Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов

— Я понимаю.

— Скажи, что говорят в посольстве о тайных переговорах ваших дипломатов с португальскими профсоюзами? — Джон не забывал подливать в бокалы марочный портвейн.

— Я ничего про это не слышал, — виновато ответил собеседник. — Нас в политические вопросы не посвящают.

— Нас как раз этот вопрос очень интересует. Коммунисты совместно с профсоюзами собираются провести массовые акции, забастовки, чтобы повлиять на правительство. Нам это надо предотвратить. Если у нас будут материалы о тайном финансировании этих мероприятий Советским Союзом, то мы можем их опубликовать и скомпрометировать этих деятелей.

— У меня нет доступа к такой информации, — снова повторил агент.

— А ты подумай, как ее получить, — довольно жестко заявил Нортон. — Ты же профессионал, тебя готовили как разведчика. Что, плохо учили или ты плохой разведчик и можешь брать только то, что лежит у тебя под носом?

Сметанин обиженно насупился, но обидеться или оскорбиться он не мог себе позволить. Значит, надо было искать варианты.

— Доступ к переговорам такого уровня может иметь только сам посол и первый секретарь. Это не те люди, которые будут делиться информацией, — постарался спокойно рассуждать агент.

— И все?

— Материалы для них печатает машинистка.

— Ты можешь установить с ней доверительные отношения? Ты мужчина видный.

— Это скандальная дама, — криво ухмыльнулся Сметанин. — Моя жена с ней в конфликте.

— Почему?

— Она претендовала на должность завхоза, а это место отдали Светлане.

— Значит, пусть они поменяются местами, — воскликнул Нортон.

— Так там платят на двести долларов меньше, — возмутился полковник, но осекся под уничижительным взглядом куратора.

— Мы компенсируем эту грандиозную разницу, — яростно заявил Джон. — Более того, если твоя жена займет должность машинистки при после, мы заключим с ней контракт, как с тобой, и она будет гарантированно получать полторы тысячи долларов ежемесячно на счет и отдельную плату за каждый предоставленный документ.

Сотрудник ЦРУ не предлагал, а приказывал своему агенту. Время заигрывания закончилось. Пора было отрабатывать вложенные деньги.

— Времени нет, — бесцеремонно заявил Нортон. — У тебя два дня, чтобы провернуть этот обмен. Через два дня я жду тебя вместе с женой здесь для подписания с ней контракта. Все, можешь идти.

Светлана пришла к Ивкову вся в слезах.

— Коля, я так больше не могу. Я все нервы истрепала на этой должности, — она жалостливо терла покрасневшие глаза платком. — Помоги мне, Коля. Может, есть какая-нибудь другая работа, пусть меньше денег, но поспокойней?

— Да откуда у нас свободные вакансии? — пробурчал мужчина. Всплески бабских эмоций вызывали у него только раздражение.

— Может, мне с кем-нибудь поменяться местами? У завхоза зарплата повыше, чем у других. Подумай. Я, пока в школе училась, окончила курсы секретарей-машинисток, между прочим.

— Машинисток? — заинтересовался Ивков. — Посол как раз жаловался на нашу машинистку. И ошибается часто, и путает все постоянно.

— Я русский язык хорошо знаю, сочинения всегда на пятерки писала и по скорости печатания одна из лучших была, — Сметанина кинулась на шею Ивкову и приготовилась рыдать. — Помоги, Коля. Сил моих уже нет, а я уж с тобой расплачусь, — уже игриво шепнула она мужчине на ухо.

Через два дня в картотеке ЦРУ появился новый агент Утка. Только доверенные лица знали, что это жена агента «Сома».

Ломтев, узнав о том, что у посла новая машинистка, покачал головой в раздумье.

— Может, не стоило так близко подводить Сметанину к секретным материалам, Николай Иванович? Ведь Сметанин у нас с тобой на подозрении.

— Не на подозрении, а на проверке, — отводя глаза, объяснял майор. — Фактов, говорящих о его возможном предательстве, у нас нет. С колье ситуация прояснилась. Да, это нарушение, спекуляция, но не государственная измена. Со стороны Соколова к нему тоже претензий нет. За Светланой я присмотрю повнимательней.

— Хорошо, если так, — вздохнул Андрей.

Глава 11

Начальник Третьего Главного управления КГБ СССР генерал-лейтенант Душин Николай Алексеевич вызвал к себе руководителя первого отдела этого управления полковника Молякова Алексея Алексеевича. Именно Третий главк обеспечивал контрразведывательное сопровождение Вооруженных сил СССР, а в ведении первого отдела находились как раз сотрудники самого аппарата Министерства обороны СССР и, в частности, Главного разведывательного управления Генштаба ВС СССР.

Генерал сразу начал с фактов.

— В апреле прошлого года из Франции выслали сорок семь советских дипломатов, в большинстве своем сотрудников КГБ и ГРУ. Вы, Алексей Алексеевич, безусловно, это знаете. Плюс к этому в январе арестован один из руководителей МИД Норвегии Арне Трехольт, агент ГРУ. В мае мы потеряли высокопоставленного офицера Генерального штаба Португалии, также агента ГРУ, в октябре раскрыт ведущий инженер немецкого авиационного концерна «Юнкерс», передававший сведения опять же сотрудникам ГРУ. Если собрать эти факты воедино, о чем это может говорить?

— Такие факты всплеска раскрытия агентов советской военной разведки за относительно короткий промежуток времени говорят о том, что в рядах ГРУ завелся «крот». Мы уже обратили на это внимание и обратились за подтверждением к нашим аналитикам, товарищ генерал.

— Какой вывод аналитиков?

— Они подтвердили нашу догадку о предательстве. За это время не было таких больших провалов во внешней разведке КГБ. Также они считают, что это не офицер центрального аппарата, иначе провалов было бы больше. Они предполагают, что искать надо среди сотрудников резидентур Франции и Португалии.

— Почему не ФРГ? Ведь арестован и немецкий инженер.

— Да, но его курировали из резидентуры в Париже.

Полковник отвечал четко и уверенно. Душину стало понятно, что и без подсказок сотрудники Молякова активно занимаются этим делом.

— Почему раньше мне не докладывали о своих подозрениях?

— Подтверждение из аналитического отдела мы получили только что.

Генерал еще раз убедился, что не зря он год назад настоял на утверждении кандидатуры этого сорокашестилетнего полковника на должность начальника отдела важнейшего направления военной контрразведки.

— Что планируете делать?

— Я уже запросил личные дела офицеров, служивших и служащих в атташатах этих стран за последний период. Начнем оттуда. Также прошу вас, товарищ генерал, согласовать получение материалов от сотрудников внешней контрразведки Первого главка, курирующих эти страны.

— Хорошо, я свяжусь с Крючковым. Его офицеры поделятся своей информацией. Алексей Алексеевич, жду от вас доклад по этому делу через три дня.

— Есть, товарищ генерал.

— Подполковник Купцов, Виктор Иванович, — представился начальнику отдела Управления внешней контрразведки европейского направления офицер из военной контрразведки.

— Рад знакомству, подполковник Лукьянов, Владимир Сергеевич. Нас предупредили о вашем визите, готовы оказать коллегам посильную помощь. Что вас интересует в первую очередь? Материалы по Франции или Португалии?

Офицеры расположились в кабинете начальника отдела. Комната, несмотря на свои скромные размеры, была довольно функциональна. К столу