Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

Тайнан дал защите две недели на подготовку дела и назначил точную дату начала судебного заседания – 1 мая.

Глава 48

Ричард вообще не хотел защищаться. Он постоянно говорил своим адвокатам, что этот суд – цирк и фарс. Он отказался воспринимать его всерьез или придавать ему достоинство защитой. Кларк настоятельно призывал его сослаться на безумие и попытаться показать суду при помощи свидетелей из числа медицинских экспертов, что он сумасшедший, но Ричард сказал ему, что он никогда прибегнет к ссылке на безумие. У него были гордость и достоинство.

Кларк и Даниэль поговорили с Рут и умоляли ее попытаться повлиять на брата. В те выходные она приехала из Эль-Пасо навестить Ричарда, но даже она не смогла изменить его решение не защищаться.

– Если они признают тебя виновным, судья приговорит тебя к смерти, – сказала она, ее большие карие глаза наполнились слезами.

– Я лучше умру, чем проведу остаток жизни в тюрьме.

– Любая жизнь лучше, чем смерть, Ричи, если они тебя казнят, это убьет папу и маму.

Ричард промолчал. Рут горько заплакала. Она знала, что если ее младший брат что-то решил, ни наводнение, ни пожар этого решения не изменят.

Вопреки желанию Ричарда Даниэль и Рэй Кларк продолжали действовать и выстроили настолько хорошую защиту, которую им удалось создать без сотрудничества, поддержки или вклада со стороны своего клиента. Они наняли частных детективов, чтобы собрать больше информации о Солано, и нашли еще нескольких воров, которые с ним сотрудничали. Они также нашли грабителя, который совершал кражи со взломом с Ричардом, Сандрой Хотчкисс, той самой женщиной, чьей с помощью полиция пыталась заманить Солано в ловушку.

1 мая зал суда заполнила пресса, зрители и поклонницы Ричарда. Дорин заняла свое привычное место. Фил Хэлпин встал и сказал суду, что свидетель обвинения солгал, и он хотел, чтобы суд об этом узнал, и попросил возобновить его дело, чтобы уладить вопрос. По его словам, займет это не более десяти минут, хотя он еще не готов начать и попросил немного времени на подготовку. Тайнан приказал возобновить рассмотрение дела в 10:30 следующим утром. Он потребовал встречи с коллегией защитников в отсутствие Хэлпина.

В холле вокруг прокурора собрались репортеры. Свидетель, солгавший по делу Ночного охотника, был большой новостью, и они умоляли Хэлпина сказать им, кто это. Он отказался назвать любые имена, но сказал, что эта ложь не была чем-то потрясающим. «Свидетель солгал, чтобы защитить женщину. В этом нет ничего необычного», – процитировали его слова все газеты Лос-Анджелеса.

Утром, после того как Кларк и Даниэль Эрнандес обсудили этот вопрос, Кларк сказал судье Тайнану, что, по его мнению, поскольку у людей была четкая и точная информация о том, что Солано имел дело с другими ворами, сознательно лгал на свидетельской трибуне, и его показания надо полностью исключить из рассмотрения.

Кларк сообщил суду, что на теле у женщины по имени Сандра Хотчкисс, когда она шла в дом Солано, был жучок, и на пленке он говорил о покупке вещей у других людей, а не только у Ричарда Рамиреса. Эрнандес добавил, что людей, располагавших информацией о том, что Солано лгал, можно рассматривать как «подстрекателей к лжесвидетельству». Он говорил с мисс Хотчкисс, и она утверждала, что сыщики опергруппы повалили Солано на землю и затащили в дом, где избили его и заставили подписать бумагу, дающую полиции право на обыск его дома.

Это были серьезные обвинения, и судья Тайнан внезапно заинтересовался тем, что говорил Даниэль. Если бы удалось доказать, что все конфискованные у Солано материалы нельзя использовать в качестве доказательств, аргументы обвинения были бы значительно ослаблены. Это могло вызвать аннуляцию судебного процесса или отмену решения, если присяжные признают подсудимого виновным. Когда Даниэль закончил, судья потребовал ответа Хэлпина.

– Безусловно, то, что продемонстрировал мистер Эрнандес – это хороший пример некомпетентности. Я буду возражать. Я устал от его нелепых обвинений.

Судья Тайнан пытался его успокоить.

– Мистер Хэлпин, почему бы нам просто…

– Этот человек некомпетентен! Он обвинил меня в преступлении.

– Будьте выше этого, – предложил Тайнан.

Между Даниэлем Эрнандесом и Филом Хэлпином возникла настоящая сильная ненависть, и они яростно спорили.

Даниэль утверждал, что единственная причина, по которой Хэлпин возобновил свое дело, заключалась в том, что он узнал, что у защиты есть целый ряд свидетелей, готовых дать показания и доказать, что Солано – лжец. Полиция и прокурор были в курсе всего, но они позволили ему выступить и лжесвидетельствовать. Тайнан сказал Даниэлю заявить возражение против возобновления прокурорского дела, а он вынесет по нему решение. Даниэль сказал, что хочет провести полное слушание по делу в соответствии со статьей 402, чтобы определить, знал ли окружной прокурор о других сделках Солано, а в ходе слушания определить, действительно ли имело место подстрекательство к лжесвидетельству.

Судья Тайнан постановил, что слушания не будет, и что защита вправе провести перекрестный допрос Солано, когда штат возобновит дело. Он сказал:

– Как я уже указывал ранее, мистер Хэлпин попортил мне крови, но я никогда не видел, что он нечестен, и на данном этапе я не вижу ничего, что могло бы заставить меня поверить в то, что он таковым был.

Вошли присяжные. Тайнан сказал им, что позволяет обвинению возобновить рассмотрение дела с целью повторного вызова Фелипе Солано. Ричард сердито посмотрел на Солано, когда тот занял трибуну. Солано не обрадовался, что его вызвали снова. За несколько недель, прошедших с тех пор, как он дал показания, он, казалось, состарился на десять лет.

Хэлпин сразу перешел к сути и спросил:

– В ваших свидетельских показаниях было то, что не соответствовало действительности?

Солано сказал, что было. Он знал Еву Кастильо, также известную как Роза Солис, с августа 1983 года и трижды покупал у нее украденное имущество.

– Но несколько раз она дарила вещи моей семье.

Хэлпин спросил Солано, получил ли он что-либо из предъявленного на опознании 5 сентября имущества от Евы Кастильо, и тот с уверенностью ответил, что нет, что он получил это имущество от Ричарда Рамиреса. Ричард нервно задвигался на своем месте, и кандалы у него на ногах загремели.

Когда Хэлпин спросил, почему Солано солгал о получении украденной собственности от Евы, он ответил:

– Просто потому, что я хотел ее защитить. Она мать.

Он сказал, что также покупал вещи у вора по имени Монье и у другого – по кличке «Куба».

Хэлпин показал фотографии конфискованных вещей, некоторые из них Солано опознал