Рефлекс убийцы - Валерий Георгиевич Шарапов

— Хлебников? — насторожилась Мария. — Зовут его, случайно, не Олег Родионович?

— Да, примерно так. — Григорий Александрович тоже насторожился. — Знаешь его?

— Да так… — Мария смутилась.

«Начинается», — подумал Аверин. Он не страдал отсутствием наблюдательности. Но жизнь есть жизнь, и до знакомства с Павлом Мария Погодина вряд ли лежала в анабиозе. От внимания не укрылось, что она как-то ожила, интерес отразился в глазах.

— Знала в прошлом одного Хлебникова Олега Родионовича… — Она задумалась. — Ну что ж, это нам на руку…

— Дай бог, — кивнул Зимин. — Надеюсь, не бывший муж? Хотя мне до лампочки. Используйте любую возможность, чтобы выяснить как можно больше о лаборатории. Допуск мы сделаем, но все же личные связи… никому еще не вредили. А теперь так называемая вишенка на тортике. — Генерал подобрался. — Я лично связался с начальником Первого Главного управления и высказал просьбу. Ее выполнили оперативно, в течение пары суток. Возможно, повезло, не знаю. Или у нашего агента появились дополнительные возможности. Наш человек в американской разведке обладает обширными связями, в том числе имеет выход на британскую МИ–6. Он не знает имен источников, но слово «Кристалл» в секретных бумагах англичан фигурирует. Оттуда сливается информация, которая анализируется и в дальнейшем поступает в британские секретные лаборатории. То есть там вовсю используют наши идеи — развивают их и совершенствуют. Тема глубоко засекречена. То есть мы не ошибаемся, все закручено вокруг лаборатории «Кристалл». Но могли бы это выяснить и раньше, — не преминул вставить шпильку генерал, — без потери времени и привлечения зарубежной агентуры.

Неторопливо протекал рабочий вторник. Павел подошел к окну, отдернул штору и уныло уставился на бетонный забор. За оградой колыхался на ветру лохматый тальник. Значит, неподалеку имелась вода — речушка, пруд, болотце. Ивы, тальники (что, в сущности, одно и то же) произрастают только у воды. Двухэтажная ведомственная гостиница (ей даже название не придумали) — серый невзрачный куб из силикатного кирпича — находилась на западной окраине поселка. Район был живописный, но вид из окон явно подкачал. Дорога из Москвы заняла не больше часа. Утренняя трасса была свободна. В принципе, можно ездить сюда как на работу. Выдвинулись вдвоем с Марией — пробный шар, так сказать. Никогда не поздно вызвать подкрепление и заблокировать лабораторию к чертовой матери! Кучевой и Карский остались в Москве, допрашивали супругу Балабанюка — и самого Константина, удивившего своим поступком все управление. Дорога знакомая, только «официальный» отворот с трассы находился дальше, дорога в поселок имела асфальтовое покрытие.

— Знаешь, Павел Андреевич, я не обязана была хранить тебе верность, не догадываясь о твоем существовании, — непринужденно разглагольствовала Маша. — У нас с тобой и сейчас отношения странные и во многом загадочные. Может, кто-то и догадывается… Или нет. С Хлебниковым как-то быстро все вышло. Мы оба в ПГУ работали, но за границу не выезжали, здесь тоже дел хватало. Все случилось в захолустной сибирской деревне, рядом с которой строили невиданной мощи секретный объект, и шпионы там вились, как мошкара под лампой. Ну сам понимаешь, после работы делать нечего… Знаешь, что он заявил наутро? Одной ночи, мол, мало, надо повторить. Повторили — и поехало… Потом его в Пятое управление перевели, сменил прописку, в общем, расстались лучшими друзьями. Поверь, мне даже интересно, каким он стал. Нет, ты пойми правильно, я не в этом смысле…

А в каком, интересно? Он ни капли не ревновал, но было неприятно.

Поставили в известность сразу: в поселке есть гостиница, можно остаться на ночь. Или на две — как пойдет. Соответствующие люди подготовят. Дома не ждали ни дети, ни жена. Весь фокус работы сместился в этот злосчастный поселок. И Мария со своими странными мыслями была под боком. В любом случае надо было где-то остановиться. Объект окружали густые леса. В безоблачном небе метались стайки стрижей. Дорогу перегородил шлагбаум с военизированной охраной. Информация о визитерах у служивых имелась, пропустили без нервотрепки. Населенный пункт был небольшой, но нарядный. Аллеи акаций, симпатичных голубых елочек. Аккуратные дома с мансардами, здания крупнее — на две, четыре семьи, детский садик, школа, пустующее футбольное поле. На пригорке возвышались пятиэтажки — явно возведенные по особому проекту. Зелени и цветников в поселке было с избытком. Проехали пару магазинов, химчистку с прачечной. Вовсе не деревня — город в миниатюре. Учреждение «Кристалл» находилось за забором на севере городка. Комплекс двухэтажных кирпичных построек — ничего оригинального.

Работница гостиницы встречала с обезоруживающей улыбкой — одна из обещанных «соответствующих» персон. Работница была в курсе, расстилалась, как ковровая дорожка. Второй этаж, номера со всеми удобствами для дорогих гостей… Поколебалась насчет количества номеров, но у Марии было такое каменное лицо, что вопрос отпал, получили два ключа — комнаты напротив, через коридор. Мария умчалась по делам практически сразу. У нее имелась договоренность, согласованная с Зиминым. А кто такой Аверин? Всего лишь досадная промежуточная инстанция, через голову которого можно и переступить. Он не возражал. Информации не было вовсе, план мероприятий отсутствовал; чем занимались умные лбы в лаборатории — оставалось тайной за семью печатями…

Бездельничать было хуже, чем пахать неделями без выходных. Гостиничный номер был так себе, но это не волновало. Холодильник отсутствовал, да и бог с ним. Полчаса назад Павел перекусил в столовой напротив. Кормили сносно, только привкус капусты остался во рту. Тоже ерунда, лишь бы не привкус цианида. Телевизор в номере выглядел декоративно, но показывал. Нарвался на новости. Все текло своим чередом и как-то даже быстро. Набирало обороты ускорение. Борьба с пьянством и нетрудовыми доходами входила в пиковую фазу. Появлялось что-то новенькое. Мелькнуло слово «гласность». Намекали на расширение свободы слова, некую идеологическую реформу, призывали обсуждать острые темы современной жизни, события прошлого — но без клеветы и критики существующего строя. На полном серьезе обсуждалось появление неформальных общественных организаций, избавление от опеки государства религиозной жизни в стране. Корабль потихоньку сходил с мели, на которой сидел последние десятилетия, начинал движение. И только богу, которого разрешили, известно, чем оно закончится…

Он выключил телевизор, пошел курить к открытому окну. В дверь постучали, вошла Мария в сопровождении рослого осанистого мужчины — из тех, что любят хорошо одеваться и снисходительны к окружающим. В принципе, мужик как мужик, ничего выдающегося. Мария поглядывала с лукавой хитринкой.

— Познакомьтесь, Олег Хлебников, майор, Пятое управление, возглавляет местную службу безопасности. Тот самый, — добавила Мария с выражением.

Мужчина немного удивился, но протянул руку, поздоровались. Оба украдкой изучали друг друга и,