В этом поезде каждый – подозреваемый - Бенджамин Стивенсон

была. Я пришла, чтобы поблагодарить его – словами – за отзыв. Ройс принялся колотить в дверь, и мне пришлось оставаться там до тех пор, пока вы оба не ушли. Вот и все.

Я обдумал ее ответ.

– Вы не ударили его? В мусорном ведре лежала окровавленная салфетка.

– Нет.

– Давайте представим ситуацию. Вы заходите в его купе, чтобы поблагодарить за отзыв. Словами. – (Лиза кивнула.) – Но может быть, ему показалось, что слов недостаточно. Может быть, Мактавиш захотел другой благодарности. Мы оба знаем, что он любил это дело. Возможно, он грубо схватил вас за руку, оставив синяк вот на этом месте, чуть выше локтя. И возможно, получил от вас в нос. Это не убийство. К чему скрывать такой пустяк? Я близок к истине?

Она развернулась, чтобы уйти. Я хотел было остановить ее, но решил, что не стану, как некоторые, хватать женщину за руку.

– Я верю вам, – сказал я, и она остановилась сама. – Мактавиш был тем еще подонком. Если вас тревожит то, что должно случиться завтра, то, может быть, вместе мы сумеем это предотвратить? Поможем друг другу?

Лиза не ответила, но по тому, как дернулась ее щека, я понял, что она скрипит зубами.

– У вас есть опыт работы в суде. Это могло бы пригодиться.

Ее зубы заблестели, она почти улыбалась.

– Так вот что вы задумали? Ройс – патологоанатом? Мейджорс – психолог? Я – юрист? Вольфганг – не знаю, заноза в заднице, что ли? Объединить все наши специализации в одного супердетектива? Как «Могучие рейнджеры»?[16]

Я покраснел:

– В вашей трактовке и впрямь звучит глуповато.

– Это и есть глупость. Мы писатели. Я не работала юристом с… Постойте, а какой профиль Мейджорс дала мне?

– Брошенная любовница, – ответил я.

Нет, не беспокойтесь, память вас не подвела, и вы не пропустили ни одной страницы. Мейджорс не давала мне психологический профиль Лизы. Я просто решил посмотреть на ее реакцию, если так скажу. И добился своего.

– Самодовольный кусок… – начала Лиза, но оборвала себя. – Не слушайте ее. Она давно злится на меня.

– Почему вы не поддержали ее после того случая в Эдинбурге?

От возмущения Лиза совсем забыла, что я прощупываю почву.

– Я не могла, и она это прекрасно знала. Господи, совсем другая ситуация, чем когда она давала показания в суде! А через год после выхода «Под колесами» вдруг раз, – щелкнула Лиза пальцами, – и это стало моей проблемой. Нелепость какая! – Она снова посмотрела на меня. – Я не убивала Генри. Есть только один мотив для убийства – любовь. Но я не любила его. Такого даже близко не было.

– Для убийства есть две причины, – поправил я. – Любовь и деньги.

Лиза покачала головой:

– Ну… может быть, еще любовь к деньгам. Но все сводится к любви. – Она открыла дверь; в теплом свете из коридора, просочившемся на площадку, убегающие рельсы стали видны лучше. – Черт возьми, вы сами сказали, что мотив был у всех! Возможно, все его и убили.

– Кажется, это где-то уже было.

– Ничто не сравнится с классикой, – сказала она и захлопнула дверь за собой.

Глава 24

Было бы банальностью и неправдой сказать, что моя постель опустела без Джульетты, потому что это была всего лишь койка в купе.

Но все равно чего-то не хватало. Наверное, она так спешила или настолько не хотела столкнуться со мной, что не вернулась в поезд собрать вещи. Ее одежда все еще висела на вешалках, зубная щетка лежала возле раковины. Чувствовалось какое-то опустошение.

Перед сном я, немного помедлив, аккуратно сложил одежду Джульетты в чемодан, застегнул его и убрал на верхнюю полку, борясь с желанием проверить ее карманы, не найдется ли там маленького флакончика. Я бы так и сделал, но слова Джульетты тяжело давили на меня. «Даже если на одну секунду. Даже если такая мысль только мелькнула у тебя в голове. Этого достаточно».

Связь продолжала слабеть и к этому моменту уже держалась на волоске. Я послал сообщение Джульетте. Позвонил. Отправил еще одно сообщение.

Потом я попытался нагуглить кое-какую информацию. Знаю, что это легкий путь. Но будьте ко мне снисходительны. В наше время авторам детективов приходится придумывать способы избавиться от телефонов-сыщиков, иначе читатель будет все время сидеть и думать: «Да погугли же наконец!» Моим коллегам из золотого века не нужно было обходить такие трудности, никаких вам «О нет, Шерлок Холмс не мог добраться до „Британской энциклопедии“, потому что потерял ключи от библиотеки!»

Поскольку я потерял доверие к медицинским познаниям Ройса, начать пришлось с симптомов передозировки героином. С большой неохотой Google (или я) признал правоту Ройса. Затем я набрал в поисковике «хромота Генри Мактавиша», но не нашел ничего особенного, за исключением рецензии на его вторую книгу, хуже всего принятую читателями, где слово «хромота» было использовано в переносном смысле. А дальше я решил выяснить подробности аварии, где собрал более богатый урожай. На экране телефона задрожал, словно входящий факс, образ Генри Мактавиша, краснолицего, не похожего на себя. Хирургам пришлось пересаживать кожу почти на всю поверхность его ноги. Это было в 2004 году, как раз между выходом второй и третьей книги Мактавиша. Как выразилась о его третьем романе Симона? «Выдавливал из себя, словно камень из почки». Неудивительно, что книга шла тяжело. После такой-то аварии!

Ответа от Джульетты все еще не было. Я уже начал подозревать, что Интернет работает, но не отсылает сообщений, хотя и не был уверен, что такое технически возможно, но зато это немного утешало меня до той поры, пока телефон не пискнул, доказывая, что я ошибался.

К моему разочарованию, это было сообщение от Энди:

Я составил список подозреваемых. С точки зрения статистики это, скорее всего, бывший муж.

Я отправил ответ:

Звучит разумно. Ревность. Озлобленность. Серьезные мотивы.

Энди тут же прислал новое сообщение:

Замечательно. Проблема только в том, что бывшего мужа у нее нет. Есть только нынешний.

Если у нее нет бывшего мужа, как он может быть в списке подозреваемых?

Тут возникла пауза, во время которой бедолага Энди попытался задуматься.

Вероятно, может, – ответил он.

Вероятно?

Он скинул мне ссылку:

Все подробности я вбил сюда, и это оказалось наиболее вероятным.

Я прошел по ссылке, и она вывела меня на ChatGPT – открытое программное обеспечение с ИИ, захватившее мир подобно урагану, к полной растерянности университетских профессоров, чьи студенты теперь пишут с его помощью все свои рефераты. Действительно впечатляющая программа, но она пугает как тех, чья работа связана с текстами, так и тех, кто смотрел «Терминатора». Можно ввести в нее что угодно, и она тут же выплюнет вам ответ на любой вопрос, начиная с «Напиши мне реферат в