Доска судьбы - Наталья Николаевна Александрова

– Пока она отряхивалась и ругалась, я вытащила бюст из переноски и спрятала.

Мария открыла рот от удивления.

– Как это ты успела? И куда его дела?

– Успела, потому что близко стояла. А спрятала… Буквально на виду. Прямо перед самым носом. Знаешь ведь, что вещь лучше всего прятать среди подобных вещей? Лист нужно прятать в лесу, соломинку – в стоге сена, книгу – в библиотеке…

– Слушай, хватит уже читать мне лекции. Тем более ты мне это уже раз сто говорила.

– Неужели?

– Лучше прямо скажи – где этот несчастный бюст?

– Да вон, на шкафу! Когда я ставила на место горшок с традесканцией, тогда и бюст пристроила.

Мария подняла голову.

На шкафу выстроились в ряд бюсты знаменитых писателей – Лев Толстой с окладистой бородой, Чехов в неизменном пенсне, благообразный Тургенев… А это кто? Молодой красавец в шлеме с гребнем.

– Ну да, это он и есть, – кивнула Надежда. – Разреши представить тебе – Александр Филиппович Македонский.

– Постой, а что же тогда было в переноске? Я ведь чувствовала, что она довольно тяжёлая. Пустую эта авантюристка не перепутала бы с полной!

– Ну да, в переноске был Филипп. Он туда юркнул, пока я занималась бюстом.

– Филипп? Отец Александра Македонского? Ну, Надя, ты меня совсем запутала!

– Да при чём тут отец Александра! Филипп – это здешний кот. Красавец, между прочим!

– Ох! Что же теперь с ним будет?

– Не волнуйся, он за себя может постоять. И пошли отсюда скорее, вон, смотри, никого уже нет. – Она подняла пакет, в который положила бюст.

– Иду! – Машка крутилась перед зеркалом, надевая летнюю шляпу из соломки с искусственными цветочками.

«Это еще что такое?» – возмутилась мысленно Надежда, но вслух ничего не сказала, сил не было.

Подруги вышли из башни и быстрым шагом направились к метро.

На улице было еще светло – летом в Петербурге темнеет поздно. По Невскому двигался густой человеческий поток – прохожие спешили по делам или просто прогуливались. Надежда покосилась на подругу и вздохнула:

– Послушай, с какой радости ты надела эту шляпу? Как тебя угораздило ее купить?

Мария состроила гримаску, фыркнула:

– Завидуй молча! – Вдруг она схватила Надежду за локоть: – Ты посмотри! Это же она!

– Кто «она»? – оглянулась Надежда.

– Воровка, женщина, которая утащила бедного кота в переноске! Та самая липовая подкастерша! Ой, нет, не она, я обозналась!

Позади них по самой середине тротуара с гордым и независимым видом шествовала приземистая полная особа с кудрявыми светлыми волосами – чисто мальтийская болонка, только фигура и одежда подкачали. Одета эта личность была в какие-то немыслимые обноски, которые хорошо смотрелись бы на огородном пугале. Она волокла объёмный баул в бело-синюю клетку, который в народе называют «Мечта оккупанта».

– Обозналась… – повторила Мария смущённо. – Не знаю, как я могла перепутать… Ничего общего.

– А вот тут ты не права, – возразила Надежда. – Как раз общее есть. Приглядись к этой даме. У нее на голове явно знакомый парик. Нужно с ней поговорить! – Она дождалась колоритную особу и вежливо спросила: – Извините меня, можно вас задержать на минутку?

Та остановилась и недовольно уставилась на Надежду:

– Чё надо?

Теперь Надежда смогла ее разглядеть.

Опухшее лицо украшал синяк под левым глазом, половина зубов отсутствовала. Из-под белокурого парика проглядывали сальные седоватые космы.

– Чё тебе? – повторила бомжиха и вытерла нос рукавом заношенной куртки.

– Я хотела бы узнать, – улыбнулась Надежда вежливо, – откуда у вас такой замечательный парик?

– Какой парик? – возмутилась бомжиха. – Это мои собственные, личные волосы! – Она машинально поправила парик и тут же ухмыльнулась, продемонстрировав беззубый рот: – Ну да, парик! А чё? Идёт мне! А откуда он у меня, тебя не касается! Купила!

– Ну, а если подумать?

Тётка презрительно скривила рот.

– А чё мне думать? Какая-то мадама парик выкинула в мусорку, видно, не понравился, а я взяла. А чё? Сразу видно – вещь зачётная. Эта территория моя, по закону… Так что не жди, я парик не отдам!

– А может, мы попробуем поменяться?

– Поменяться? – В глазах бомжихи вспыхнул интерес. – А на что, к примеру? – Она перевела взгляд с Надежды на Марию, которая переминалась рядом, делая вид, что всё происходящее ее не касается. – Вот шляпа у твоей подруженции классная! – сообщила бомжиха, в мечтательном восхищении указывая пальцем с обкусанным ногтем на Марию.

– Давайте махнёмся – вы нам парик, а мы вам – эту чудесную соломенную шляпу с дивными цветами? – деловым тоном осведомилась Надежда.

Бомжиха просияла:

– А чё, можно! Я согласная. Давай примерю! – Она протянула к шляпе Марии не очень чистые руки.

– Эй, это что еще за переговоры за моей спиной? – спохватилась Мария. – Это моя шляпа! – Она придержала ее за поля обеими руками.

Но это Маше не помогло.

– Она нужна для дела! – отрезала Надежда и ловким движением сорвала шляпу с подруги.

Машка проводила шляпу печальным взглядом и горестно вздохнула:

– Ты это нарочно…

– Так нужно, поверь! – повторила Надежда и протянула шляпу бомжихе.

Та отдала Надежде парик, нахлобучила на голову шляпу и мечтательно закатила глаза:

– Эх, жаль зеркала нет! Красота – страшная сила!

Не говоря больше ни слова, она обогнула по кривой подруг, деловито зашагала по Невскому, пихая прохожих своей сумищей, и вскоре смешалась с толпой.

– Зачем ты это сделала? – обиделась Мария. – Тебе просто не понравилась моя шляпочка. А на самом деле ты мне, Надька, позавидовала! Да-да, не отпирайся! Подруга называется! И вообще, зачем тебе понадобился ношенный парик? Надеюсь, ты не собираешься носить его после этой… подозрительной особы?

– Нет, не собираюсь, – ответила Надежда, внимательно разглядывая парик.

– А тогда зачем он тебе?

– Я надеялась найти на нем что-нибудь интересное. Что-нибудь этакое, что поможет вычислить нашу воровку… Липовую подкастершу.

– И что? И как успехи? – иронично осведомилась Мария.

– Сейчас, одну минуточку… – Надежда вывернула парик наизнанку, показала подруге пришитый внутри ярлычок и прочитала: – «Роза Азора. Парики и шиньоны». Вот видишь! – обрадовалась она. – Это след! Мы найдём мастерскую и отыщем воровку. Только потом, а сейчас – домой. Возьми парик, только смотри не потеряй!

– Почему я «возьми»? – надулась Машка, она всё еще сердилась за шляпу.

– Потому что у меня тяжеленный пакет! – рявкнула Надежда.

Подруги спустились в метро на эскалаторе. Надежда чмокнула Машку в щёчку.

– Вот мой поезд. Всё! Пока-пока! Пакет тяжеленный, сил нет. Дома уже не повернуться от этих бронзовых изделий. – Она вошла в вагон и махнула Машке рукой.

Мария помахала ей в ответ.

Надежда явилась домой совершенно без сил. Одно хорошо: она не встретила никого из