Отдел по борьбе с милицией 3 - Анатолий Евгеньевич Матвиенко

ими преступных деяний, а Громов, Воронов и Ловкнис давали объяснения в различных инстанциях, вплоть до ЦК КПСС. Редчайший случай, когда к ним самим никаких претензий не возникло, даже из-за довольно сомнительного момента, когда Леонид приставил пистолет к голове начальника ИТК. На вопрос чиновника из ЦК — действительно ли был готов нажать на спуск, он ответил утвердительно, потому что весь наряд на проходной уже держал руки на кобуре, к тому же осталась вероятность, что автоматчики откроют огонь по вертолёту. Чтоб предотвратить превращение операции в кровавую баню, был готов ликвидировать полковника, чтоб другие офицеры зоны не питали иллюзий, и тем самым предотвратить взаимное избиение.

По большому счёту, такой поворот с несговорчивостью «хозяина» не просчитали гебисты, готовившие операцию, Леонид воздержался от обвинений в их адрес, пусть выводы делают другие. Но… победителей не судят.

Выпавшее полусвободное время, хотя бы без командировок, он посвятил благоустройству квартиры и, конечно, встречам с подругой, виделись через день или даже каждый день, а в пятницу посетили день рождения коллеги Лейлы. Именинница, как и большинство женщин-гостей, оказалась незамужней. По их лицам читалось: девица, не упусти шанс или уступи кавалера нам. Во времена, когда женский средний брачный возраст не превышал 22 лет, завидный жених для Лейлы в её 24 выглядел как «последний шанс», Леонид надеялся, что действительно нравится девушке, а не просто подвернулся как возможность успеть в последний вагон уходящего поезда молодости.

Ох, она старалась… Спустила, видимо, накопления года или двух на обновки. Приобрела максимально короткую по моде времени плиссированную юбку — выше колен и выше пальто, сменившего дублёнку с приходом тепла, стремилась смотреться максимально соблазнительной.

Оставалась у Леонида часто. В квартире появились её зубная щётка, ночнушка, босоножки на невысоком каблуке, куча других мелочей. О регистрации брака не было произнесено ни слова, но их отношения приобретали всё больше семейных черт, он не противился.

Краткая идиллия закончилась в понедельник 2 марта. Каракозов собрал все свободные группы, находившиеся в Москве, итого 9 человек, и объявил о ЧП:

— Похоже, ещё одна наша команда попала в переплёт. Выполняла задание во Владимире. В пятницу её руководитель не вышел на связь. Я позвонил в прокуратуру Владимирской области, прокурор послал помощника в гостиницу. Наши не освободили номера, их личные вещи лежат на месте. Самих людей нет, автомашины — тоже. Снегов, командир группы, в четверг передал, что, скорее всего, в расследуемых преступлениях замешан кто-то из милиции. Подробностей не знаю, никаких документов не оставил.

— А опера? У них же было сопровождение, прикрытие? — спросил, не вытерпев, Айварс.

— Было. Но всего лишь два старших опера из ГУУР МВД. Они уверяют, что утром в пятницу получили разрешение Снегова убыть в Москву до понедельника, потому что никакие активные действия не планировались. Кто мог напасть на наших и похитить, не имеют ни малейшего представления. Я с ними беседовал в субботу вечером, в воскресенье оба вернулись во Владимир, новостей нет. Местная милиция тоже разводит руками. Сегодня время для относительного ожидания исчерпано окончательно, я рапортовал Генеральному. Во Владимир выдвигается большая оперативно-следственная группа, возглавляет наш старший следователь по особо важным делам Алексеев, вы его отлично знаете. От МВД — заместитель начальника ГУУР. В общем, там уже к обеду будет тесно, — Каракозов повертел в руках карандаш, вопросительно разглядывая присутствующих, он явно медлил отдать чёткую команду «фас». — Конечно, сил там достаточно. Основное направление — найти тройку Седова, живыми или мёртвыми. Установить похитителей. Но остаётся ещё и задание, ради которого они выехали во Владимир. Мы не знаем, сопряжено ли с заданием их исчезновение.

— Просветите относительно задания, — попросил начальник одной из групп.

— Охотно. За полгода в городе совершено несколько тяжких преступлений, оставшихся нераскрытыми. Точнее, одно из них, а именно нападение на инкассаторов, перевозивших из банка зарплату для работников завода «Автоприбор», считается раскрытым, подозреваемый арестован и признался. Но похищено более 375 тысяч рублей! Громадные деньги, а у обвиняемого ничего не обнаружили, отчего возникают сомнения в справедливости его обвинения. В город выезжали группы сотрудников ГУУР, один из них обратил внимание на закономерность. Преступные посягательства случаются в определённом ритме, будто совершивший их субъект дежурит через два дня на третий. А это — распорядок для милиции, армии, КГБ, пожарной охраны. На гражданке режим работы с заступлением на сутки обычно иной — через три на четвёртый. Но, как водится, версия о серийном преступнике встретила яростное сопротивление в обкоме партии как бросающая тень на весь нравственно-политический климат в области. Тем более остальные эпизоды отличаются. В основном — убийства без очевидных мотивов, жертвы — мужчины нерусских национальностей. Две женщины, обе приезжие, они также из восточных республик, изнасилованы и убиты. Итого 7 эпизодов за полгода — только то, что укладывается в систему. Если неизвестный нам злодей является автором, например, нераскрытых похищений автомобилей, то они не фигурируют в схеме. Либо, конечно, работает устойчивая преступная группировка.

Наступила пауза. Все приглашённые переваривали услышанное.

— Наша пропавшая тройка… Это опытные люди? — спросил Громов.

— Арсений Седов — бывший заместитель прокурора Воронежской области, советник юстиции. С ним Кашкина Ирина, переведена к нам с должности старшего следователя прокуратуры Орловской области. Третьего сотрудника хорошо знает товарищ Воронов, это бывший опер уголовного розыска Калининского УВД Константин Ершов. Все трое только-только оформились в управлении, не желторотые, но, возможно, не успели сработаться, — Каракозов отгородился ладонью от подчинённых, заранее отметая претензии. — Скажете, почему их отправил на столь сложное дело, необстрелянных? Да ещё с минимальным эскортом. Дело в том, что там практически невероятно предположить наличие устойчивой преступной группировки из сотрудников УВД и райотделов. Наоборот, местные искренне стараются помочь и раскрыть все эти эпизоды, опера из ГУУР уверены в их мотивах. Фактически тройкой Снегова я только усилил и без того работавший аппарат расследования. Такие серийные преступники не остаются безнаказанными бесконечно, рано или поздно совершают ошибку, главное — её не упустить и уцепиться за ниточку. Что обнаружили наши люди после отъезда сыщиков — ума не приложу. Но наверняка серьёзное, раз повлекло такие последствия.

— Это была присказка, — догадался Леонид. — Герман Петрович, переходите к основному. Вы наверняка намерены отправить во Владимир кого-то из нас. Но почему вызвали сразу три команды?

— Ты меня чуть-чуть опередил… Давайте подумаем вместе. Если подходить формально, никого посылать я не должен. Причастность сотрудников МВД подтверждения не получила. Людей там хватает, силы мобилизованы серьёзные. Местный аппарат УР