Одиннадцатый палец - Цинь Мин

– У психбольных своя ручка, и они до нее доведены, – засмеялся Дабао.

– Ваши рассуждения очень ценны, – сказал начальник отделения Чэнь. – Думаю, преступник находится где-то поблизости от места преступления, поэтому нам следует начать поиски с ближайших поселков; мы ищем одинокого взрослого мужчину, который носит с собой перьевую ручку.

– Есть еще кое-что, – добавил я. – Нам нужно проверять клиентов мелких гостиниц и ресторанчиков этих поселков, которые двадцать седьмого числа напились до полусмерти, а потом в одиночестве ушли в неизвестном направлении.

– Понял, – сказал начальник Чэнь. – Чтоб в течение восьми часов нашли мне подозреваемых!

* * *

Мне, привыкшему к отсутствию свободного времени, было невыносимо просто сидеть и томиться в ожидании результатов следственной работы. Поэтому, раз уж все мои обязанности как судмедэксперта были выполнены, я отправился вместе со следователями в обход по поселкам.

Будучи всегда за кулисами расследования, я впервые осознал, насколько изнурительна работа следователя. Под палящим солнцем мы зашли уже в двенадцатую закусочную.

– Двадцать седьмого? – переспросил владелец. – У нас здесь честный бизнес, я помню всех посетителей… – Он выдавил из себя улыбку.

– Пожалуйста, подумайте хорошенько.

– Верно-верно, я в тот день лично хлопотал в ресторанчике, разносил меню и так далее… – Владелец был очень сговорчив. – Дайте-ка вспомнить…

Я потягивал сигарету в ожидании, пока хозяин заведения медленно просмотрит все заказы двадцать седьмого числа.

– Ах да, точно, – вскликнул тот. – Мне как раз тогда показалось, что секретарь из городской мэрии ведет себя слишком странно. Как же его там звали… Да, старик Ло. Тем вечером он напился вдрызг, всякую околесицу нес…

– Стойте-стойте, – один из следователей торопливо достал диктофон, а его коллега – блокнот. – Старик Ло, секретарь городской мэрии… он тогда вечером выпивал в компании?

– Нет, один. Заказал цыпленка гунбао и речных раков.

Я смял сигарету и подошел послушать.

– Когда пришел? Когда ушел?

– Как тут вспомнишь… Ушел очень поздно, но до закрытия в десять часов. Когда выходил, то поскользнулся, и я помог ему встать.

Следователь кивнул в мою сторону. Это значило, что время совпадает.

– Вы хорошо знакомы со стариком Ло?

– Не то чтобы, – ответил хозяин. – Он всего лишь старый холостяк, который периодически захаживает утопить свою печаль в спиртном. Вы же не подозреваете его в убийстве? Ну, в том, что произошло в управляющей компании? Это невозможно, он и мухи не обидит…

– Не будем играть в угадайку. Надеюсь, вы сохраните в тайне наш разговор. – Закончив, следователь потянул меня на выход.

– Возраст, характеристики, время, опьянение – все сходится, – сказал я. – Разве может быть столько совпадений в одном маленьком поселке? Люди, испытывающие подобную степень сексуального угнетения, по характеру интроверты. Не пора бы арестовать его?

Следователь кивнул:

– Я немедленно доложу начальнику отряда. А вы пока можете вернуться к себе – и ждите хороших новостей.

* * *

Рыская в доме старика Ло, следователь все больше убеждался, что этот внешне безобидный пожилой секретарь совершил преступление, в котором подозревался.

Официально старика Ло звали Ло Фэн. В этом году ему исполнилось 45 лет. Он проработал всю жизнь партийным секретарем, но так и не сумел пробиться и получить статус госслужащего. Скрытная личность со скудным доходом. Если даже Ло Фэну нравился кто-то из сельчан, те никогда не отвечали ему взаимностью. Так он дожил холостяком до своих сорока пяти, и единственным столпом его душевного спокойствия была стопка порнофильмов.

27-го числа Ло Фэн ходил на свидание вслепую. Председатель поселкового народного комитета хотел познакомить его с одной женщиной-разведенкой. Похоже, она узнала, что Ло Фэн не состоит на госслужбе, поэтому не пришла. Тот в расстроенных чувствах в очередной раз пришел в закусочную, где изрядно напился. Алкоголь разжег в нем пламя необузданной страсти. Он увязался за молодой женщиной, но из-за своего состояния потерял ее из виду. Шел куда глаза глядят – и набрел на здание управляющей компании. В этой пустой и тихой местности он, как и Лю Цзе, услышал шум воды.

Работая в городской мэрии, Ло Фэн был немного осведомлен о том, что происходит в управляющей компании. Он знал, что здесь работают красотки, которые, похоже, в то время принимали душ.

Похоть разрывала его на части. Ло Фэн ворвался в душевую. Девичий визг лишь подлил масла в огонь.

Се Линьмяо и Хуан Жун знали Ло Фэна, а тот считал, что эти две шалавы обращали внимание только на секретаря председателя поселкового народного комитета. Он потребовал, чтобы Хуан Жун встала на колени и сделала то, чему его научили женщины из порнофильмов.

В конце концов этим девочкам было всего лишь по шестнадцать лет, они привыкли отдаваться лишь по распоряжению своего начальства, при этом были полностью голыми перед мужчиной… Они потеряли всякую волю к сопротивлению. Хуан Жун стояла на коленях, хныкала и никак не могла заставить себя открыть рот. Се Линьмяо, дождавшись удобного момента, попыталась сбежать. Кровь Ло Фэня закипела от ярости; он ринулся на девушку, схватил ее за волосы и повалил на пол. Он не заметил, как ударил ее головой о плитку. Вскоре пол в душевой окрасился алой кровью, Се Линьмяо умерла. Хуан Жун была в ужасе. Она больше не думала противиться и послушно сделала то, чего требовал от нее Ло Фэн.

После он убил Хуан Жун тем же способом, что и ее подругу, чтобы она не заявила на него в полицию.

Из-за долгожданного сексуального удовлетворения и физических усилий, потраченных на борьбу с девчонками, Ло Фэн выбился из сил и прилег на пол, немного протрезвев из-за ни с чем не сравнимого чувства страха. Он помнил, что мертвецам замазывают глиной лица, чтобы заточить разъяренный дух умершего в бренном теле, поэтому облил лица жертв чернилами из перьевой ручки, которую всегда носил в кармане. После чего в панике покинул место преступления.

Ло Фэн думал о том, чтобы прийти с повинной, а еще сильно боялся, что убитые захотят отомстить ему, поэтому каждую ночь его терзали кошмары. Когда народная полиция пришла к нему, он сдался без сопротивления.

– Надеть наручники – действенный способ сбросить оковы с собственной души, – высказал Дабао мудрую фразу, которая заставила нас посмотреть на произошедшее другими глазами.

Дело № 5. Загробный бандаж. Точка на карте: Кладбище на северо-западе Лунфаня

Мы легко можем простить ребенка, который боится темноты; настоящая трагедия жизни – это когда люди боятся света.

Платон