Белый ворон - Владимир Григорьевич Колычев

– Сульфат деньги из банка дернул.

– Ну, если есть доказуха, предъявляй!

– Тамара это дело вела.

– Адам отмашку на нее не давал. Адама трогать не надо.

– Почему?

– Потому что Адам – это гиря на весах равновесия. Не будет Адама – Гапон тут все под себя подомнет. И ментов. Из тех, кого не подмял.

– Мне все равно, кто тут кого подомнет. Я преступность побеждать не собираюсь, не дурак, чтобы головой об стену биться. Но кто на меня нарвется, пусть пеняет на себя… Вор – это ведь не тот, кто ворует, а тот, кто не попадается.

– Ты не попался. Но ты и не вор.

– Да, но ты не знаешь, какой я не вор… Можешь, конечно, рассказать, только знай, меня не уволят. Я только злее стану.

– Да не собираюсь я с тобой воевать. Но и дружить с тобой не буду.

– Все равно спасибо, что пришел. Жаль, что я тебе не поверил.

– Все равно Адама не трогай.

– Я маленький винтик. В большой машине.

– Да, но Адама ты почему-то напрягаешь… Кстати, он не знает про нас, я ничего ему не говорил. И ты молчи. Ты не знаешь меня, я не знаю тебя.

– А я не знаю тебя, Маламут. За восемь лет столько воды утекло. Но я постараюсь узнать о тебе побольше.

– Ну что ж, будем узнавать друг друга заново.

Маламут ушел, не прощаясь, и очень скоро Макс перестал думать о нем. Голова забита другим, все мысли о Держневе.

Но утром в управлении Макс улыбнулся Держневу как старому другу. Как будто ни в чем его не подозревал. Но пистолет из тайника достал, как следует смазал, проверил патроны, чтобы в нужный момент не подвел.

Макс не торопился, тайно наблюдал за Держневым почти месяц, все рассчитал, выверил. А темным вечером подкараулил Держнева на тропинке из гаража к автобусной остановке, возле которой он жил. Тихо подошел, без шума ударил, сгреб в охапку, затащил в машину и вывез в лес за город. А там уже яма вырыта. Холодно, земля подмерзла, снег срывается, но вода покрыта лишь коркой льда, которая не смогла выдержать вес рухнувшего в яму тела. Зато вода смогла привести Держнева в чувство.

Макс стоял на краю ямы и спокойно смотрел, как жалкое ничтожество борется за свое никчемное существование. Держнев его не видел, поэтому не кричал, лишь громко кряхтел, пытаясь выбраться из ямы. Он не понимал, что с ним происходит. Но из ямы почти выбрался, осталось только подняться.

– Так и лежи! – Макс наступил ему на шею.

И чтобы еще больше нагнать жути, передернул затвор пистолета.

– Макс, ты?

– Для тебя, падла, лейтенант Воронов!

– Воронов, ты с ума сошел?

– Что, холодно в яме, мокро? А Жене там каково, а Веронике. А Тамаре!..

– Это ты о чем?

– Извини, Веронику ты не убивал. Ты всего лишь видел, как ее убивают.

– Воронов, тебе лечиться надо!

– Даже не сомневайся! Сейчас закопаю тебя, вернусь домой и накачу два по двести. Здоровья для… Ну что, начнем, помолившись!

– Да не убивал я никого!

– А разве я спрашивал, убивал ты или нет? Я знаю, что убил ты. Знаю зачем. Знаю, что ты маньяк…

– Я не маньяк!.. Но мне нужно лечиться!

– Могила все болезни как рукой снимет!

– Мне правда лечиться нужно, меня тянет убивать! Всегда тянуло. Я следователем поэтому стал!

– Чтобы убивать?

– Нет, чтобы не убивать!

– Запомни все, что мне сейчас говорил! На небесном суде все расскажешь!

– Я на земном суде могу во всем признаться! Пусть меня судят!

– Ну да, – усмехнулся Макс.

На суде Держнев заявит, что показания из него выбивали под страхом смерти. А он заявит!

– Поверь, это не я убивал! Я любил Женю, я любил Тамару! Их убил кто-то другой. Во мне сидит чудовище! Мы должны вместе его победить!

– Победим, победим, обязательно победим. Ручку с пальцами Ревякина ты подбросил?

– Я.

– Как ручка у тебя оказалась?

– Я допрос проводил.

– Когда ты Ревякина допрашивал… Ты уже тогда Тамару собирался убить?

– А чего она с тобой таскалась?

– А со мной таскаться нельзя?

– Ей можно было, а Жене нет… Женю я любил, а Тамара – сука, потому что меня на тебя променяла.

– Женю ты убил!

– А почему она выбрала тебя? Я следователь, ты уголовник! Где справедливость?

– Может, справедливость в том, что я не хотел убивать. А ты хочешь. И будешь. Если тебя не остановить!

– Не убивай!

Держнев дрожал так, что у Макса вибрировало колено.

– А ведь Тамара тоже тебя просила не убивать. Когда ты ее душил. Ты ее пощадил?

– Это не я!

– Но я не ты, я тебя душить не стану. Я поступлю с тобой благородно, как офицер с офицером. – Макс приставил пистолет к дрожащему затылку. – Даю тебе минуту, вспомни Женю, вспомни Тамару, попроси у них прощения. На том свете их нет. Там никого нет. Там только вечная тьма. И вечный холод.

– Просить прощения?! У предателей?! – от отчаяния истерично взвизгнул Держнев.

– Чего?

– Женя предала меня, предала всех! Ты уголовник, она мент. Она выбрала уголовника, это предательство!

– Это демагогия!

– И Тамара выбрала уголовника!

– Ты уголовник! Ты убийца!.. И предатель!

Макс мог бы просто придушить Держнева и оставить пистолет для нового дела. Но в том-то и дело, что он больше не хотел решать свои проблемы таким вот образом. Не хочет он убивать. И не будет. После того как прикончит ублюдка, не будет.

Он нажал на спусковой крючок, пистолет с грохотом дернулся в руке. И Держнев наконец-то перестал дрожать. Макс ногой столкнул его в яму. Вздохнул и взялся за лопату. Приговор приведен в исполнение. Женю и Тамару это не воскресит, но на душе стало легче. И лопата порхала в руках. Земля не казалась тяжелой, но пухом для Держнева она не станет.

(Продолжение следует)

Спасибо за выбор книг нашего издательства!

Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.