Голоса в комнате эхо - Влада Ольховская

Объяснять ничего не хотелось, хотелось быстренько получить результат. Но Таиса прекрасно понимала, что это невозможно, и попыталась как можно короче передать суть происходящего. Тут и время экономится, и внимание Гарика быстро ускользает. Под конец она пояснила:

– Я уверена, что книгу за Ярославу писал не просто какой-нибудь там литературный негр, а крутой профи, по тексту видно. Это обеспечило дополнительную гарантию того, что он не выдаст правду, как какой-нибудь мелкий начинающий скандалист. Сама я до него не докопаюсь…

– До него никому не положено докапываться, такие проекты – доходное мероприятие, о котором просто так не трындят, потому что читатель перестанет верить в реальную тушку за картинкой. А у этих книг средняя аудитория еще от потери веры в Деда Мороза не отошла!

– Но реальные имена все равно есть – в договорах, в бухгалтерских отчетах. Мне нужно их узнать!

– И как же я должен до них добраться?

– Как-нибудь, – глубокомысленно изрекла Таиса.

Гарик еще для приличия поворчал, но это можно было считать скорее репутационным ходом. Они оба прекрасно знали, что он найдет способ. Может, не совсем законный… или совсем незаконный… Но ведь таких условий Таиса и не выставляла!

Он не сказал, когда именно займется этим, а она не имела права торопить, даже если очень хотелось. Поэтому Таиса постаралась отвлечься, отправилась обедать в кафе – не ближайшее, дальнее, потому что она не сомневалась: Ярослава все это время наблюдала за ней из окна, и долгое простаивание во дворе ей вряд ли понравилось. А и ладно, у Таисы изначально не было желания ей угодить!

Она понимала, что результат может появиться и через день, и через два. Это даже не от Гарика зависело, он-то расторопен, просто мир не спешит подстраиваться под его скорость. Но на этот раз повезло: отзвонился он вечером того же дня.

– Смотри, гонца, который приносит дурные вести, наказывают, – заявил он. – А что делают с гонцом, который приносит добрые вести?

– Не наказывают.

– Так себе мотивация.

– А ты перенеси на частный случай: ты готов говорить ради того, чтобы я не оторвала тебе ноги?

– Доходчиво, – оценил Гарик. – Вопреки твоей неблагодарности, я помог. У меня тут нашлись знакомые знакомых, которые нашуршали не только конкретных людей, пишущих вот эту байду, но и нужного тебе гражданина.

– Как это?

– Да очень просто: у них по большей части завал заданий по основным проектам, халтуры со стороны берет только один человек, да и то не от нужды, а ради спортивного интереса – ему хочется в разных жанрах настукивать на клавиатуре, чтобы не ржавели, значит, болты в пороховницах!

Спрашивать у Гарика, что он несет, было бесполезно, куда проще принять его таким, какой есть. Главное, что он передал ей имя и контакты нужного им литератора…

– Карелий? – не выдержала Таиса. – Правда?

– Карелий Рунедов, – невозмутимо подтвердил Гарик. – Я бы предположил, что это просто красивая легенда для обывателей, но этот тип на обложке не светится, в литературном мире он то Иван Иванов, то Уильям Уортингтон Третий, такое вот. И его предупредили, что ты напишешь.

– Да я позвоню…

– Ты напишешь, – с нажимом повторил Гарик. – Это не прогноз, это инструкция. Уважаемый Карелий пуглив аки птенчик, выпавший из гнезда. В иных обстоятельствах он бы и общаться с тобой не стал, но тут за тебя попросили. И даже так делай все строго как сказали, а то и сама ничего не добьешься, и мне подгадишь! А у меня лишних связей нет, у меня все нужное!

– Поняла, босс, буду делать!

Если бы речь шла о звонке, Таиса перенесла бы все на утро. Но она решила, что текстовое сообщение можно отправить в любой момент, ей просто ответят, когда удобно.

Удобно обладателю редкого имени Карелий оказалось сразу же. Да, он знал, что она напишет. И он в общих чертах понимает, что ей нужно. Нет, встречаться ему очень не хотелось бы. Ему лучше текстом. Таисе текстом было не лучше, и она попыталась предложить вознаграждение за встречу. Карелий парировал скриншотом банковского счета, суммы на котором хватило бы десяти Карелиям, даже если бы они начали активно размножаться. Таисе пришлось выложить на стол последний козырь: если он согласится на встречу, она расскажет три реальные истории из практики профайлера.

Ее расчет был прост – раз уж этот Карелий, не нуждаясь в деньгах, берет дополнительные заказы, значит, им движет любопытство. Роман «Я все еще чувствую тебя» намекает, что в психологии он разбирается неплохо. Ну а чем еще можно привлечь такого человека?

Эта ставка сыграла: он все-таки согласился. Правда, приехать Таисе полагалось не завтра, а все равно вот прямо сейчас. Потому что он не любит ждать, это его угнетает.

Тут и профайлером не нужно быть, чтобы определить: этот тип по меньшей мере странненький. Встречаться с таким в разгар ночи Таисе не хотелось, но ей и правда нужны были ответы. Поэтому в качестве подстраховки она отправила Гарику сообщение о том, куда собирается, а в ответ получила лишь вредное: «Расскажу Матвею, что ты общаешься с другими неадекватами!». И все равно ей стало чуть спокойней…

Ну а окончательное спокойствие закрепилось, когда она прибыла по нужному адресу. Карелий жил не в каком-нибудь полуобвалившемся доме, где из окон кокетливо выглядывают то зомби, то призраки, а в жилом комплексе бизнес-класса. Дверь открыла женщина лет восьмидесяти, миниатюрная и очень ухоженная. Увидев ее, Таиса смутилась:

– Простите, мне сказали, что тут живет…

– Корюша, – невозмутимо подтвердила женщина. – Все в порядке, я уже привыкла к тому, что он совушка! Корюша, к тебе пришли!

Ощущение того, что она внезапно попала в Зазеркалье, усиливалось с каждой минутой. Кульминацией стал момент, когда она все-таки увидела того самого Карелия. Таиса предполагала, что миниатюрная женщина – его мать, а потому ожидала такого же тощенького, нервного, диковатого в общении паренька.

И ошиблась по всем пунктам – или почти по всем. Сохранялась еще вероятность, что пожилая женщина действительно мать Карелия, но на этом успешные догадки заканчивались. Начать хотя бы с того, что в коридор выглянул не паренек, «маминому мальчику» было лет пятьдесят, и он оказался просто огромен. Рост Карелия был примерно равен его ширине, и сквозь квартиру он перекатывался величественными волнами. Он, в отличие от женщины, не обеспечивал мгновенного чувства безопасности и уюта, он, откровенно неряшливый и не желающий смотреть в глаза, вполне тянул на маньяка-убийцу. По крайней мере, киноверсию.

Комната