Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

У меня начинает наклевываться одна версия. И она очень мне не нравится. Но я не могу о ней не думать. Вспоминается аксиома Шерлока Холмса, та самая, которую я написал на доске на самом первом занятии с моими студентами: «Строить гипотезы, не имея на руках всех данных, – фундаментальная ошибка. Неизбежно начинаешь подгонять факты под гипотезу, а не гипотезу под факты».

Тут необходимо сделать оговорку. Если не зацикливаться сразу на чем-то одном, нет никакого вреда в том, чтобы проверить все версии, которые приходят в голову. Это дело попало мне в руки не только что. В каком-то смысле я пытаюсь раскрыть его уже двадцать два года. А потому в память о женщине, которая похоронена в этой могиле, женщине, которая страдала, пыталась выкарабкаться и боролась – и построила для себя счастливую жизнь только для того, чтобы какой-то никчемный кусок дерьма всего одной пулей оборвал ее, – я намерен докопаться до правды.

Во всяком случае, именно так я себе говорю.

Потому что Анна не просила меня докапываться до правды, так ведь? Она совершенно недвусмысленно сказала, чего от меня хочет.

– Сперва ты должен пообещать мне.

– Что пообещать?

– Что не причинишь им зла. Что защитишь их.

Так защитит ли их правда? А если нет, если окажется, что правда причинит им зло, выходит, мне придется нарушить обещание, которое я дал ей перед смертью?

– Кирс? – Это Марти. – У тебя все в порядке?

Я киваю.

– Звонил твой врач. И Молли тоже. Я обещал им привезти тебя обратно и до сих пор не привез. Они недовольны.

Когда рука на перевязи, подняться с земли не так-то просто. Марти подходит помочь, но я отмахиваюсь от него и, кривясь от боли, встаю сам. Потом одной рукой отряхиваю с брюк грязь.

К тому времени, когда мы подъезжаем к больнице, рука успевает разболеться уже не на шутку, но принимать еще одну таблетку болеутоляющего я не хочу. Молли ждет в палате. Она осторожно меня обнимает, принюхивается и говорит:

– Тебе нужно принять душ.

– Это же больница, – говорю я. – Может, лучше оботрешь меня влажной губкой?

– Я рада, что тебе лучше. Но нет. Марш в душ и в постель!

Молли помогает мне с душем. За это время успевает стемнеть. Я отправляю ее домой. Они с Генри на время переехали к ее сестре, потому что я не хочу, чтобы они были дома без меня, пока я не буду уверен в том, что это безопасно. Я засыпаю. Неглубоко. Я называю такой сон больничным – поверхностная дрема, балансирование на зыбкой грани между сном и явью. Не знаю, из-за чего так – из-за писка приборов, приглушенных голосов персонала или из-за самого факта того, что ты находишься в месте, которое за все время своего существования успело повидать такое количество страха и боли. Врач говорит, что меня, возможно, выпишут уже послезавтра, и я, как и всякое разумное существо, прихожу в экстаз.

Прямо перед тем, как я засыпаю, приходит сообщение. От Джудит Беркетт.

Каролина встретится с вами завтра в полдень. Не вздумайте опоздать.

«Не вздумайте опоздать». Я ей что, нерадивый школьник?

И тут же приходит следующее:

Пожалуйста, не расстраивайте ее.

Я отвечаю на оба сообщения смайликами в виде поднятого вверх большого пальца, потому что не хочу ничего писать. Потом кулаком взбиваю подушку и пытаюсь устроиться поудобнее. Это не работает, но, к счастью, в конце концов действуют таблетки.

Рано утром меня будит чей-то шепот.

– Кирс?

Я не шевелюсь и даже не пытаюсь разлепить глаза. Я узнаю голос. Это Полли.

– Гэри стоит на стреме, – сообщает мне Полли все тем же негромким шепотом. – Посещения начнутся только через три часа, но мы нарыли кое-что такое, что вы должны увидеть.

Я пытаюсь проморгаться. Голова до сих пор ватная из-за таблеток.

– Полли?

– Вы были правы относительно Патлатого, – говорит она.

– Что? – Я с горем пополам усаживаюсь в постели. – Что вы накопали?

– Мы поступили так, как вы предложили, – прошерстили всех заключенных, которые за последние восемнадцать лет отбывали сроки в исправительной тюрьме Синг-Синг. Пришлось отсортировать их в обратном хронологическом порядке, поэтому у нас ушло столько времени. Объем работы просто огромный. Ваш Патлатый тогда был безбородым. И волосы у него были коротко подстрижены.

– Но вы его нашли?

– Да. Нашли. Его зовут Брайан Пауэлл. И угадайте, кто целых шесть месяцев был его сокамерником?

Я понимаю и все равно не могу поверить.

– Тед Грейсон?

Полли кивает.

– Вы знаете, где живет этот Пауэлл?

– В Ньюарке. У нас есть адрес.

Я спускаю ноги с кровати:

– Помоги мне одеться.

Глава 29

Гэри ведет мой старенький «форд-таурус». Полли сидит на переднем сиденье рядом с ним. Я лежу на заднем. Каждая колдобина отдается в теле ударом кинжала. Я закрываю глаза и терплю. Пока мы едем, Полли рассказывает подробности. Я отправляю Марти и Молли сообщения, что со мной все в полном порядке и я скоро вернусь. Куда мы едем, я не пишу. Оба мной недовольны, и недовольство не становится меньше, когда я сообщаю, что со мной мои студенты.

– Его имя Брайан Пауэлл, – говорит Полли голосом, который, судя по всему, почерпнула из сериала «Закон и порядок». – Ему пятьдесят четыре. Мотает срока с перерывами с восемнадцати.

– «Мотает срока?» – хмурится Гэри.

– Что не так?

– Полли, ты только что произнесла «мотает срока»?

– Я использую общепринятую лексику.

– Чего? У кого она общепринятая? У рецидивистов?

– Что, – говорит она.

– Что?

– Не «чего», а «что».

– Ребята, – одергиваю их я. – Когда Пауэлл был в тюрьме Синг-Синг с Тедом Грейсоном?

– Девять лет назад, – говорит Полли.

– А сколько Пауэлл уже на свободе?

– Столько же.

– Девять лет?

– Да.

– Давно. – Я некоторое время думаю. – Задержания с тех пор были?

– Даже ни одного штрафа за неправильную парковку, – отвечает Молли цитатой из очередного старого детектива. – В две тысячи двадцать первом у него закончился срок УДО. Последние шесть лет работает на складе в Блумфилде.

Через туннель Линкольна мы выезжаем на шоссе 21 и пересекаем Малберри-стрит. Когда сворачиваем на Гобл-стрит, я вижу Дебби с Реймондом. На Реймонде белые хлопковые трусы поверх джинсов, на голове – шапочка для душа.

– Э-э… а они что здесь делают? – спрашиваю я с заднего сиденья.

– Приглядывают за домом Пауэлла.

– Это Реймонд-то?

– Он отлично вписывается в здешний пейзаж, – говорит Полли.

– Выглядит настолько дико, что это даже органично, если вы понимаете, о чем я, – добавляет Гэри.

– Они наблюдают за домом с шести, – говорит Полли.

– С шести утра?

– Угу. – Гэри сворачивает к обочине. – Если бы Пауэлл ушел, они последовали бы за ним. Реймонд у нас жаворонок, вы