Familia. Две женщины, две правды, одна тайна - Лорен Э. Рико

Я обрываю его.

– Послушай, ты можешь мне верить или не верить… как хочешь, Матео. Я устала как собака и сейчас хочу одного – поспать до того, как утром пойду на встречу с Альваресом. И это будущее время, чтоб ты знал.

Я нечасто злюсь на своего мужа. Во всяком случае, сильно. У нас бывают размолвки, ссоры и перебранки – как и у любой пары, прожившей вместе так долго, как мы. Но вечерами очень редко случается, чтобы никто из нас не захотел уступить в каком-нибудь глупом споре и объявить о перемирии. Это старая избитая истина – не ложись спать в гневе, – но сейчас я вот-вот пойду против нее.

Какое-то время Матео молчит, а когда заговаривает снова, его тон становится значительно мягче.

– Я верю тебе, конечно же, верю. Наверное, я просто подумал, что, возможно, какая-то часть тебя хотела, чтобы Гэбби думала, будто Альберто мертв.

– Зачем? Какой цели это вообще могло бы послужить? – с нескрываемым раздражением вопрошаю я.

– Просто, если бы Гэбби узнала, что Альберто жив… она могла бы захотеть увидеться с ним.

На секунду все словно замирает. И в эту секунду я затаиваю дыхание, закрываю глаза и заглядываю в самые глубины моего подсознания. И да, вот оно. Вот те раз.

Выдыхаю и меняю тон.

– Да… возможно, ты прав. Но я делала это не нарочно, клянусь тебе…

– Нет-нет, разумеется, не нарочно! – тут же отзывается он.

– Вообще-то ты не был так уж в этом уверен, когда позвонил мне, – замечаю я.

– Прости. Думаю, я просто переживал из-за того, что Гэбби узнала именно так… что ее настоящий отец не умер. И я вроде как… да, я был зол из-за того, что именно мне пришлось сообщить ей, что он жив.

Понятно. Матео любит быть хорошим парнем. Дайте ему юнцов, сбежавших из дома, подростков из уличных банд и несовершеннолетних преступников – и мой муж почувствует себя в своей стихии. Но если рядом с ним в машине будет сидеть плачущая женщина… Гэбби повезло, что он не въехал в дорожное ограждение и не свалил машину в пропасть, лишь бы уйти от всей этой ситуации.

– Дорогой, ложись спать, – спокойно говорю я. – Позвоню тебе утром до того, как встречусь с Альваресом, хорошо?

Он тяжело вздыхает.

– Хорошо. Только… может, утром ты позвонишь и Гэбби, а?

– Да, я ей позвоню, – обещаю я. – Я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя.

Так оно и есть – я слышу это по его голосу. Просто впервые на моей памяти мне приходится полминуты подождать, чтобы это услышать.

Глава 25

Беатрис

Тот день

Беатрис вела машину медленно, чтобы не пропустить съезд, не отмеченный никакими знаками. Там была даже не дорога – скорее каменистая тропа с буйными зарослями по краям, и такая узкая, что автомобиль едва мог поместиться. Беатрис знала, где находится это место. Однажды ночью Сантьяго попросил ее приехать туда с большим пакетом, полным всякой всячины. Тряпки, ведра, отбеливатель, брезент, армированная клейкая лента… Она не стала спрашивать, для чего все это нужно, – есть вещи, о которых ей лучше не знать.

Как только Йети и Коки ушли, Сантьяго схватил ключи от машины и телефон. Сперва Беатрис подумала, что он собирается последовать за ними, но он сказал ей, что у него есть дела в небольшом частном банке, отделенном от Сан-Хуана несколькими городками. Беатрис сразу же поняла, что Сантьяго хочет держаться подальше от того, что он поручил сделать Йети. Он устраивал себе алиби. Банк – место довольно людное. Там есть службы безопасности, фиксирующие приход и уход клиентов. Там есть камеры видеонаблюдения, и Сантьяго наверняка найдет способ попасть в зону обзора. Если Сантьяго и был в чем-то докой, так это в том, чтобы обрегать свою задницу и свою расширяющуюся империю.

Заметив наконец съезд, она быстро посмотрела во все зеркала, чтобы удостовериться в том, что ее никто не пасет. Ей хватило ума позаимствовать у своей сестры неприметную «тойоту короллу». Нельзя было допустить, чтобы кто-нибудь взял на заметку ее белый BMW – тот, который Сантьяго подарил ей на день рождения в прошлом году. Но дорога позади нее была пуста, а по заброшке никто не шел пешком и не ехал на велосипеде. Она свернула и исчезла в зарослях, успокоенная тем, что никто не мог ее увидеть.

Машина подпрыгивала на ухабах крутого спуска, ведущего к маленькой полуразрушенной лачуге у воды. Когда-то тут был чей-то дом – давным-давно, не на ее памяти. Симпатичное маленькое бунгало на скалистом берегу. Но потом оно обветшало, заросло кустарником. Это просто чудо, что ураганы окончательно не стерли его с лица земли.

Она не знала, что именно увидит, когда наконец доедет. Если честно, ей было страшно даже думать об этом. Несомненно, кто-то там окажется мертв, и, может быть, труп будет не один. Если ребенок убит, то Коки тоже – в этом Беатрис не сомневалась. Ей надо было подготовиться к этому жуткому зрелищу, а также к возможности того, что она встретит там Йети.

«Тойота» выехала из зарослей и остановилась на разбитой бетонной плите. Беатрис заглушила мотор, вышла и медленно приблизилась к лачуге, нащупывая пистолет, лежащий в сумке. Если Йети там, внутри, она не даст ему убить и себя.

Наконец она набралась храбрости, чтобы открыть скрипучую, рассохшуюся дверь, – ткнула в пустоту дулом пистолета и тотчас шагнула в сторону на тот случай, если Йети уже поджидает ее, готовый наброситься. Но когда ничего не произошло, она сделала глубокий вдох, торопливо перекрестилась и вытянула шею – совсем немного, лишь настолько, чтобы можно было заглянуть внутрь.

И, сразу же отшатнувшись, прижалась спиной к стене с внешней стороны. Ее ладонь метнулась ко рту, закрывая его, чтобы не закричать… или не заплакать. А может, и то и другое.

Как ей казалось, она простояла так целую вечность, дрожа и пытаясь осмыслить то, что увидела внутри. Собственно, она успела заметить только кровь.

Кровь была везде.

Почувствовав, что ей вновь удалось овладеть собой, она отняла руку от рта, напряглась, приготовившись к тому, что сейчас увидит, оторвалась от стены и встала в дверях. Свет падал сзади, так что края единственной комнаты лачуги находились в тени, а ее середина была омыта яркими лучами полуденного солнца.

– ¡Jesucrista! – чуть слышно прошептала она, увидев, откуда натекла вся эта кровь.

Ее источником, похоже, было мертвое тело, лежащее на боку в середине комнаты. Кто это – Коки? Или Йети?

Когда Беатрис