Воды возле Африки - Влада Ольховская

Однако если в случае со стариком судьба его подставила, то в случае со старухой, видимо, решила выдать компенсацию. Тимур узнавал, как у нее дела, похоже, полностью восстановиться она уже не сможет и в деревню не вернется. Это хорошо, а все остальное у него и так схвачено. Но настроение все равно портит, конечно…

Ему нужно было отвлечься, сейчас даже больше, чем раньше, слишком много времени он провел в напряжении. Тимур отправился на охоту спонтанно, он не искал компанию, знал, что в будний день все будут заняты, да еще и время не лучшее… К черту их. Он чувствовал: одиночество даст ему куда больше.

Далеко ехать он не стал, хотя и возле деревни не задержался. Он выбрал одно из проверенных мест, сюда никто просто так не суется, этого должно быть достаточно. Тимур даже выстрелил один раз — просто так, ни во что не целясь, сделал это условным предупреждением для любых гуляющих.

Ну и звук, разумеется, его порадовал. Теперь он ждал возможности выстрелить снова. Тимур чувствовал: если еще и удастся добыть хоть какой-то трофей, если на траву прольется кровь, напряжение наконец отпустит. Он не собирался философствовать, как одно связано с другим и нормально ли это, он просто хотел получит результат.

Но время он все-таки выбрал неудачное: мир замер, затаился внутри тягучей летней жары. Птицы пели где-то далеко, первый выстрел отпугнул их. Мелкое зверье тоже не спешило показываться, да и не время… В воздухе разве что насекомые кружили, но они только портили Тимуру настроение.

Он уже готов был сдаться, отправиться домой, объявить сегодняшнюю охоту завершенной, когда зашелестела высокая трава. Надо же… Похоже, какой-то отчаянный заяц все-таки решил высунуть свои уши! Никто другой в этой траве бы не поместился, так что оснований для опасений не было.

Нужно было подождать, подпустить зверя поближе, чтобы прицелиться получше. Но Тимур и так ждал слишком долго, охота рисковала вместо спокойствия принести раздражение, а этого ему точно не хотелось. Он выстрелил сразу же, когда трава начала расступаться…

А еще за секунду до этого в прицеле мелькнуло что-то большое, яркое. Оно появилось слишком быстро, будто бы ниоткуда, и Тимур уже ничего не мог изменить. Он нажал на спуск, выстрел прогремел, взвился в воздух, дрожью прошел по телу охотника. И он попал! Во что-то… Теперь осталось разобраться, во что.

Послышался вой, высокий, протяжный, и трава осталась смятой. В первые секунды Тимур еще верил, что подстрелил зверя, просто не убил сразу, а ранил. Но, когда он подошел поближе, все оказалось куда хуже.

На примятой траве лежала молодая женщина. Тимур понятия не имел, откуда она взялась — он ее точно не видел! Но она, похоже, его заметила, потому что она бросилась под пулю намеренно, оказаться на этом месте случайно она не могла, никак.

Причину ее поступка долго искать не пришлось. Женщина лишилась чувств, возможно, и вовсе умерла мгновенно, Тимур еще не разобрался. В любом случае, ее глаза были закрыты, никаких звуков она не издавала, подвывал маленький мальчик, которого она и защищала… и которого чуть не убил охотник.

Страха и тем более сожаления Тимур не почувствовал, только новую волну злости. И снова эта деревня будто издевается нам ним! Сначала старик на дороге, теперь это… Он приехал сюда за свободой, но пока свобода приносит только проблемы. Еще и с этим разбираться нужно…

Он уже видел, что женщина дышит, пуля попала ей в плечо, отключилась эта дура скорее от шока. Но рано или поздно она очнется, и крику будет… А денег на это уйдет… Чем больше Тимур думал о том, что его ждет, тем меньше хотел связываться с этим. Из одной лужи запрыгнул в другую, так и все лето испоганить можно почище чем в городе!

Но это если он даст проблеме развиться… А если нет? Если взять эту дуру, увезти подальше… Она вспомнит, кто стрелял в нее? Она вообще видела его — или только ружье? А мальчик? Мелкому года четыре, не больше, сидит, рыдает, сопли пускает…

— Эй! — позвал Тимур. — Ты говорить обучен?

Мальчишка не отреагировал, он продолжил завывать, прижимаясь к матери. Да уж, участковый порадуется такому идеальному делу: подстрелил местных жителей, потому что недостаточно далеко отъехал, охотился там, где не следовало бы! Если увезти дуру подальше, хотя бы эта проблема будет снята: можно убедить полицию, что это женщина нарушила правила, она сама нарвалась, он не виноват!

Он прибыл на охоту на той же машине, на которой сбил деда. Несчастливая она все-таки… Придется продать. Или сжечь. Но избавиться от нее так или иначе, а значит, можно уже не беспокоиться, насколько хорошо она отмыта от крови, сколько там этой крови…

Тимур успел подумать об этом, даже принять решение — но не осуществить его. Потому что со стороны деревьев вдруг прозвучал знакомый голос:

— А что… Что здесь происходит?

Обернувшись на звук, Тимур едва сдержал раздраженный стон. Отлично! Еще один свидетель, и не просто свидетель, а пацан этот, друг Эдика… Филипп? Да, Филипп. Он сообразительный, его не убедишь, что все как-то само собой получилось. Так что проблема уже не исчезнет, если только…

Если только он не решится убить всех троих.

Глава 11

Умение вести поиск

Умение вести поиск многим казалось бесполезным на их новых миссиях. Ну в самом деле: кто будет бегать по кораблю? А вот Далмар ни на миг не забывал о том, что они захватывали корабли, размером превосходившие многие деревни. Тут есть, где прятаться, и, если время ограничено, это может привести к беде.

Поэтому он никогда не расслаблялся — и никогда не терял навык. Скорее, наоборот: он практиковался. Когда Каахин наконец выделял ему пару игрушек, Далмар иногда позволял им побегать по кораблю и лишь потом наслаждался ими сполна. Дело было не только в удовольствии, он запоминал, куда они бросаются прежде всего, как ведут себя, что будет, если загнать их в угол. Люди не так сильно отличаются от животных, как им самим нравится думать.

Теперь его навыки станут полезны. Далмар не хотел выслужиться, ему было безразлично, что о нем думают другие. Но и дураком он не был, он отметил, что жестокость, с которой он разрывал своих жертв на части,