Дочки-матери - Алина Дягилева

Все придвинулись поближе к Алексу, и он начал аккуратно закрашивать в общем графике черным цветом квадраты, обозначающие дни, когда к ним приходили другие родители. Когда он закончил, все еще теснее сгрудились вокруг него, разглядывая, что получилось. Сначала казалось, что ничего не понятно. Полная неразбериха и отсутствие системы. Вики разочарованно вздохнула и вернулась на место. Сестра последовала за ней. Виктор переминался с ноги на ногу. Но Лис, Диана, Марк и Алекс продолжали вглядываться в сетку черных и белых квадратиков. Марк взял тетрадь у Алекса и поднял на вытянутой руке.

– Погодите… – сказал он. – Ведь нужно добавить еще пять строчек – для Дэна, Насти, Макса, а еще, возможно, близнецов. Они все были здесь раньше нас, значит, в самом начале. Кроме близнецов, ведь им совсем недавно исполнилось семь. Наверное, их нужно в конец.

Он взял у Алекса ручку и наскоро провел несколько линий сверху и снизу таблицы.

– А теперь представьте, если вот эта полоса черных квадратов продолжится вот сюда вверх и вот сюда вниз… – Марк закрасил несколько дней в предполагаемом графике Насти черной пастой. – А вот эта полоса из черных квадратов как будто заворачивает сюда… – Он раскрасил несколько дней в линиях Луки и Лео. Потом он еще раз поднял график, чтобы взглянуть на него издалека, после чего закрасил еще несколько квадратов в двух верхних строчках Макса и Дэна.

– Теперь вы видите?

Все снова приблизились к листку. Теперь, когда Марк продлил схему черных квадратов вверх и вниз, они явственно увидели схему – черные квадраты действительно складывались в причудливый узор из кривых линий, которые пересекались друг с другом на равных промежутках. Узор был растянут, и в масштабах одной линии каждого человека уловить схему было практически невозможно, но общая картина была очевидна. Они не могли поверить своим глазам.

Потом Марк снова положил тетрадь на ящик и продлил таблицу на неделю вперед, вписав новые даты справа. А затем он продолжил симметричный узор. Ребята не отрываясь глядели, как он черной ручкой размечает их ночи на следующую неделю. Их кошмары и спокойные сны. Безопасность и ужас. Каждый всматривался в свою строчку на графике, понимая, что теперь все стало иначе. Теперь они могли знать, чего им ждать от каждой следующей ночи. Вдруг Диана сказала:

– Мой график немного выбивается из общего.

Все посмотрели на ее строчку. Действительно. Черные квадраты в ее строке словно немного уползали влево, а в одном месте их как будто не хватало.

Ребята с удвоенным вниманием стали рассматривать график. Все сходилось, кроме некоторых квадратов Дианы. Этому никто не мог придумать объяснения. Это омрачило их открытие. Но все же теперь у них был инструмент, благодаря которому они могли предсказывать приход других родителей! Теперь они могли точно знать, к кому они придут этой ночью. В ночь их прихода можно было спать у родителей или отпрашиваться в гости, а в свободные ночи, наконец, спокойно спать! Конечно, все они надеялись, что скоро им вообще удастся сбежать отсюда, но даже эта небольшая победа вселяла в них уверенность, что теперь все станет гораздо лучше.

Каждый сфотографировал себе график. Марго и Лис не очень уверенно пытались убедить Диану, что, может быть, она перепутала и неправильно отметила даты в своем графике.

Так или иначе, это было только полдела. Им предстояло разработать новый план побега. Но сегодня ни у кого уже не было на это сил. Те, кому график обещал спокойную ночь, мечтали отправиться домой и провести свой первый нормальный день за очень долгое время. День, когда им не нужно думать о том, что ждет их ночью. Марго предложила Лис, которой график обещал приход других родителей, отпроситься сегодня ночевать у них в гостях, ведь их клетки на сегодняшнюю ночь остались незакрашенными. Лис решила, что это отличная идея, и можно взять с собой Гризли, если родители Марго и Вики не будут против. Девочки заверили ее, что не будут. Марк решил тоже попытать счастья и отпроситься ночевать к Виктору по той же самой причине, хотя и не был уверен, что отец его отпустит. Но попробовать стоило.

Ребята договорились встретиться на следующий день и приступить к разработке плана побега на день рождения Марка, до которого оставалось всего лишь три дня.

Дома Диана долго рассматривала график. В нем все было четко, кроме двух дурацких квадратов в ее строчке. Они портили всю картину и мешали ей, как всем остальным, полностью расслабиться и насладиться этим их открытием. Диана вздохнула. Если не обращать внимания на эту погрешность, то сегодня ей никого не нужно ждать. Она сходила в душ, переоделась в пижаму, долго расчесывала волосы перед зеркалом, потом спустилась пожелать спокойной ночи родителям.

Отец уже вернулся из командировки, и они с мамой сидели на кухне с приглушенным светом и беседовали. Они не виделись всего несколько дней, но, кажется, не могли оторваться друг от друга. Когда она вошла, оба улыбнулись ей и протянули руки, чтобы обняться. Диана подошла к ним и обвила их руками за шеи. Это было приятно. На мгновение она снова почувствовала себя в тепле, уюте и безопасности. Она несколько секунд полюбовалась на счастливых родителей, затем отправилась к себе в комнату, легла в постель, оставив включенной только прикроватную лампу. Достала телефон и стала еще раз рассматривать график. Нашла всех, кто сегодня, как и она, могут спокойно спать. Она выключила свет, отложила телефон и закрыла глаза. Нужно поверить. Поверить, что это сработает. Что впервые за долгое-долгое время можно не бояться засыпать. Она закрыла глаза. Сон пришел на удивление быстро.

15 июня, четверг

Скрипнула дверь, и Диана открыла глаза. Было темно. Она схватила телефон – 2:52. В дверях, как обычно в это время, стоял он. На лице его блуждала все та же отвратительная улыбка, от которой кровь стыла в жилах.

– Соскучилась? – сладким голосом пропел он и вошел в комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Диана почувствовала, что окаменела. Это происходило уже десятки раз до этого, но сегодня она почти поверила, что в безопасности. Он не должен был прийти сегодня, только послезавтра! Но он стоял перед ней. Уже у самой кровати. Вот он присел на край, продолжая так же гадко