Ложка меда в канистре бензина - Марина Серова

class="p1">Резников будто решал в уме дифференциальные уравнения, настолько сосредоточенно отстраненным он выглядел. Я уже хотела уйти, пусть человек думает, не буду мешать, но Игорь вдруг спросил:

— Евгения, а если я найму вас в качестве телохранителя?..

* * *

Урал Хабибуллович окончательно восстановился и теперь опять выводил Чука с Геком на прогулки к озеру. Барбосам уже надоел вольер два на три метра, где и лапу-то толком поднять не на что, потому они были счастливы.

Сидя в кресле-качалке на террасе, я любовалась этой троицей: бравый подполковник в камуфляжной куртке и таких же брюках, в берцах и залихватской кепке пружинящей походкой идет к калитке, а вокруг него, обожающе заглядывая в лицо, скачут лохматые собаки. Конечно, по поселку Чук и Гек пойдут на поводках, но вот эти примерно тридцать квадратных метров лужайки — демонстрация чистейшего собачьего счастья.

Собаки… Есть мнение, что если собаки научатся разговаривать, то люди лишатся последних друзей. Может, и так, но это точно не про них — этих троих! Алька говорила, что собаки обожали Олега, но, наверное, больших собачьих сердец всегда хватало и на Урала Хабибулловича, и на других членов семьи. Я же видела, как собаки радуются Альке, Ларисе Алексеевне, как осторожно, даже бережно, играют с Региной.

Я подумала о приютских собаках. Их пересчитали — двести двадцать восемь. Перед зимой проверят вольеры, если нужно, то отремонтируют и утеплят. Собаки в приюте «Друг» в основном крупные и преимущественно помесные, но есть и мелкаши, причем как беспородные, так и породистые — йорки и пекинесы, старенькие и даже слепые. Этих особенно жалко, ведь жили в семьях, спали на диванах и мягких лежанках, а как состарились, так и были «забыты» на дачах, в парках… В разных странах бросить животное — уголовно наказуемое преступление, и это правильно! Наталья многих пристроила в добрые руки, в основном — за рубеж. Соотечественники не особо стремятся брать собак из приютов, что печально.

Марка Анатольевича Ярцева утвердили в мэрии директором приюта «Друг», и он сразу же добился официального переименования, с документальным подтверждением. Теперь это Уфимский приют «Друг» имени Натальи Родионовой. Чиновники не возражали. Волонтеры пришли в восторг, причем не только от увековечивания памяти Натальи Ивановны, но и от того, что Ярцев энергично взялся за расширение приюта — как по площади, так и по количеству собак. Если Наталье пришлось выкупать заброшенную землю, то Ярцев, используя свои связи и свой статус, намеревался оформить землю в аренду у города, но без арендной платы, зато с постоянным финансированием. Председатель Госкомитета по природным ресурсам принял предложение Ярцева возглавить попечительский совет приюта. Организация при приюте ветеринарной клиники, проведение тематических экскурсий для детей и подростков, прием благотворительной помощи на постоянной основе — за все это Марк Анатольевич взялся с большим энтузиазмом.

Алька собралась по выходе из административного отпуска возобновить программу «Дай лапку!». И если раньше за съемки, монтаж и эфирное время платил Олег Резников, то теперь программа вошла в пакет социальных проектов и получила так называемую благотворительную сетку. Сегодня Алька с самого утра сидит в своей комнате и просматривает рабочие материалы, чтобы первая после перерыва программа о приюте была посвящена памяти Натальи Родионовой.

Из дома вышла Виктория Наумовна. На ней было длинное, вызывающе красное пальто, объемный черный шарф и черный берет — креативный образ. Пальто под цвет машины?! У Виктории «Форд Фиеста» красного цвета, и она довольно лихо водит.

С последнего нашего разговора, прерванного звонком Игоря, прошло два дня, с тех пор я ее не видела. Сегодня она занималась с Региной положенных четыре часа, а сейчас повезет девочку в бассейн. Алька обмолвилась как-то, что плавание с аквааэробикой для Регины проплачены Олегом до конца года. Интересно, а услуги Виктории Наумовны кем теперь будут оплачиваться? Наверное, Игорем.

Игорь давно не появлялся. После того вопроса о моем «хранительстве» его бесценного тела мы не разговаривали. Тогда я ответила шуткой, и он заметно напрягся. Но, подумав, я пришла к выводу, что, возможно, Резникову сейчас совсем не до шуток. Не зря же он упомянул о рисках…

— Добрый день, Евгения, — улыбнулась Виктория, присаживаясь во второе кресло-качалку.

— Добрый, — согласилась я.

Виктория сидела напряженно, с прямой спиной, и явно собиралась что-то сказать, но из дома в сопровождении Ларисы Алексеевны и двух черных кошек вышла Регина. Славная девочка все-таки! Очень открытая и, безусловно, талантливая, судя по картинам, но… не от мира сего, к несчастью для этого мира.

Регина выглядела как кукла: голубой комбинезон с плавными белыми вставками по рукавам и штанинам, белая шапочка с большим помпоном, кроссовки с мигающими при ходьбе огоньками, изящный бело-синий рюкзачок за спиной. И совершенно кукольное лицо с огромными глазами шоколадного цвета.

Лариса Алексеевна передала Виктории спортивную сумку, поцеловала внучку и сказала с улыбкой:

— Счастливо, девочки!

А Регина увидела меня. Подошла поближе и встала напротив.

— Региночка, хорошо тебе поплавать, — сказала я, чтобы хоть что-то сказать.

— Благодарю вас. — Регина улыбнулась и вдруг словно спохватилась: — А я же вас нарисовать хотела! В космосе…

— Запомнила! — радостно выдохнула Виктория.

Я поняла ее восторг: Алька сокрушалась по поводу того, что дочь забывает бытовые события, но вот, оказалось, помнит первую нашу встречу и обещание меня нарисовать. Даже если придется позировать, я не против.

— Конечно, нарисуешь, — счастливо заулыбалась Лариса Алексеевна. — Тетя Женя ведь еще погостит у нас!

Регина покивала и побежала вниз по ступенькам крыльца, обогнав Викторию.

Когда они ушли, Лариса Алексеевна, тяжело вздохнув, села в кресло, из которого только что встала Виктория. Две черные кошки мигом запрыгнули на колени своей благодетельницы и затоптались, толкаясь, чтобы удобнее устроиться.

— Знаешь, Жень, я, конечно, не слишком люблю Викторию Наумовну, — произнесла Лариса Алексеевна, поглаживая кошек по спинкам, — но ради Регины… Какие-то особые методики, что-то передовое, но все очень индивидуально — видишь, помогает в конце концов. Я уже несколько раз замечала, что Регинка лучше помнить стала…

Лариса Алексеевна рассказывала о, как она выразилась, случаях проявления улучшения бытовой памяти внучки, а я машинально кивала, слушая вполуха. Мне не давала покоя мысль о затянувшемся отсутствии Игоря, и я уже пожалела о том, что с юмором отнеслась к его предложению. Конечно, у Резникова есть охрана, да только вот он, наверное, считает, что я лучше. Правильно считает, он же видел меня в деле.

Игорь приехал к вечеру. Привез большой медовый торт, приготовленный на заказ в кондитерской при Госкомитете по природным ресурсам, и полный пакет очень хороших фруктов. Все это он занес в кухню, где Лариса