Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

Филлида знала, что Джон Бхатт учился в Королевском медицинском колледже Эдинбурга, и была возмущена грубостью и бесцеремонностью Аластера Уитлсби. Но почему же Джон ни единым словом не обмолвился об этой ссоре? Они ведь часто встречались в кафе и разговаривали обо всем на свете. Возможно, он так сильно переживает, что не хочет растравлять себя еще сильнее?

– Я думал, они накинутся друг на друга, – мистер Билдоп нахмурил брови и покачал головой. – Доктор Бхатт был в ярости от оскорблений и добавил своих в адрес литературных талантов мистера Уитлсби и его профессиональных навыков. Я… мне кажется, что-то произошло между ними раньше, что спровоцировало такую сильную реакцию у обоих.

– Так, понимаю, – пробормотал Корк. – И когда же произошла эта ссора?

Викарий несколько мгновений молчал, вспоминая.

– Месяца два назад? Похоже, так. Мы встречаемся два раза в месяц, и последняя встреча проходила у доктора в клинике – я имею в виду, последняя до прошлой среды, когда мы собирались у мистера Уитлсби, – и тогда они тоже обменялись колкостями, но оба вели себя более или менее цивилизованно.

Как странно! Филлида не могла себе представить Джона Бхатта рассерженным, в ее присутствии он всегда был неизменно вежлив, обходителен и спокоен. Все-таки надо узнать, говорил ли он на допросе об этой ссоре инспектору Корку.

– Хорошо, – говорил тем временем инспектор. – А еще кому-нибудь этот господин наступил на ногу? Может быть, вам?

– О… – Лицо священника порозовело. – Нет, я вас уверяю, что нет. Я не одобряю грубости мистера Уитлсби, но не стал бы ссориться с ним. Зачем? К тому же он хороший писатель, а его критика иногда бывает весьма полезна. Ведь в этом и состоит суть Клуба убийств! Нам могут не нравиться советчики, но их советы иногда оказываются весьма ценны. Правда, Вера Роллингброк тоже охладела к Аластеру некоторое время назад, – викарий потер подбородок. – Не знаю, в чем было дело, но она перестала приглашать его на вечера к себе домой. Он намекал ей на это, и не раз, а она как бы не замечала намеков, пока он прямо не сказал: «И на что только не пойдет человек, когда друзья внезапно выкидывают его из своей жизни?..» И тогда, представьте себе, она снова пригласила его. Как будто он намекнул ей на что-то.

Глаза инспектора Корка сузились.

– Вам показалось, это замечание заставило ее передумать?

– Я не могу этого утверждать, но на меня это произвело именно такое впечатление, – ответил викарий.

Его чашка было пуста, и он бесшумно поставил ее обратно на блюдце.

– Вы представляете себе, на что именно он мог намекать?

– Нет, – мистер Билдоп разочарованно развел руками.

– Ну хорошо. Вы еще о чем-то хотите сообщить мне?

Викарий потряс головой.

– Это просто ужасно, – пробормотал он, проводя рукой по бледному лицу. – Ужасно. Служителя церкви жестоко убили, и кто следующий, позвольте спросить? Если лишили жизни католического священника, не последует ли за ним викарий англиканской церкви?

– Точно, – подтвердил Корк, не став уточнять, что католический священник, судя по всему, погиб по ошибке и поэтому викарий не обязан идти в очереди следующим. – Благодарю вас, мистер Билдоп. Если мне снова нужно будет поговорить с вами, где я смогу вас найти? В церкви Святого Терстона, да?

– Да, – подтвердил викарий, – кроме утра воскресенья, когда я провожу службу. К сожалению, у нас нет под рукой бедных сироток с развалившейся крышей, как у некоторых, – добавил он с принужденным смешком.

Корк смерил его странным взглядом, а затем прикрыл глаза и впал в задумчивость.

Мистер Билдоп воспользовался этой возможностью, чтобы тихо выйти из комнаты, закрыв за собой дверь.

– Это все, да? Мы опросили всех членов писательского клуба? – Казалось, Корк задает вопрос всем присутствующим, но, поскольку кроме Филлиды в комнате никого не было, она решила ответить:

– Да, инспектор. Мисс Кроули, мистер Билдоп, мистер Женевен, миссис Роллингброк и доктор Бхатт. Остался лишь мистер Уитлсби, но, полагаю, вы уже побеседовали с ним, не так ли?

– К сожалению, да, – ответил Корк, открывая глаза.

– Интересно, доктор Бхатт упоминал на допросе о своей ссоре с мистером Уитлсби? Это единственный допрос, который я пропустила, – сказала Филлида.

– Да, я полностью осознаю этот факт, миссис Брайт, – ответил инспектор. – Не помню расследования в моей карьере, которое сопровождалось бы таким превосходным обслуживанием и столь пристальным вниманием.

– Спасибо, – скромно сказал Филлида, решив принять эту реплику за комплимент, но также понимая, что он не собирается отвечать на ее вопрос. Несмотря на это, она продолжала: – Полагаю, сейчас вы хотели бы отправиться в Маллоуэн-холл, чтобы допросить свидетелей там?

– Свидетелей и потенциальных подозреваемых, – сказал инспектор, вставая со стула. Он застонал, потягиваясь, и спросил: – Где тут у них находится туалет, не подскажете?

– Потенциальных подозреваемых? – Филлида нахмурилась. – Вы же не имеете в виду мистера и миссис Маллоуэн и их гостей?

– Скорее нет, чем да, – ответил Корк. – В основном я имел в виду пронырливых экономок, у которых был прекрасный доступ к бару и всем бутылкам.

Филлида усмехнулась, собирая со стола чашки и блюдца.

– Инспектор Корк, я вижу, что кофе совсем размягчил вам мозги. Тогда уж стоит обратить внимание и на дворецкого, правда? А не только на простую экономку.

С этими словами она подняла поднос и с гордо поднятой головой вышла из комнаты, предоставив инспектору самому искать дорогу в туалет.

Глава 6

Прижавшись плечом к дверце машины, Филлида молча смотрела в окно, пока Брэдфорд гнал «даймлер» обратно в Маллоуэн-холл. Они не встретили по дороге ни единой машины и в гордом одиночестве проносились мимо окаймлявших обочины живых изгородей и высоченных сорняков, возвышавшихся над их крышей почти на метр. Было уже десять вечера, и свет фар выхватывал из темноты то перебегающую дорогу кошку, то мелькнувшую птичью тень. Припустил довольно сильный дождь, который, впрочем, не мешал обзору водителя.

Филлида смогла дать ногам отдохнуть впервые за этот сумасшедший день: с тех самых пор, как утром приехала к церкви Святой Вендреды. Молли и Рита крепко спали на заднем сиденье, опершись головами о противоположные окна. Счастливицы! Филлида всегда завидовала людям, способным спать в движущемся транспорте.

Однако сама она не собиралась поддаваться усталости – как физической, так и умственной, – особенно в компании Брэдфорда, опасаясь его очередного саркастического комментария. Стоит ей закрыть глаза, и она тут же услышит рассказ об экономке, храпящей во время рабочего дня, или колкое замечание об