Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

слушались, и она пару раз падала на землю лицом вниз. Есоль бежала, собрав остатки сил, но ее скорость продолжала снижаться. В то время как Ли Чинсук, напротив, постепенно ускорялась, несмотря на хромоту. Теперь расстояние между ними не достигало и ста метров.

В тот момент на глаза Есоль попался ветхий дом с бордовой крышей: в нем горел свет. К тому времени, как она добралась до него, местная старушка успела выйти во двор и теперь следила за всем из-за калитки.

– Бабушка! Пожалуйста, помогите мне. За мной гонится женщина, которая похитила меня и пыталась убить. Она убийца. Убийца!

– Что? Что говоришь? Я ничего не слышу. Что с тобой? На тебе лица нет, – неторопливо проговорила глуховатая старушка, подозрительно поглядывая на Есоль.

– Пожалуйста, спрячьте меня. Нужно позвонить в полицию! – Девочка попыталась прорваться внутрь, но женщина преградила ей путь.

– А ну-ка! Зачем ломишься в чужой дом?

– Бабушка, умоляю… – Есоль была на грани истерики, и руки старушки, до этого крепко державшие входную дверь, враз потеряли всю силу.

– Что творится-то?

Есоль понизила голос настолько, насколько это было возможно, и одними губами произнесла:

– Бабушка, кто бы ни пришел, не открывайте.

Девочка руками изобразила икс-образный крест, умоляюще глядя на старушку. Женщина заперла дверь с по-прежнему недоуменным выражением лица, будто до сих пор не могла понять, что происходит.

В этот момент раздался бешеный стук в калитку.

Есоль в испуге зажала ладонью рот:

– Не открывайте. Нельзя!

Старушка махнула рукой, веля девочке скрыться в глубине двора.

– Если мы не откроем, она проберется сама. Скройся там. – Старушка указала пальцем на забор, прохудившийся из-за обрушения каменной кладки.

– Кто это?! – наконец открыла она калитку.

– Здравствуйте. Вы не видели здесь сейчас девочку? Может, она приходила сюда…

– Что? Что говоришь? Я ничего не слышу.

– Это моя младшая сестра. Она сбежала из дома. Я приехала за ней, но она убежала. Эх! А мне сегодня непременно надо вернуть ее домой.

– Что? Я глухая.

Прячась в обшарпанном сарайчике в углу двора, Есоль прислушивалась к разговору. «Бабушка, пожалуйста, скажите, что вы меня не видели».

– Видела школьницу.

От этих слов лицо Чинсук прояснилось.

– Она зашла к вам в дом, да?

– Да, зашла.

– Где она? Я зайду ненадолго. Очень волнуюсь. Сестра сбежала из дома, связалась с какой-то дурной компанией парней.

– Что? Ни слова не слышу. В любом случае девочка пошла в туалет позади дома.

– А, правда? Схожу за ней.

Пока Чинсук в поисках девочки бродила по дому, бабушка шаркающим шагом вошла на кухню. Дом был построен в старом стиле, поэтому кухня стояла отдельно от жилых помещений. На кухне высился большой котел, а по соседству с ним располагались потрепанные предметы домашнего обихода. В чайнике на газовой плите кипела вода. Бабушка зашла на кухню и трясущимися руками набрала 112:

– Слушайте, ко мне в дом постучался раненый ребенок. А следом пришел кто-то, кто хочет поймать его. Приезжайте скорее. Она не похожа на родственницу. Кажется, она опасна…

– Бабушка? – Ли Чинсук, которая, как женщина думала, ушла в заднюю часть двора, некоторое время назад вошла на кухню и теперь наблюдала за ней. Резко выхватив у нее из рук старенькую модель телефона, Чинсук нажала на отбой. – Хоть ты и оглохла, но наблюдательность еще при тебе, а?

Ли Чинсук, любезность на лице которой сменилась истинным обликом, прошлась взглядом по кухне, будто искала что-то.

– Ц-ц-ц… Кажется, у нас мало времени. – Чинсук схватила нож, лежавший на кухне, и приблизилась к женщине. – Да почему все идет через одно место, бесит просто.

Старушка в ужасе дернулась и попятилась назад, но, не удержав равновесия, упала и застонала. Похоже, у нее защемило поясницу. Чинсук вытащила из кармана целлофановые перчатки и с шелестом надела их.

– Я только что сообщила обо всем в полицию. Не поступай так с той маленькой девочкой…

Чинсук, пропустив слова старушки мимо ушей, уже готовилась сделать замах ножом.

– Бам!

Есоль, до этого скрывавшаяся в сарае, подняла крышку котла и ударила Ли Чинсук по затылку. Ноги женщины после такого удара по голове подкосились.

– Бабушка! Вы в порядке?

– Детка! Осторожно!

Ли Чинсук, которая, пошатнувшись, свалилась на пол, вонзила нож в ногу Есоль.

– А-а-а! Моя нога! – рухнула с криком Есоль, глядя на кровоточащий свод стопы. А Чинсук уже целилась ножом в ее макушку.

– А-а-а-а-а! – Лежавшая на полу старушка выплеснула на Чинсук кипяток из чайника.

У той пошел пар от шеи с затылком, полыхавших красным. Обожженная Ли Чинсук издала жуткий вой, но не остановилась. С полностью распустившимся пучком волос она стала выглядеть еще зловеще.

В этот момент на кухню вбежал Чону, который видел, как Чинсук преследовала Есоль.

– Ли Чинсук! Теперь все кончено. Скоро здесь будет полиция. Опусти нож!

– Нет! Это еще не конец, – сказала Чинсук, приставив нож к горлу старушки. – Слушай меня внимательно, в противном случае я проткну ей горло этим ножом. Во-первых, покинь немедленно кухню. Вон! Не слышишь, что ли? – заорала она, глядя на застывшего в нерешительности Чону.

Чинсук провела ножом по шее женщины, оставляя след: кровь потекла по мелким складкам.

– Выхожу. Я сделаю, как ты мне говоришь, так что, пожалуйста, остановись!

Чону попытался взять за плечо школьницу, которая находилась от него на расстоянии вытянутой руки, но Ли Чинсук вскинулась:

– Уходишь только ты! Она остается здесь.

– Пожалуйста, отпустите бабушку. Прошу… – слезно молила Есоль.

Как только Чону покинул кухню, как ему и велела Чинсук, та без колебаний перерезала старушке горло.

– Нет!

Кровь пожилой женшины, словно краска, забрызгала красным низкий кухонный потолок и стены. Когда Чону вернулся на крик девочки, старушка уже валялась на полу, а кончик ножа был нацелен на шею Есоль.

– Видел? Я убиваю мгновенно. Если ты не будешь слушаться, эта девочка тоже умрет прямо сейчас.

Есоль вопила, хотя лезвие грозилось воткнуться ей в шею:

– Бабушка!!!

И в этот момент внутрь ворвался вооруженный Инук, который ринулся на помощь, едва получив звонок от Чону:

– Ли Чинсук, опусти нож.

– Мое имя Ким Ёнхи, Ким Ёнхи!

– Положи нож, говорю!

– Нет, это тебе следует опустить пистолет. Разве не видишь? Или мне посильнее надавить на ее шейку?

Кровь старушки еще капала с лезвия.

– А не забрать ли мне еще и пистолет? – приподняв уголки рта, подло усмехнулась Чинсук. Мысль об убийстве всех, кто виноват в том, что все так получилось, отчетливо отобразилась на ее лице.

– Что ж. Если желаешь, я тебе его отдам. – Инук положил пистолет на пол и подтолкнул его ногой в сторону Ли Чинсук.

В