Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

понимал – в ее голосе не было и тени тревоги. В глубине души он знал, что никакой реальной угрозы не было. Но Нелла нуждалась в нем – и только это имело значение.

А может быть, даже и не так. Нелла позвонила. Точка.

И это одна из причин, почему нужно уезжать из Бинди-Бинди.

Ты слишком сильно к ней привязался. Привыкать и обживаться здесь нельзя. Мы не обживаемся. И не задерживаемся…

Тогда как, черт возьми, объяснить последние пятнадцать лет?

Он будто очнулся от транса, как только Нелла уехала в Перт. Когда он проснулся через два дня после ее отъезда, весь в холодном поту, окаменевший от желания, обожженный прикосновениями ее призрачных губ и чувством стыда за этот неконтролируемый сон. То, что они делали, то, что он шептал, звуки, что издавала она. Больные, извращенные фантазии, которые просочились сквозь герметичные стены его чердака, словно угарный газ.

Пробуждение от этого греховного сна, сопротивление дикому порыву – сесть в машину, умчаться в Перт и привезти ее обратно, в этот город, в свою постель – до того напугали его, что он стал прятать ключи от машины в морозильнике у Грейсона.

Он надеялся, что она останется в Перте, где будет в безопасности от его снов, его недуга. Но судебный иск все изменил. Он знал, что она вернется, знал это несмотря ни на что. Она не могла держаться вдалеке от Бинди-Бинди, какой бы болью ни обернулось возвращение.

Проблемой был он. Это ему нужно уехать.

– Как ты могла не знать, что твои права просрочены?

Неужели она настолько пьяна, что не заметила, как резко он сменил тему?

– Умпф… – Она снова ткнулась головой в подушку.

Он отвел взгляд от обтягивающих черных брюк.

– Не понимаю, как ты сдала практику вождения. Несмотря на всю мою помощь, у тебя была координация пьяного сенокосца.

– Кажется, у Грея нашелся какой-то компромат на инструктора, – пробормотала она. – Потому что я отчетливо помню, что наехала на бордюр как минимум три раза во время экзамена. И, возможно, на одного пешехода.

– Ты же не ездила с просроченными правами?

– Почему? Потому что мы не можем позволить себе еще один скандал?

– Потому что это противозаконно, потому что ты можешь пострадать…

– Думаю, ты расстроен из-за того, что даже тебе, Автомобильному Йода, не удалось меня научить.

– Я просто не понимаю. – Он покачал головой, но не мог сдержать улыбки. Автомобильный Йода. Эту фразу он пока на чердак отправлять не станет. – Ты самый умный человек из всех, кого я знаю. Почему же для тебя это оказалось так сложно?

– Зачем мне было учиться водить, когда у меня был ты? – Она по-прежнему говорила в подушку, и слова приглушали шелк и волосы, так что он вполне мог расслышать что-то неправильно.

– Для тебя это очень нетипичное заявление.

– Ну, это же правда, разве нет? Наверно, мне было просто слишком комфортно, я была слишком избалована и эгоистична и полагала, что ты всегда будешь рядом. К тому же, я не люблю тратить время на то, что у меня не получается. Или на людей. Как тебе хорошо известно.

– Я никогда не называл тебя такими словами.

Подушка заглушила саркастический смешок.

– Но ты так думал.

Разве важно, что я думаю?

– Ты правда так считаешь? – спросила она после паузы.

– Считаю что? – Пока она не видела, он зашвырнул под кровать старые трусы. Ради всего святого, это было его убежище, единственное место, куда она не могла проникнуть.

Нелла перевернулась и одарила его жуткой улыбкой.

– Что я самая умная из всех, кого ты знаешь?

– Зависит от того, вспомнишь ли ты этот разговор утром.

– Я буду помнить, как приятны на ощупь эти простыни. – Она заерзала, словно закапываясь поглубже.

Господи, помилуй.

– Боже мой. – Она приподнялась на локте и уставилась на подушку, с которой только что миловалась. – Я – Оливер.

– Точно. – Она определенно была пьянее, чем он думал.

– Он улегся на мою кровать, – продолжила она, словно не слышала, что он сказал. – На втором курсе универа. Они и Кларксон дружили с моей соседкой по комнате. Играли в видеоигры или во что-то еще, выпивали. Я посидела с ними немного, но легла спать рано, потому что… ну, уже не помню. Ты был там.

– Я был… Что?

– Ты приезжал за мной, – уточнила она.

– Я приезжал за тобой только один раз, забирал из квартиры на втором курсе. Ты сказала, что не хочешь, чтобы люди думали, будто ты выше них, и у тебя есть личный водитель. Ты всегда говорила, чтобы я встречал тебя на станции. – Так было даже после того, как Салли Сью едва не заперла ее в подвале. Вспомнив Салли Сью, Джетт вспомнил и еще один случай – Нелла сидела тогда на заднем сиденье. Не о том ли вечере она говорит? Но тогда же с ней ничего не случилось? Он запомнил ту ночь только из-за их разговора. – За исключением одного раза.

– За исключением одного раза. – Она поймала его взгляд своими черными глазами.

– Как ты думаешь, парень может дружить с девушкой? – спросила она, когда Джетт разворачивался в тупичке, где находился университетский дом. Ему даже показалось, что, когда они отъезжали, в окне шевельнулись занавески.

– Конечно. Если он – импотент.

– Это смешно. У меня много друзей-парней, которые никогда не привлекали меня в сексуальном плане.

Джетт промолчал. Не его дело указывать на очевидное. Его дело – вести машину.

– А если они женаты? – не унималась она. – Или у них серьезные отношения и каждый из них безумно влюблен в другого человека? В такой ситуации они могут быть друзьями?

– Допускаю, – сказал он, – но сомневаюсь, что это настоящая дружба, как у тебя с Элайзой. Клятвы и обещания не отменяют человеческий инстинкт. Можно контролировать свои поступки, и для некоторых людей отношения с супругами значат больше, чем любые другие. Но полностью контролировать желание невозможно.

Нелла прикусила губу, и что-то изменилось в ее выражении лица.

– Кажется, сегодня я разрушила дружбу, – сказала она и отвернулась к окну.

– Быть твоим другом нелегко, – ляпнул он, не подумав.

Мучительное молчание затуманило стекла.

– А ты мой друг? – наконец прошептала она.

– Я работаю на твоего отца. – Он крепко сжал руль.

– Я не об этом спросила.

Он знал, о чем она спрашивает. И это не имело ничего общего с дружбой.

– Да, – сказал он. – Мы друзья.

До сих пор он не решался достать это воспоминание с пыльной полки на чердаке. Теперь ситуация стала понятнее – ее странные вопросы, беспокойство из-за того, что она разрушила дружбу. Нелла имела в виду свою дружбу с Кларксоном и что-то, случившееся между ней и