Зарубежный детектив 2026-9 - Джон Бердетт

С каменным лицом Минчжу переспросила, что он имеет в виду, и Кичжун ответил:

– Камеру-то отключили вы.

Лица у всех снова вытянулись от удивления, а Минчжу не смогла возразить и лишь плюхнулась на диван.

Накануне Кичжун намеренно сказал, что камера номер три не снимает камеру номер два, и потом прокрутил видео с третьей камеры. И обнаружил Минчжу. Ближе всего к камере находились Сокку, Минчжу и Юнги. Исключались Сухо, который находился в глубине комнаты и не мог бы достать камеру, и сидевший на диване Мёну. И было видно, как Минчжу, протянув руку, выключает камеру. Кичжун посмотрел на реакцию участников. Это было очень важно для него. Сокку, которого только вчера обижали обвинениями, с остолбенелым видом смотрел на Минчжу, раскрыв рот от удивления. Вчера Кичжун специально сказал, будто выключивший камеру не попал на запись. Во-первых, он был уверен, что «тот самый злодей» этого бы не сделал, а во-вторых, хотел посмотреть, как поведут себя участники, если внести еще больший раскол между ними. На эмоциях люди проявляют свою истинную сущность, и в конце концов это приведет к преступнику.

– Э-э-э, так это что, была игра?! Да она страшный человек! – указывая пальцем на Минчжу, закричал Юнги.

– Правда, а зачем это? – Удивительно, но тихий голос Сиён четко выделялся из общего шума.

– Не потому ли, что она преступник? – каким-то опущенным голосом произнес Мёну.

Сначала Минчжу не знала, как быть, и просто сидела, плотно сжав губы, но попытка свалить с больной головы на здоровую вывела ее из себя:

– Да никакой я не преступник! Просто хотела проверить, как следует ли ведется наблюдение. Потому что не особо верилось. И что же – так мы узнали, что у нас только один организатор, разве нет?!

– А толку-то? Ради этого отключать камеру, которая охраняет нам жизнь?!

– Это было-то всего на несколько минут!

– Кроме того, госпожа Ким Минчжу, из-за вас меня называли преступником. Хотя бы тогда вам стоило признаться. А если бы это вылилось в более серьезные проблемы для меня, что бы вы делали? – Лицо Сокку говорило о том, что он не готов проявить снисходительность.

– Ну, не знаю… Я-то что.

Такая своенравность разозлила Сокку. Обида, гнев, проведенная в страхе ночь – все это смешалось и отразилось на его искаженном в гримасе лице. Но в ответ он лишь сжал кулаки.

– Остался еще вопрос. – Кичжун собирался продолжить говорить, но тут поднял руку Юнги:

– А вот еще. Как преступник мог не попасть на запись?

– Да, я как раз об этом. Структура помещения такова, что преступник не может войти в комнату или выйти из нее, не будучи зафиксированным. Но ему это удалось.

Послышались усмешки. Удивленно смотря по сторонам, участники увидели, что Сухо сидит, небрежно откинувшись на спинку дивана.

– А не пора ли прекратить? Злодей намеревается убить кого угодно: тебя, меня, вплоть до сотрудника полиции. И это все в ограниченном пространстве, откуда не выйти. Вы говорите, что вы профессионал, но я что-то не уверен. Он не обычный преступник. Так прекратите уже и отпустите нас! – Сухо смотрел исподлобья, в упор. Но к этому взгляду примешивался страх.

– Если преступник не будет пойман здесь, это не очень хорошо и для вас всех. Но, как я вчера сказал, кто хочет уйти – пожалуйста. Только не забывайте о выплате неустойки.

– Да это нам должны заплатить неустойку!

Кичжун знал, что это выглядит наглостью, но просто помотал головой. Он играл в провокацию.

– Эксперимент прекращать я не собираюсь и не буду. Необходимости в этом нет. Так, вернемся к разговору, послушайте. Сейчас я займусь тем, что буду определять причину, по которой преступник ходил здесь, но не попал на камеру. И… – не закончив, Кичжун направился в комнату.

– Ты глянь, как он нас игнорит! – возмутился Сухо, но Кичжун, не обращая на это внимания, прошел в комнату.

И тут же вышел из нее, держа в руках конверт для документов. До начала собрания он был передан ему Хёнгыном при помощи грузового лифта.

– Ишь ты! – Сухо вскочил, но Кичжун не посмотрел на него. Вынув из конверта содержимое, он кинул его на стол. Это были проявленные фотографии с пленочного фотоаппарата.

– Прошу, фотографии с мест преступления. Это жертвы. Госпожа Кан Юнчжон и господин Хван Чонсоп.

Порядка тридцати фотографий легли веером, так что можно было увидеть, что́ на них. Прижизненные фотографии Кан Юнчжон и Хван Чонсопа, штук по десять. И совсем другие фотографии под ними. Снимки с места происшествия. На них Кан Юнчжон и Хван Чонсоп были холодными трупами.

У участников перехватило дыхание. Реакция была у всех разная. Кто-то, едва ли не моргая, уставился на фото, не в силах отвести взгляд; кто-то, охнув, закрывал глаза руками и отворачивался. У всех проскакивала мысль, что они могли оказаться на месте жертв.

И вдруг кто-то ойкнул и непроизвольно издал возглас изумления. В атмосфере общей нервозности он прозвучал достаточно тихо, но все четко его услышали. Взоры устремились на Сухо.

Удушливое молчание нарушила Минчжу:

– Что такое? Вы кого-то узнали?

Сухо с посеревшим лицом помотал головой, отрицая.

Но не выдержал и, бессильно опустившись на пол, сказал:

– Да, узнал.

Участники снова собрались на диване в лаунже. Знакомый человек среди анонимных участников эксперимента, увы, был убит, – такое непросто осознать.

Затаив дыхание, все ждали, что скажет Сухо. Тот большими глотками выпил стакан холодной воды, принесенной Сокку, и начал говорить:

– Это бывший моей девушки. Я хорошо помню его имя. Хван Чонсоп.

У Хван Чонсопа на фото на лице были многочисленные кровоподтеки. Это указывало на то, что преступник то сдавливал горло жертвы, то отпускал. Бледное, почти белое лицо так разительно отличалось от того, каким оно было при жизни.

Поскольку на первом этапе Чонсоп часто позволял себе бесцеремонно выражаться, участники думали, что и внешность у него соответствующая, какая-нибудь змеиная. Но он оказался абсолютно другим. Глаза небольшие и округлые, брови не ухоженные, но четко прочерченные. Он производил мягкое и приятное впечатление. Совсем иное, чем представлялось.

– Они встречались недолго. Познакомились где-то в двадцать с небольшим. Лет десять назад. Начали общаться на подготовительных курсах. Тогда он, видать, ходил на курсы. Я с ним не знаком – просто тогда давно они встречались и расстались, – а я начал с ней встречаться недавно и вот узнал, что ей периодически пишет Хван Чонсоп. Предлагает общаться, хотя бы как друзья. Похоже, он был не особого ума. Ну, я разозлился, пошел, нашел его. Возник конфликт.