Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов

глухая летняя ночь. Не зажигая света, чтобы не привлечь внимания наблюдателей, Геннадий оделся в темный спортивный костюм, надвинул на глаза кепку и выскользнул из квартиры. В подъезде стояла тишина. Он выждал немного и стал подниматься вверх по лестнице. Мягкие подошвы кедов не издавали ни одного предательского звука. На последнем, девятом этаже он через люк попал на чердак. Подсвечивая фонариком, добрался до люка последнего подъезда и через него спустился на лестницу. Приоткрыв входную дверь, пару минут понаблюдал за обстановкой вокруг и после этого вышел на улицу, изображая припозднившегося бегуна. Немного поколесил по кварталу и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, зашел в телефонную будку. На том конце линии ответили сразу, как будто ждали его звонка. Обратно в свою квартиру он попал по тому же пути.

Джек Дунинг, резидент ЦРУ в Москве, получив информацию о том, что агент Сом запросил срочную эвакуацию, не откладывая, связался по защищенному от прослушивания каналу со штаб-квартирой в Лэнгли. Джорж Клэр, заместитель директора ЦРУ по операциям, имел репутацию преданного своему делу крепкого профессионала, готового поставить свою безопасность на второе место после нужд Конторы. Оба чиновника неоднократно встречались по службе и были в хороших деловых отношениях. Они обсудили ситуацию и пришли к мнению, что есть шанс вытащить из лап КГБ агента. Клэр с энтузиазмом воспринял план, предложенный Даунингом.

— Это интересный вариант, Джек, — одобрил замдиректора. — Вполне реалистичный. Я сейчас же дам команду по его реализации. Многое зависит и от вас в Москве, но я уверен, что ты справишься.

— Конечно, Джорж. Сообщите наш план агенту «Сому» во время ближайшего сеанса связи с ним. Да поможет нам Всевышний.

— Аминь, приятель.

В пятницу ровно в 23:00 в диапазонах 4770–6920 кГц на волне 57.36.09 м из разведцентра ЦРУ во Франкфурте-на-Майне в сторону Москвы прошла радиопередача шифрованного сообщения, состоящего из пятизначных групп цифр. Аппаратура слежения радиотехнической разведки КГБ засекла сигнал и сразу отправила материалы в дешифровку. Однако быстро расшифровать послание не удалось. Зато это довольно быстро получилось у того, кому это сообщение и предназначалось. Сметанин дважды перечитал сообщение и воспрянул духом. План американцев ему показался вполне реализуемым.

На оперативном совещании у генерала Душина кроме Молякова и Купцова присутствовал и четвертый участник.

— Товарищи офицеры, знакомьтесь: полковник Колобашкин Михаил Георгиевич, заместитель начальника Седьмого управления, — представил нового человека генерал. — Это его сотрудники осуществляют наружное наблюдение за Куском.

Присутствующие в знак одобрения кивнули.

— Давайте начнем, — продолжил Душин. — Полковник Моляков, что удалось выяснить дополнительно к сегодняшнему дню?

— Наши «слухачи» зафиксировали в пятницу в двадцать три ноль-ноль передачу из разведцентра ЦРУ в направлении Москвы. Мы предполагаем, что она была предназначена Куску. Вероятно, ему как-то удалось передать американцам сигнал опасности, — не скрывая сожаления, доложил начальник отдела.

— Вы считаете, что объект распознал, что находится в разработке? — требовательно спросил генерал.

— Вынужден признать, товарищ генерал. Наша недоработка. Кусок, когда был в здании разведуправления, посетил начальника политотдела. Генерала Долинина предупреждать о наших подозрениях в отношении объекта мы не стали из соображений конспирации. Очевидно, в разговоре с генералом он смог догадаться, что вызов его в Москву — это операция контрразведки.

— Что в отчетах ваших сотрудников наружного наблюдения сказано об этом, полковник Колобашкин? — Душин повернул голову в сторону нового человека.

— Наши сотрудники отметили, что после посещения здания ГРУ Кусок выглядел растерянно и подавленно. Неожиданно он провел серию проверочных мероприятий по выявлению наблюдения. Провел очень профессионально, товарищ генерал, но уходить в отрыв от сотрудников не стал и спокойно направился домой.

— То есть он проверился и заметил ваших людей? — спросил Моляков.

— Очевидно.

В кабинете установилась тяжелая пауза.

— Разрешите продолжить? — Колобашкин вопросительно посмотрел на генерала. Тот, соглашаясь, кивнул. — Мы смогли оснастить квартиру объекта средствами аудиоконтроля. Так вот, в пятницу в районе двадцати трех часов мы не зафиксировали работу радиоприемника в его квартире.

— Получается, это не ему предназначалась передача? — не смог скрыть своего разочарования Моляков.

— Но за час до этого, — продолжил полковник, — мы идентифицировали вопрос его дочери: «Папа, зачем тебе наушники?» В двадцать три тридцать два Светлана Сметанина задала вопрос: «Что они тебе прислали?» Объект оборвал ее, и они отправились в ванную комнату, где включили воду. Содержание их разговора там зафиксировать не удалось. Через семь минут они вышли, и женщина произнесла: «Ну, слава богу». Утром Кусок отправился в городскую транспортную кассу на проспекте Мира и приобрел на завтра три железнодорожных билета до Казани и обратные билеты через неделю из Казани в Москву, но уже на самолет. Это все, что представляет интерес.

— Значит, все-таки он, — констатировал начальник военной контрразведки. — Ваши предположения, товарищи офицеры?.. Однако наш план спровоцировать ЦРУ на тайниковую операцию теперь не пройдет.

— Скорее всего, Николай Алексеевич, американцы в переданной шифровке по радио известили объект о плане экстренной эвакуации. Очевидно, для подготовки им нужна неделя, вот он и решил отправиться в Казань. Там у него проживает мать и другие родственники, — высказался Моляков.

— Соглашусь с вами, Алексей Алексеевич. Тогда вопрос — каким образом они хотят эвакуировать из страны трех человек и организовать такую операцию всего за неделю?

Снова в разговоре возникла напряженная пауза.

— Разрешите, товарищ генерал, — попросился Купцов.

— Давайте без формальностей, подполковник.

— Думаю, надо усилить наблюдение за действиями посольства США. Они должны будут что-то предпринимать, связанное с эвакуацией агента. Тогда мы сможем предположить способ его вывоза из страны.

Душин быстро потянулся к трубке телефона.

— Срочно принесите мне сводку наблюдения за американским посольством за последние два дня.

Вышколенный помощник почти сразу принес генералу документы.

— Вы правы, Виктор Иванович, — торжествующе заявил хозяин кабинета после просмотра материалов. — Десять дней назад американцы заказали три десятка ящиков. Они давно подозревали, что мы установили нашу специальную аппаратуру в их печатные машинки, принтеры, копировальную технику и можем отслеживать все, что они печатают и копируют. Несколько раз приезжали их техники из-за океана, но ничего не нашли. Тогда они решили заменить всю эту технику на новую. Как раз через неделю заказан грузовой борт из США. Он привезет новую аппаратуру и заберет ящики со старой.

Генерал загадочно улыбнулся и продолжил:

— А вчера их хозяйственник сделал дополнительный заказ еще на три ящика.

— Повезло Сметанину. Прямо в кон попал, — не сдержался Моляков. — Ящики задекларируют как дипломатический груз, а он досмотру не подлежит. Беглецов спрячут в ящики, загрузят в самолет, и все.

— Значит, брать их надо в Казани, — предложил Купцов. — Кусок показал, что он опытный шпион, может уйти от наблюдения в Москве.

— Согласен. Так и поступим.