Одиннадцатый палец - Цинь Мин

приедем сюда для проведения расследования. Все-таки мы еще даже одежду девушки не нашли… Прожектор на машине криминалистической лаборатории, как мне кажется, долго не продержится, нужно солнце.

После моих слов несколько молодых полицейских начали решать с помощью игры в «камень-ножницы-бумага», кто останется. Видимо, они всегда так делали, когда нужно было выбрать, кому достанется тяжелая работенка. Конечно же ни один нормальный человек не хотел по доброй воле оставаться в одиночку на кладбище и сторожить место обнаружения трупа.

– Так не пойдет! – возмутился начальник отделения Ху. – Я сейчас же вызову подкрепление. Будем вести поиски со специальным светом. Вдруг пойдет дождь – и тогда все пропало… Будем работать всю ночь.

Я начал терзаться муками выбора, к какому делу подступиться первым.

– Вы ведь уже забрали к себе в провинциальное управление тело девушки, – начал начальник Ху. – В деле со скелетом пока нет никаких зацепок, сейчас важно установить личность. Что касается сбора останков, не переживайте – это наша задача.

– Отлично, – согласился я. – Связать человека в такой позе над склепом – это весьма креативно. Я очень хотел бы поучаствовать в раскрытии этого дела.

– Веревка, место, поза трупа – все это очень похоже на БДСМ-игры. А здесь заигрались до смерти, – предположил Дабао.

– Пошли, нам нужно в морг, – сказал я. – Сперва осмотрим тело, а потом отдохнем.

* * *

На анатомическом столе лежал труп с раздвинутыми ногами. После того как Линь Тао сделал все необходимые фотографии, мы приступили к разрушению трупного окоченения тела.

– Как же туго идет, – констатировал я. – Практика показывает, что трупное окоченение выражено ярче всего, когда с момента смерти прошло от пятнадцати до семнадцати часов.

Ноги погибшей были широко раставлены, поэтому измерить его температуру через анальное отверстие не составляло особого труда.

– Неплохо… Судя по температуре тела, она мертва уже семнадцать часов, – сделал простейшие вычисления Дабао.

Я взглянул на настенные часы в прозекторской; они показывали 20:02. Другими словами, жертва погибла сегодня, четвертого июля, примерно в три часа ночи.

– Три часа ночи, – произнес я вслух. – Что девушка могла делать в это время на кладбище?

– Мне кажется, это ограбление, – предположил Линь Тао, который в это время снимал папиллярные узоры с руки жертвы. – Смотрите.

Кожа девушки была достаточно бледной, но на среднем пальце правой руки виднелась еще более светлая полосочка кожи. Очевидно, на нем не хватало кольца.

– Поддерживаю, – сказал Дабао. – Девственная плева не повреждена.

– Ого! Она ведь уже не девочка и вроде как симпатичная, – заметил Линь Тао. – Я думал, в наше время таких уже не осталось…

– Никаких следов сексуального насилия? – удивился я. – А на фига он ее полностью раздел, да еще и в такую позу поставил?

Дабао развел руками:

– Так и есть, на вульве также нет никаких повреждений.

– Обычно жертву полностью раздевают только насильники, – настаивал я. – Что-то помешало преступнику, вот и всё… Или над ней поиздевалась женщина?

На теле погибшей не было видимых следов сопротивления, но в местах, где веревка соприкасалась с кожей девушки, имелись легкие ссадины и кровоподтеки.

– Бесспорно, ее связали, когда она еще была жива, – сказал я. – Но она не сопротивлялась. Ее вязали по ногам и рукам, а она даже не пыталась вырваться…

– Может, ей подсыпали что-то? – спросил Линь Тао. – Нужно взять артериальную кровь на анализ.

– Я тут подумал, – начал я, – человек, привязанный к склепу, чем-то похож на животное для жертвоприношения. Скажи мне, есть ли похожий обычай? Возможно, она сама пожелала стать чем-то вроде подношения?

Цинсянское убийство 29 июня сильно впечатлило меня, поэтому теперь я заинтересовался обычаями и традициями. За последние пару дней я обзавелся книжками по традиционным обрядам и ритуалам и тратил все свое свободное время на их изучение. Там я вычитал, что наши предки периодически приносили в жертву еще живых людей, но обычно их никогда не привязывали к могилам, тем более в такой извращенной позе.

– Разумно… – Дабао сдвинул очки на переносицу. – Завтра нужно будет выяснить, кому принадлежит склеп, – судя по всему, богатым людям. И могли ли они проводить человеческие жертвоприношения.

Шею жертвы обвивала глубокая странгуляционная борозда[30]. Тело пробыло под лучами солнца целый день, и верхний слой кожи начал отшелушиваться. В конъюнктиве обоих глазных яблок произошло кровоизлияние, артериальная кровь не свернулась, ногти почернели. Все признаки указывали на то, что девушка была задушена веревкой и умерла от механической асфиксии.

– Ее связали, после чего накинули петлю на шею и начали душить; конечно, она была не в состоянии сопротивляться. И все же она пыталась: кожа в местах соприкосновения с веревкой отшелушилась, а петля, привязанная к дереву, разболталась – полицейский слегка ее зацепил, и она слетела, – рассуждал я вслух. – Если б это была БДСМ-сессия, то ее связали бы не так туго.

Выяснение характера преступления затянулось. На данный момент нам не на что было опереться, чтобы понять истинный мотив убийства. Но опыт подсказывал, что это либо отъем имущества, либо ритуальное убийство, в основу которого легли суеверия. Зачем убийца создал видимость сексуального насилия? Возможно, он просто не закончил задуманное, а может, просто хотел пустить следователей по ложному следу…

После тщательного осмотра тела нам не удалось найти никаких ценных улик. Тогда мы решили достать все органы желудочно-кишечного тракта, чтобы изучить, чем в последний раз питалась жертва. Нет ничего приятного в том, чтобы копаться в желудке мертвого человека. Судмедэксперты должны вычерпать все содержимое и определить, из чего оно состоит. Часто последний прием пищи может стать хорошей зацепкой для следователей. В желудке девушки осталось только что-то вроде переваренной мучной кашицы.

– Вообще еда в желудке полностью переваривается за шесть часов. Люди обычно ужинают в шесть вечера. Если она умерла в три часа ночи, тогда с ужина прошло уже девять часов, за это время желудок должен был опустеть. Раз в нем все-таки что-то осталось, значит, примерно в полночь она перекусила печеньями или каким-то еще мучным продуктом пониженной влажности.

– Судя по тонкому кишечнику, девушка не ужинала. Как мы уже знаем, она умерла в три утра; исходя из этого, поела в промежутке между часом и тремя часами ночи, – резюмировал Дабао после того, как бережно разложил и разрезал кишки на секционном столе. – В середине тонкого кишечника был крупный чистый промежуток – еды для его заполнения в желудке не было. Только после полуночи она съела что-то мучное. Практически вся пищевая масса уже переварилась до пастообразного состояния, но трудноперевариваемые волокна все еще различимы. В пище была зелень, мясо… м-м… еще неочищенный помидор.

– Похоже, ее