четырнадцать минут он будет на месте.

– Куда-то едешь?

– Не живется людям спокойно… Давай! – Макс кивком указал на выход.

– Я бы хотела тебя отблагодарить, – загадочно глянула на него Вероника. – Ты так много для меня сделал.

– Завтра! – кивнул Макс. – Завтра обязательно заеду!

И заедет, и так же обязательно трахнет Веронику. А на большее она, увы, не годилась. Так же как и Лизавета Румянова.

Глава 11

И снова ограбление, и снова капитан Молчанова. Ограбление дерзкое, с применением насилия, фактически разбой, преступники напали на гражданина Горшкова в момент, когда он с крупной суммой денег выходил из банка, ударили его по голове, отобрали наличность. Разбойников зафиксировала камера, это помогло раскрыть дело по горячим следам. Действовали ребята в масках, но Филонов обратил внимание на то, что один преступник слегка хромал. А Макс предположил, что нападавшие знали жертву. Знали, что Горшков строит дом, постоянно обналичивает крупные суммы с банковского счета. И сам Горшков не сплоховал, первым делом заподозрил бригадира строителей, поскольку мутный тип.

На объекте устроили обыск, нашли деньги, бригадира и его подельника взяли за жабры, даже признание выбивать не пришлось, сами друг друга сдали. Закончили, правда, поздно. Третий час ночи, а Макс только-только подвез Молчанову к дому. Крупнопанельная девятиэтажка на улице Клары Цеткин, дом спит, по двору только тени качающихся на ветру тополей бродят.

– Зайдешь? – вдруг спросила Молчанова.

– Куда? – не сразу понял Макс. Хорошо, не спросил зачем.

– Ко мне… Ладно, до завтра! – Тамара в смущении открыла дверь.

– Да мне домой срочно нужно!

– Да ничего… Просто подумала, что ты любишь кофе, – уже на ходу договаривала она.

Она хотела закрыть дверь, но в смятении чувств слишком слабо толкнула ее. Макс услышал про кофе и грустно улыбнулся. Кофе он любил в любое время дня и ночи, но фанател от него только по утрам. А ночью… Пожалуй, сейчас он бы выпил по чашечке крепкого кофе с Вероникой. Для бодрости тела и духа. С ней бы он чем-нибудь занялся. Без планов на будущее. А с Молчановой этот номер не пройдет. Тамара – женщина серьезная. Перед ней рано или поздно возникнут обязательства, а ему это ни к чему. Нет уж, если и утолять жажду, то с кем-нибудь попроще.

Но к Веронике он не поехал. Ее постель еще не остыла после Славы, личность которого Макс хотел, но не успел выяснить.

Кофе на ночь он пить не стал. Принял душ и спать. Он мог проходить весь день, ни разу не вымыв рук, но душ на ночь и утром – святое дело.

На душ утром ему просто не хватило бы времени.

В шесть утра его разбудил звонок телефона, звонил Слепов:

– Где ты? Что делаешь?

– Только что спал.

– Убийство у нас, давай присоединяйся к группе! Улица Новоспасская.

Слепов назвал номер дома и разъединил связь. Макс быстро собрался, рванул к машине. Во дворе остановился, как молнией насквозь прошитый страшной догадкой. А если это Веронику убили? Новоспасская, дом сорок два. А как еще объяснить этот странный вызов? Макс работал по кражам, к «мокрым» делам его не привлекали.

Из машины он выходил с легкой дрожью во всех частях тела. Патрульно-постовая служба у подъезда, следственно-оперативная группа на месте, пестрые ленты, оцепление, работа идет полным ходом. А из подъезда выходил Слепов. Взгляд твердый и острый, ни дать ни взять шампур с винтом. Макс вдруг понял, что упадет или как минимум сильно пошатнется, если сделает хоть один шаг. Остановился, Слепов подошел к нему.

– Вероника? – спросил Макс.

– Вероника.

– Как?

– Задушена. Поясом от халата.

– Пояс остался?

– Нет.

– Тогда почему поясом?

– Потому что халат есть, а пояса нет.

– Пояса нет, правильно.

Максу казалось, что его душа покинула тело. Душа будто зависла над Слеповым и говорила, а тело стояло на месте и молчало.

– Что пояса нет, правильно?

– Потожировые следы на поясе могут остаться. Или запах. Запаховый след… Где собака?

– С собакой заминка вышла.

– В пробирку запах надо взять, на фланельку.

– Какая пробирка? Какая фланелька? – Слепов помахал рукой перед глазами. Еще и пальцами щелкнул. – Ты когда Полякову в последний раз видел?

– Вчера днем, ну, как вы меня отпустили, сразу к ней… Так, мне нужно к ней!

Из подъезда вышел Держнев, и у этого взгляд остронаправленный, как карающий меч правосудия, нацеленный на Макса.

– Он что-то знает? – спросил Макс.

– Запомни, Полякова украла деньги, мы их нашли, а Румянова отказалась от претензий. Поляковой уже все равно, а нам нет.

– Значит, знает, – скривил губы Макс.

Проговорился Слепов, раскрылся перед Держневым, подогнав события под удобную схему. Но это значило и то, что Слепов уже связался с Румяновой, чтобы согласовать с ней эти некоторые изменения. Все правильно, своя рубашка ближе к телу.

– Ну что, Воронов, готов писать чистосердечное? – совершенно серьезно спросил Держнев.

Максу пришлось поднапрячься, чтобы сохранить видимость спокойствия.

– Странные у вас шутки, товарищ майор.

– Пока товарищ, – коварно усмехнулся Держнев.

– Я вчера был у Поляковой в районе четырех дня, – обращаясь к Слепову, сказал Макс. – В гостях у нее был бывший десантник Слава, тридцать – тридцать пять лет. Очень подозрительная личность.

– Он подозревался в убийстве своей девушки? – ехидно спросил Держнев.

– Вероника Полякова не моя девушка, так что не надо.

– То есть вы убиваете только своих девушек?

– Если вы меня в чем-то обвиняете, выкладывайте! А личная неприязнь на почве неразделенной любви доказательством не является. Можете спросить об этом у прокурора.

– Гражданин Воронов, где вы находились сегодня в районе трех часов ночи?

– В районе трех часов ночи находился по адресу Клары Цеткин, дом восемьдесят восемь. Капитан Молчанова это подтвердит.

– Кто подтвердит? – встрепенулся Держнев.

– Не там копаете, товарищ майор!..