Дети волков - Вера Бук

Я всхлипнула, щурясь. Он был уверен, что у меня получится. Как же плохо он меня знал! Я ничего не умела. Единственное, что у меня хорошо получалось – это ввязываться в неприятности. А еще бунтовать и возмущаться.

Я ненавидела гору и туннель. И этот черный лабиринт, приснившийся мне прошлой ночью. Мне приснилось, что я встретила существо, живущее на этой горе. Оно гналось за мной. Существо было быстрее меня, потому что, в отличие от меня, умело видеть в темноте и потому что ему не нужно было тащить за собой эту чертову веревку с крюком, который становился с каждой секундой все тяжелее. Все тяжелее и тяжелее, пока я не поняла, что это был вовсе не крюк, я железная клешня существа. Оно схватило меня и тянуло к себе. И хотя я сопротивлялась, я не могла перебороть чудовище. И тут раздался голос. Он эхом прокатился по горе, а я прислушивалась к нему, хоть и не слышала. Мы обменялись взглядами и запиской, и все без единого слова. Я думала, что этого было достаточно. Там, откуда я родом, голос был не нужен. А здесь просто необходим. Я открыла было рот и попыталась закричать, чтобы привлечь к себе внимание, но звука так и не последовало. Я открывала рот, пытаясь закричать, словно в фильме, в котором внезапно пропал звук. А потом чудовище оказалось надо мной во всей своей черноте, и я поняла, что гора, туннель, существо и голос были частями одного целого – моим наказанием за то, что не осталась в поселении.

Завтра мы попробуем еще раз.

Всхлипывая, я прижала руки к груди, когда он принялся снимать крюк с моей ноги. Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, только не снова. Мне нужен был перерыв. Мои колени болели, руки были в бесчисленных синяках.

Иессей давно бы нашел выход. Даже Эдит нашла бы его. Она была застенчивой, тихой, словно ночной зверек, и всегда оказывалась там, где ожидаешь ее меньше всего. Она пролезала в маленькие отверстия, а когда ситуация ухудшалась, она, как крыса, первой понимала, куда нужно проскользнуть, чтобы выбраться.

Мне нужно было научиться думать как крыса.

Смилла

Я сидела с Саймоном на причале у озера. После грозы, пролившейся позапрошлым вечером, осень ощущалась особенно ясно, и к вечеру снова нужно было надевать куртку. Солнце уже опустилось к гребням гор и касалось поверхности воды, верхушек деревьев и наших ног, которые мы свесили к воде, сидя на самом краю причала. Мы взяли с собой чипсы и пиво, отчего мне казалось, что я никогда не уезжала. Почти как тогда, Джули.

– Мне этого не хватало, – сказал Саймон. Его мысли явно двигались в том же направлении, что и мои. – Я имею в виду, сидеть вот так.

– Ты скучал по сидению на причале? – рассмеялась я. – Ты же никуда не уезжал. Озеро всегда было у тебя под носом.

– Да, но, честно говоря, без тебя я сюда больше не приходил. – Он глотнул пива из своей бутылки, а затем откинулся назад, его ноги все еще свисали с края причала. – Я хотел сказать, что рад твоему возвращению.

Я улыбнулась. Я тоже скучала по спокойным вечерам и разговорам с Саймоном. По купанию в озере. Но по какой-то причине мне оказалось тяжелее в этом признаться, чем ему.

– Может, прыгнем в воду, пока солнце не зашло? – спросила я, стягивая с себя куртку, футболку и джинсы. Саймон удивленно посмотрел на меня, но затем и сам поспешно встал. Мы прыгнули в воду прямо с причала. Было так чудесно. Озеро было холодным, как и любой другой горный водоем. Мне казалось, что мы украли еще один летний вечер в этом году, только для нас двоих.

– А полотенца у нас есть? – спросил Саймон, пока мы плыли назад к причалу. Я покачала головой. Саймон подтянулся и забрался на причал, а потом протянул мне руку, чтобы помочь подняться. Полицейская подготовка пошла ему на пользу. Он всегда был долговязым, но теперь стал еще и сильным.

– Можешь взять мой джемпер, – сказал он, заметив, что я все-таки замерзла.

Я с благодарностью натянула джемпер на себя, чтобы снять лифчик, и утонула в нем, как в палатке. Саймон отвернулся, давая мне возможность снять мокрые трусы и надеть джинсы. Подтянув ноги к телу, я села обратно на причал и подождала, пока Саймон закончит переодеваться. Солнце успело скрыться за горами, отчего озеро погрузилось в полумрак, а мне стало еще холоднее от мокрых волос. Возможно, Саймону тоже холодно, потому что на этот раз он сел так близко, что наши плечи и ноги соприкасались.

– Я тоже рада вернуться, – наконец, тихо сказала я.

Саймон широко улыбнулся, словно я преподнесла ему подарок, а затем неожиданно наклонил голову ко мне, чтобы поцеловать. Я отстранилась, но лишь на мгновение, поэтому он коснулся рукой моей щеки и мягко притянул мое лицо к себе. Не то чтобы я никогда не задумывалась о таком развитии событий. Саймон был замечательным мужчиной. Он был добрым, вежливым, красивым. Мы всегда были с ним на одной волне и знали друг друга уже много лет. Вот почему я ответила на поцелуй и постаралась не вздрогнуть, когда его рука скользнула мне под джемпер. Но мыслями я была далека от поцелуя. Я вспомнила тот день, когда между нами уже было что-то похожее. Не на этом причале, Джули, но на этом озере. Если бы я открыла глаза, то увидела бы за его плечом то место на берегу, где мы сидели втроем – он, ты и я. Мы знали Саймона еще со школы, он был на два года старше нас, и, хотя мы и ранее не раз замечали его, по-настоящему познакомиться с ним мы смогли только в день рождения на барбекю, которое устроили здесь, на озере. Нам было по пятнадцать, тебе и мне, было лето. Мы были немного пьяны, и это в общем-то объясняло, почему мы обе его поцеловали. Сначала ты его, а потом, когда пришла я, он меня. А потом ты крепко чмокнула меня, Джули, потому что ты не видела ничего зазорного в том, чтобы поцеловать лучшую подругу. Я до сих пор помнила, как рассмеялась, когда увидела выражение лица Саймона. Он смотрел на нас с таким восхищением! И потом я подошла к нему, чтобы поцеловать его снова просто потому, что могла. Я хотела и тебя утянуть с собой, но ты вырвалась,