Человек, который умирал семь раз - Ясухико Нисидзава

листочка, ни даже клочка. Что ж, у каждого есть любимые цвета, и дед ограничивался этими тремя плюс красным. И все же я не мог избавиться от неприятного ощущения, будто за этим что-то скрывается.

На столе лежал еще один странный предмет – прямоугольная коробка. Из белого картона, явно ручная работа. По размеру такая, в какие упаковывают пирожные в кондитерских. На верхней крышке вырезано круглое отверстие примерно с ладонь. Она напомнила коробку с салфетками, только большую. Я перевернул ее, потряс. Внутри ничего не было.

Но, увидев на столе еще кое-что, я тут же забыл про коробку. Дневник! Пальцы деда придерживали край дневника. Я медленно потянул его на себя, стараясь не разбудить. Дневник за этот год. Совсем новенький. Я полистал страницы. Внимание привлекла запись на первом развороте.

«Первое января – новогодний ужин. Приехала Камидзи с сыновьями и Харуна с дочерями. Обе без мужей. Все идет как по маслу. Цутия и Томори тоже, как обычно, здесь. Осэти[22], приготовленные Киёко, – пальчики оближешь».

Вот и все, что было на первой странице. На следующей была такая запись:

«Второе января – Котоно и Киёко давят на меня, чтобы я меньше пил. Понимаю их беспокойство, если учесть, что Фукаэ умерла от инсульта, но мне все равно недолго осталось, и я не хочу, чтобы меня лишали удовольствия. Выпил крепко. Все замечательно!»

Хотя запись помечена другим днем, имелся в виду новогодний ужин, на котором дед продолжал пить, когда уже перевалило за полночь, то есть формально наступил новый день. В дневнике он решил быть педантичным, потому и сделал запись уже на новой странице, с новой датой. Еще одна неожиданная сторона дедова характера.

Я перевернул станицу, с полным основанием полагая, что она окажется пустой, и, к своему удивлению, обнаружил там еще одну запись.

«Третье января – Никак не могу решить. Все остаются еще на одну ночь, но я решил отложить завещание по крайней мере до четвертого. Магазины закрыты, делать нечего».

Похоже, дед написал это как раз перед тем, как его сморил сон. Дата – третье января, конечно, ошибка. Видимо, дед запутался из-за собственного решения перенести описание новогоднего ужина, продлившегося за полночь, на следующий день, на новую страницу. Он был порядком навеселе, когда писал, и решил сделать паузу, а снова взявшись за перо, по ошибке перевернул страницу.

Ну что же, теперь понятно, как Руна раньше всех узнала о решении деда отложить написание завещания. Наверняка подсмотрела, что написано в дедовом дневнике. Скорее всего, она явилась к деду в кабинет, чтобы наедине поговорить о преемнике, и случайно увидела дневник. Дед, наверное, на какой-то момент отошел от письменного стола, а может, уже и заснул, и Руна этим воспользовалась.

Звучит убедительно. Но есть кое-что непонятное. Например, дед написал, что откладывает завещание как минимум до четвертого января, но при чем здесь фраза: «Магазины закрыты, делать нечего»? Какие магазины он имел в виду? И еще: первого января после слов «Обе без мужей» он написал: «Все идет как по маслу». Что все? Скорее всего, дед имел в виду что-то личное, потому что по незавидному положению семейств Оба и Канагаэ не скажешь, что у них «все идет как по маслу».

Я аккуратно подсунул дневник деду под руку, и тут мне пришла в голову мысль. Дневник! Ну конечно! Если у старика привычка вести запись событий, полезно будет почитать его старые дневники. Например, я решил для себя, что у Ёсио, который на четвертом круге превратился в преступника, не было мотива убивать деда, однако между ними мог произойти какой-то серьезный конфликт, о котором я просто не догадывался. Прочитав старый дневник, я смог бы что-то узнать.

Я принялся шарить по книжным шкафам. Дневники нашлись, против ожидания, быстро. Они аккуратно стояли все вместе, дневники, наверное, лет за десять. Каждая тетрадь в шикарном переплете с замочком. Не сомневаясь ни секунды, я снял их с полки. Решил унести с собой и почитать. Замочки просто сломаю. Когда текущий круг завершится, все станет на место само собой, замки окажутся на своем месте. Для этого даже пальцем пошевелить не понадобится. И где бы я ни оставил дневники, они автоматически вернутся на свою полку. Получается, что имеющаяся у дыры во времени функция перезагрузки подчас очень удобна.

Со стопкой дневников в руках я вернулся в старый дом. Собрался уже подняться к себе на чердак, но сообразил, что утром дед должен явиться туда выпить. Конечно, дневники можно где-то там спрятать, но это не очень удобно – они могут вдруг понадобиться, и придется за ними специально идти. Я вышел во внутренний дворик, изо рта на холодном воздухе вырывался белый парок, и направился к пристройке. Спрятал там в шкафу дневники и проследовал в главный дом.

У меня возник план спрятаться где-то в столовой до того, как Киёко начнет готовить завтрак, чтобы подслушивать разговоры, которые будут вестись за столом. Не уверен, насколько полезной окажется эта информация, но в любом случае, чтобы выработать радикальные меры, требовалось лучше понимать ситуацию, складывавшуюся второго января. А для этого нужны детали. Столовая – место, куда все заходят хотя бы раз в день, и лучше всего подходит для сбора информации.

Оказалось, однако, что в столовой укрыться негде. Пока я ломал голову над этой проблемой, время приблизилось к шести. Занимался день. И тут в коридоре послышалось шарканье чьих-то тапочек. Не видя другого выхода, я скрючился между посудным шкафом и резервным столом. Укрытие так себе. От входа меня не видно, но стоит кому-нибудь сесть за стол, как игра закончится. Конечно, все завтракали в разное время, поэтому вряд ли это случится, но, если все-таки меня обнаружат в таком месте, оправдаться будет сложно. Впрочем, на подобные случаи всегда есть «перезагрузка», так что особо можно не беспокоиться.

В столовой зажегся свет. Я выглянул из-за шкафа и увидел Киёко, на которой уже был привычный кухонный передник. После новогоднего ужина так рано поднялась. Вот это человек! Киёко тут же занялась приготовлением завтрака на всех. Немного погодя появилась тетка Котоно, одетая, конечно же, в зеленый тренировочный костюм, и взялась ей помогать. Покончив с делом, они присели за стол, чтобы быстро позавтракать.

– Киёко! – послышался голос тетки Котоно. Я подумал было выглянуть из своего укрытия, но понял, что со своего места она меня сразу заметит, и решил ограничиться подслушиванием. – Ну и что ты