Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

кольцом знаменовал новую жизнь, которая вот-вот начнется. Пока я зацикливался на Джилл и нашем невероятном совместном будущем, дурные мысли как будто даже вытеснялись из сознания.

Она помогла мне пережить последние несколько месяцев, и я сомневался, что справился бы без нее – моей опоры, моего надежного партнера, друга и любовницы.

Было очевидно, что она должна стать моей женой.

Теперь

Глава 14

Джек

Крепко вцепившись в руль обеими руками, я не отвожу глаз от дороги. Чувствую, как Джилл смотрит на меня в ожидании ответа. Она строит планы на ужин, а мне сейчас совершенно не до того. Игра в молчанку – единственное, что позволяет мне оставаться в здравом уме, так что придется ей с этим смириться.

По непонятной причине Эрика ни в какую не отвечает на мои звонки – не иначе рассердилась, что бросил ее в отеле. Даст бог, она меня простит. Надеюсь на ее понимание. Хорошо хоть, с Мэгги удалось связаться.

– Я говорю, где ты хочешь сегодня поужинать? – повторяет Джилл. – В гостинице сносно кормят, но я нашла через интернет одно местечко в городке Харрикейн, закажу там столик. – Она приспособилась отвечать на собственные вопросы, что меня вполне устраивает.

Становится очевидно, что она никогда меня не отпустит, по крайней мере без постыдного скандала, и я понятия не имею, как хотя бы приступить к цивилизованному разговору на эту тему. Я обещал покончить с этим браком Эрике и, если на то пошло, своей дочери. Мои родители, пусть земля им будет пухом, с самого начала предупреждали, что я слишком тороплю события. Тогда мы с Джилл были вместе всего год, и то учась в колледже.

– Ну так что, Джек, ты согласен? – тормошит меня Джилл, вынуждая затолкать воспоминания обратно в грустный ящик сожалений.

– Как скажешь, – роняю я. Потому что, давайте говорить честно, это единственный ответ, который она примет. Мне следовало понять это с самого начала.

Телефон в кармане вибрирует, но я не осмеливаюсь вынуть его при Джилл. Я давлю на газ чуть сильнее, прибавляя скорость в отчаянной попытке добраться к нужному месту, где бы оно ни было. Меня достало сидеть в этой машине.

– Ты звонил Мэгги со станции? – спрашивает она.

– Да, а что? Это преступление – позвонить дочери? – Прозвучало так, словно я защищаюсь, хотя так оно и есть. А еще мне интересно: откуда она знает?

– Вы о чем‑то сговорились?

– Сговорились? – Я затаиваю дыхание. Она же не могла об этом пронюхать, верно? – Нет, я просто спросил, как у нее дела, и перекинулся с ней парой слов, как и положено нормальному отцу. – Излишне добавлять, что Джилл‑то на нормальную мать ничуть не похожа. К чему указывать на очевидное?

– Перекинулся парой слов, – повторяет она. – Какая красота. Кстати, о красоте. Посмотри вокруг. Добро пожаловать в национальный парк Зайон.

Внезапно мы оказались в коридоре из каньонных стен высотой, должно быть, много сотен метров. Вдоль стен вьются каменные полосы разных цветов – красные, желтые, коричневые. Эрозия создала целый город куполов и шпилей, будто здесь поработал архитектор. Вид и правда изумительный.

– Это Двор патриархов. Съезжай с дороги! – приказывает Джилл, и я подчиняюсь.

Мы выходим из машины и идем к смотровой площадке.

– Три утеса называются Авраам, Исаак и Иаков. Гора Морони – красноватая скала, заслоняющая Иакова.

– Потрясающе, – выдыхаю я, не успевая остановить себя. Я и впрямь еще не видел ничего подобного. Солнце начинает садиться, освещая каменные громады, возносящиеся над нами в ярко-оранжевой дымке. В воздухе чувствуется прохлада: с тех пор как мы останавливались на заправке, температура значительно упала. Я помню о сообщении, ждущем меня в кармане, – надеюсь, оно от Эрики, – и борюсь с желанием вынуть телефон. – Поехали в гостиницу, зарегистрируемся.

Джилл улыбается.

– Я знала, что тебе здесь понравится. Небольшой отпуск – как раз то, что нам надо, правда?

Нет, это не то, что мне надо. Я не отвечаю, лишь открываю дверцу машины.

– Поехали.

Теперь

Глава 15

Джилл

Насчет гостиницы в Зайоне путеводитель не обманул. Постройка в стиле кантри напоминает увеличенный бревенчатый домик со множеством совершенно одинаковых комнат. Жду не дождусь, когда выберусь из этой тесной каморки и поеду в город ужинать по-человечески.

И пить вино. Как же я не догадалась прихватить с собой пару бутылок? Видимо, сработал рефлекс. Будучи в Юте, притворяйся, будто не употребляешь ни алкоголь, ни кофеин. И не танцуешь. Развлекаться тоже не положено, ни-ни. И упаси боже сквернословить, разрешается только благодарить. Вкалывай и молись, запасаясь едой и водой до скончания века. Вот на черта нужно было изучать столько способов вязать узлы?

Я трясу головой и вспоминаю: поехать в Юту – моя идея, так что пора закругляться с этим праздником жалости к себе. Иногда, очень редко, я действительно скучаю по родным. Особенно по маме, отцу и самой старшей сестре Фрэнсис. Но потом вспоминаю их гнев, их вечное недовольство моим «необузданным поведением».

Последней каплей стало то теплое летнее утро, когда я прогуляла воскресную школу и пошла купаться голышом: договорилась со своим лучшим другом из старшей школы, Стивом, быстренько окунуться в речку, текшую между нашими домами. Его семья не принадлежала к Церкви Святых последних дней и не понимала моих мучений, но Стив мне сочувствовал. Разумеется, нас с ним тянуло друг к другу с той неуклюжестью, с какой могут интересоваться друг другом девочка, которой внушили, что секс до брака – это грех, и нормальный мальчик-подросток. Мы целовались, плескались, смеялись, пока я не вспомнила о времени и не выбралась на берег. С меня текла вода, полотенца не было, и я в панике стала натягивать одежду.

– Что случилось? – крикнул Стив, гребя к песчаному берегу.

– Мне надо бежать. Родители знают, что занятия в воскресной школе уже закончились. Я должна приготовить помадку из бобов, – пояснила я. – Честное слово, никаких шуток.

– Ладно, – засмеялся он. – Отмазалась.

– Перестань, я понимаю, что наши правила выглядят смехотворно. – Натянув одежду через голову, я теперь отжимала воду из длинных светлых волос. – Говорю тебе: уеду поступать в колледж в другой штат и выкину из головы всю эту дребедень. Я не такая, как мои сестры, и не собираюсь до конца жизни вязать, шить одеяла, стряпать и рожать тьму детей. Вот уж дудки.

Стив вылез из реки, обнял меня и поцеловал.

– Прекрати, ты мокрый! – Мне удалось высвободиться.

– Я поеду с тобой хоть на край света, – заверил он.

Приятно было чувствовать свою власть