Голоса в комнате эхо - Влада Ольховская

видела, потому что для ребенка она вообще не существовала. Он замкнулся в мире собственного крика – и противодействия матери. Но спорить с Ярославой было бесполезно, она даже ответа не дождалась, просто захлопнула перед носом гостьи дверь и все.

Пришлось отступить, вернуться на кухню. Ярослава все-таки заставила ребенка замолчать, однако вряд ли это было просто: пришла она растрепанная и злая.

– Видите, что они натворили? – угрюмо спросила она, пытаясь отдышаться.

– Вы считаете, что в этом виновата семья Михаила?

– Кто ж еще? Это они натравили на нас каких-то диких журналистов, они сами подкарауливают мальчиков… Утверждают, что они семья и имеют право общаться. Так общались бы, а не пугали моих детей!

– Где были мальчики в день гибели Михаила?

– Старший в школе, младший здесь, со мной… Но он ничего не видел! – поспешно добавила Ярослава.

– Вы уверены в этом?

– Абсолютно, я сидела с ним, когда Миша… Ну…

– Вы утверждали, что он просто выглянул в окно, а не покончил с собой. Значит, вы это видели. Как вы могли что-то видеть, если вас не было рядом?

– Я предположила, потому что знаю своего мужа! И вообще, на чьей вы стороне?

– Михаила.

– Тогда вам туда, – нервно хмыкнула Ярослава, кивнув на окно. – Давайте еще и вы не будете мне печень выклевывать, а? Я осталась одна, мне трудно!

– Я так понимаю, теперь у вас проблемы с деньгами?

Возможно, при иных обстоятельствах Ярослава уделила бы этому вопросу больше внимания. Но тут в комнате снова заголосил младший, она повернулась в ту сторону и ответила отвлеченно:

– А? Нет. После Миши остались патенты на программы, которые он создал. Они будут приносить доход еще долго.

Что ж, вот и отпала одна из причин, по которым Ярославе было невыгодно убивать мужа – это если отстраниться от эмоций и смотреть прагматичным взглядом. Пока Михаил был жив, семейный бюджет зависел от его заработка и доброй воли. Но теперь, когда он мертв, Ярослава получила и контроль над финансами, и ту самую славу, к которой она давно стремилась.

Этот разговор давно уже перестал нравиться хозяйке квартиры, поэтому теперь, когда сын дал ей достойную причину, она с умеренной вежливостью выпроводила Таису вон. Профайлер не стала задерживаться, все равно ничего толкового она уже не услышит.

Но и назвать этот визит бесполезным она не могла, личная встреча дает больше, чем любое видео или откровения в соцсетях. Не похоже, что Ярослава скрывает боль за маской веселья. Такое тоже бывает, однако не в ее случае. Ее вполне устраивает, как все сложилось, и это плохо само по себе, а здесь еще и усложняется поведением младшего сына. Он явно что-то видел, иначе объяснить агрессию к матери нельзя. Но Ярослава в эйфории от победы может упустить то, что мальчику нужна серьезная помощь, а не разовая беседа с первым попавшимся психологом.

Тут и подкрадывается тот самый губительный для профайлеров вопрос: и что? Все, что Таиса знала и чувствовала, не могло стать основанием для расследования. Даже если она открыто выступит на стороне Моригиных, это лишь подкинет дров в и без того полыхающий скандал. Причем не факт, что ухудшит положение Ярославы: в Сети и так хватает защитниц, утверждающих, что это просто «травля мамочки-одиночки».

Нужно нечто большее. Только вот что?

Таиса устроилась в машине, но уезжать не спешила. Она воспользовалась этим уединением, чтобы снова прокрутить в памяти все, что она знала про Ярославу. Было же что-то, чувство узнавания, которое кольнуло в один момент и отступило… Не потерялось изначально, просто осталось в подсознании, как заноза, не дающая покоя. Только вот что? Если другие средства подвели, возможно, даже мелочь может стать подсказкой.

Теперь Таиса пыталась вспомнить, когда это было, что именно ее зацепило. Кажется, разговор с Майей… Да, точно, он! Просто тогда на Таису свалились новости о возвращении Матвея, и ей резко стало не до расследования.

Но чувство узнавания пришло раньше, до того, как был упомянут Матвей. Тогда Майя рассказывала о себе, упомянула книгу… Точно! Она сказала, что ей предложили написать книгу – точнее, просто дать позволение на то, чтобы кто-то рассказал ее историю. Нынче, чтобы стать писателем, книги писать не обязательно!

В том, что Ярослава написала книгу не сама, Таиса не сомневалась со времен прочтения. Но знала она и то, что задавать вопрос напрямую бесполезно. Поэтому она решила, что пора бы нейросети принести больше толка, чем просто рисование забавных картинок с котиками!

Таиса загрузила в программу весь текст романа «Я все еще чувствую тебя» и дала простое задание: найти авторов с похожим стилем. Это только кажется, что такое невозможно – в интернете же десятки, сотни тысяч книг, и далеко не каждая написана каким-то там уникальным стилем! Но тут уникальность и не нужна, достаточно деталей. Длина предложений, характерные речевые обороты, словарный запас – всё имеет значение. Человек, пусть даже профессиональный лингвист, может не заметить разницу. Компьютер же подойдет к анализу сдержанно, не оценивая сюжет и глубину философских мыслей, концентрируясь только на форме.

Таиса была готова к тому, что бездушная машина отсыпет ей сотню вариантов, на проверку которых уйдут ближайшие недели. Но получилось иначе: нейросеть сурово объявила, что словарный запас и уровень владения языком в книге значительно выше среднего, а это нынче встречается редко. Таиса порадовалась за свой вкус и опечалилась о судьбе современной литературы. С учетом этого и тех самых характерных оборотов нейросеть предложила лишь пять имен.

Дальше стало еще интересней: за этими именам скрывались не люди. Точнее, конечно, люди – но не те, что заявлено. Во всех случаях речь шла о популярных авторах с десятками тысяч подписчиков, а еще – компьютерными картинками вместо фотографии и биографиями в стиле «Этот автор так загадочен, что никто никогда не видел его лица». Конечно, не видел. Потому что это вполне могла оказаться группа лиц. Таиса была почти уверена, что за псевдонимами скрывается другой человек или команда авторов, которые пишут по техническому заданию в единый жанровый проект, дело вполне доходное.

Только вот с компьютерной аватаркой и «загадочным гением, отстраненным от мира» не поговоришь, Таисе срочно требовался кто-то более осязаемый. Тут нейросеть помочь не могла, маркетинговые тайны ей никто не сообщал. Поэтому Таиса решила положиться на более традиционный источник информации и набрала номер Гарика. Едва он принял вызов, как она на эмоциях выпалила:

– Мне срочно нужен негр!

– Ну-у-у, не знаю, – протянул Гарик. – Матвея покрась.

– Ты дурак? Мне литературный негр нужен!

– Конечно, только дурак бы