Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

– Я…

– Хм… Понятно. Продолжим. Что касается дела об убийстве: на протяжении всего расследования, а впоследствии и в рамках данного судебного разбирательства подсудимый и его адвокат неизменно утверждали, что «мужчина всего-навсего готовился к собственной пенсии, для чего и приобрел дом, в котором, как оказалось, произошло убийство; владельцем участка он значился лишь по бумагам и понятия не имел ни о крови жертв, ни об орудиях убийства, найденных в доме». Однако, принимая во внимание следующие обстоятельства, суд ставит под сомнение показания подсудимого и слова адвоката в его защиту.

В первую очередь обвиняемый утверждал, что после приобретения дома, фигурирующего в данном деле, он продолжал оставаться его владельцем лишь на бумаге, на деле же лично не был там ни разу, однако если брать во внимание то, что в доме была обнаружена крупная партия запрещенных веществ с отпечатками пальцев обвиняемого, то следует в полной мере признать тот факт, что обвиняемый, прекрасно осознавая собственные действия, использовал дом в качестве преступного логова. Кроме того, спутанными остались показания относительно источника денежных средств, на которые был приобретен дом. Согласно протоколу полицейского допроса, средства были взяты в долг у знакомого. Когда дело было передано в прокуратуру, обвиняемый заявил, что взял займ в частной кредитной организации. Кроме того, он не смог предоставить договор купли-продажи. Одновременно с этим следует учесть, что партия запрещенных веществ, подобная той, что была обнаружена в ходе расследования, стоит десятки миллиардов вон, и, чтобы отмыть такую сумму и пустить ее в оборот, потребуется изрядное количество времени и усилий. Подобное сложно назвать обычным поведением, присущим человеку, который приобретает жилье, чтобы провести в нем старость.

И наконец, в ходе расследования настоящего дела следы взлома с последующим проникновением третьих лиц в дом обнаружены не были, подсудимый, согласно его показаниям, также не сообщал код от замка, не передавал ключи от дома посторонним и не терял их. Таким образом, за исключением обвиняемого, в указанный дом не мог проникнуть никто из посторонних. Принимая во внимание все вышесказанное, суд постановил признать подсудимого виновным в убийстве.

– Мерзкий убийца! Мало разорвать тебя на части! – Как только судья огласил приговор, со всех сторон посыпались пропитанные гневом крики родных погибших.

– Что касается меры наказания: ввиду большого количества жертв в настоящем деле семьи погибших требуют приговорить осужденного к высшей мере наказания. До сих пор осужденный не только не раскаивался в содеянном, но даже отрицал предъявляемые ему обвинения. За совершение подобного преступления, согласно Конституции нашей страны, предусмотрена смертная казнь. Безусловно, за столь бесчеловечные злодеяния, как лишение жизни зверским способом, даже смертная казнь может показаться недостаточной мерой. Итак, решение суда: суд постановил приговорить виновного к смертной казни.

Зал суда взорвался разнообразными эмоциональными реакциями: стонами, радостными криками, воплями, тяжкими вздохами.

– Осужденный, у вас есть возможность сказать последние слова.

Мех молчал, рассеянно глядя перед собой, будто пытаясь отгородиться от развернувшейся перед ним реальности.

На этом суд завершился. Адвокат Чо встретился с Мехом в комнате для свиданий, чтобы подготовить апелляцию. Удар оказывается сокрушительным, когда человеку прямо в зале суда оглашают смертный приговор. И даже тот, кто на протяжении всего судебного разбирательства кичился своими схемами и самодовольно усмехался, не смог избежать подобной участи.

Адвокат Чо сидел на стуле, скрестив руки на груди и слегка наклонив корпус вперед, и продолжал распекать Меха:

– Если бы вы только заранее рассказали о припрятанных запрещенных веществах, все бы не дошло до такого. Я ведь говорил быть со мной до конца откровенным, что бы там ни было.

Мех оставался все так же безучастен: у него в душе будто произошел переворот. Честно сказать, даже адвокат Чо не мог предположить, что дело дойдет до смертной казни. Да и сложно было предвидеть, что обнаруженные в ходе расследования запрещенные вещества сразу же сделают из мужчины убийцу. Но это могло послужить замечательным поводом для подачи апелляции.

«На него накинулись только потому, что моя линия защиты строилась на том, что он совершенно ничего не знал о доме. Если бы только этот гаденыш не солгал мне, я бы сумел заранее подготовиться к подобному повороту». – Адвоката Чо выводил из себя тот факт, что это дело останется вечным пятном на его профессиональной репутации. Ему придется извернуться, чтобы переломить ситуацию в их пользу на апелляционном суде.

– Пусть они и вынесли смертный приговор, но не похоже, что его собираются приводить в исполнение… – Мех впервые за все это время открыл рот. На что адвокат Чо презрительно хмыкнул:

– Сейчас не время для праздных разговоров. Вы думаете, власти будут молча стоять в сторонке, пока общественность бушует? Судя по результатам соцопросов, подавляющее большинство граждан проголосовало за смертную казнь. Говорят, даже президент в скором времени намеревается выступить с обращением. Нам необходимо менять стратегию. Может, стоит постараться избежать казни за преступления, которые вы даже не совершали?

– Вы верите в то, что я не серийный убийца? Почему?

– Ха… Я по натуре такой человек, который людям в принципе не доверяет. Верю лишь тому, что вижу собственными глазами. До сих пор не было найдено никаких улик, свидетельствующих о том, что именно вы совершили те убийства. До их обнаружения для меня вы будете оставаться хотя бы немного, но невиновным. На апелляционном суде мы так же будем настаивать на непричастности. Все ясно? – Мужчина заметил, как забегал взгляд у Меха. – Назовите имя настоящего преступника. В противном случае даже мне будет сложно и дальше выступать в вашу защиту. Если подзащитный не собирается сотрудничать со своим адвокатом, то что тогда прикажете делать?

– …

Чо Минчжэ с трудом сдерживал так и норовящие подпрыгнуть вверх уголки рта: «М-м… Скоро расколется».

Мех еще колебался, но он точно выдаст имя настоящего виновника – это лишь вопрос времени.

«Мех, дилер, отрицавший свою причастность к расчленениям, приговорен к смертной казни по итогам заседания в суде первой инстанции».

«Первый за десять лет приговор к смертной казни вынес суд злу во плоти, серийному убийце Меху».

«Общественность неистовствует: казнь дилера