Отель «Реббека» - Рада Рамильевна Артемьева

В зеркале на заднем фоне показалась недопитая чашка кофе. Надкусанный круассан лежал рядом на столе. Мысль об отравленной еде вдруг засела в сознании. Гозлан обернулся и посмотрел на стол. Как мерзко. Круассан теперь похож на ядовитый гриб – холодный, склизкий, с кусочками лесной земли вместо шоколадной крошки. С червями внутри. Фу. Теперь ртуть будет мерещиться всюду. Где и когда она может оказаться? Наверное, хоть где: в отделе, в «Реббеке», даже дома.

Придется пораскинуть мозгами. Соперник достойный: наблюдательный, точный. А главное, меткий. Действует наверняка. До сей поры стрелял без осечек.

Выходит, Меркьюри знает о том, кто ведет дело, подумал Гозлан. В курсе событий. Следовательно, находится где-то рядом. Этакий сторонний наблюдатель. Он всегда все знает и видит. Очень близок. Но насколько близок?

«Он как воздух», – вдруг вспомнились слова Эллен. «Способен забраться куда угодно».

Часики на столе издавали противный звук, как будто намекали: тик-так, время пошло на убыль. Сколько еще осталось до того, как Меркьюри угостит своим «лакомством»? Гозлан подошел к столу и швырнул будильник в мусорное ведро. Прибор шмякнулся, стекло разбилось. Раздражающее тиканье никуда не делось.

Не хватало еще придумать головную боль, подумал он. Бояться Меркьюри? Как бы не так. Наверное, он приблизился к убийце так близко, что это стало неудобным. Подобрался к нему вплотную! Меркьюри пока только блефует. Одно дело запугать мальчишек портье из отеля и прачек-сплетниц, а другое дело – опытного полицейского. Акулу в своем деле так просто не проглотишь. Можно подавиться!

Этот вызов определенно возбуждал каждый нерв. Злил, как пса. Натравливал. Чувства сменялись одно на другое. Гозлан понял, что свирепеет. Текут слюни. Хочется напасть первым на Меркьюри и вцепиться в шею, применить удушающий прием. Почему лучшая защита – это нападение? Наверное, потому что ждать нападения слишком унизительно? А еще опасно и недальновидно. Обороняться – это для слабаков. Лучше Гозлан его проглотит сам, как устрицу. Первый. И сделает это максимально быстро.

Что ж, борьба будет захватывающей. И в ней не сможет быть ничьей. Теперь только время покажет, кто станет изобретательнее и хладнокровнее. Слишком большие ставки. Теперь дело касается не одной «Реббеки». Для Гозлана это личное оскорбление, вторжение на его территорию. Меркьюри слишком самонадеян, хоть это и понятно: опыт показал, что сил в нем предостаточно. Да, он силен. Но непобедимых нет. Ньютон был прав: на каждое действие найдется противодействие.

Гозлан вышел из кабинета.

– Кто доставил письмо? – спросил он у блондинки за столом.

– Мсье Гозлан, я же сказала – какой-то посыльный. Но одет так…

– Найдите фото с камеры.

– Поняла, – уткнулась блондинка. – Какие-то проблемы?

– Пока нет, – буркнул следователь. Он, как обычно, не хотел ничего объяснять.

Сам в это время пошагал по кабинету. Руки завел за спину. Охваченный необъяснимой тревогой, ждал, когда на экране монитора наконец появится фото таинственного посыльного. Нервная возбудимость переполняла. Предположения сменялись одно на другое. В голове даже родился некий образ, к которому он уже приготовился морально.

Девушка щелкала мышью и временами посматривала на следователя. Она видела, что Гозлана распирает неспроста. Простое дело таило в себе сюрприз. Да к тому же с перчинкой.

И вот наступил момент истины: на экране появилось лицо молодого человека. Девушка увеличила картинку. Гозлан поднял голову, вцепившись взглядом в монитор.

– Франсис Гален, – сказал он выразительно.

К такому повороту его жизнь не готовила.

Глава 15

Франсис сидел в отделении полиции, окруженный следователями и начальством. Дело «Реббеки» уже буквально горело. Казалось, Франсис – тот самый человек, на кого сейчас навесят всех собак.

Громкое дело разнеслось по городу. Общественность давила. Ходом следствия заинтересовался сам мэр города. Ситуацию с отравлениями в «Реббеке» требовалось разрешить как можно скорее. А тут как раз портье из отеля принес письмо с угрозами. Гозлан сочувствовал Франсису не напрасно: на него сейчас обрушивался весь груз вины.

– Мсье Гален, на что вы надеялись? – прямо спросил начальник полиции Клюзе. – Вы принесли письмо с угрозами в полицейский участок. Вы не в себе?

Франсис сидел на стуле бледный и испуганный.

– Я не знал, что написано в письме, – сказал он. – Клянусь.

– Давайте обойдемся без клятв. Говорите по существу.

– Я не знал… Не знал, что в письме! – вскричал Франсис.

– Откуда вы взяли этот конверт?

– Мне его отдал наш охранник Гийом Клавье.

– А у него он откуда взялся?

– Понятия не имею. Он попросил занести его вам. Остальное я не спрашивал.

– Вы портье, – заметил следователь. – В ваши обязанности бегать с письмами вроде бы не входит.

– Да. Но сейчас работы все равно нет. Меня попросили – я отнес.

– Кто такой этот Гийом Клавье?

Начальник полиции задумчиво посмотрел на Гозлана:

– Вы знаете его?

– Видел, – ответил Гозлан, – но ничего о нем сказать не могу. Тихий, незаметный. Нигде не светился.

– Он стоит у служебного входа, – подтвердил Франсис. – Следит за камерами в отеле и передает по рации инструкции. Его у парадного входа даже не встретишь, поэтому его никогда не видно.

– Что Гийом вам сказал, когда отдавал письмо? – Клюзе снова обратился к Франсису.

– Попросил отнести в полицию. И все. Конверт был запечатан. Я видел, что это письмо для мсье Гозлана. Подумал, может, документы какие-то от мсье де Бриссака или мадам Шанталь.

– Нет, не документы, молодой человек, – с укором сказал начальник полиции. – А письмо с угрозами. Да еще и следователю. Вы представляете?

Франсис склонил голову. На его лице отразился весь ужас ситуации.

Мсье Клюзе обратился к подчиненным:

– Пригласите этого Гийома к нам в гости.

Те кивнули и быстро вышли из кабинета. Гозлан подошел к Франсису и посмотрел на него с отеческим видом.

– Франсис, – сказал он, – как так вышло, что вы снова участвуете в заварухе?

Молодой человек только в отчаянии качал головой. Он смотрел в пол и не мог найти слов для ответа.

– Сначала вы встречаете Меркьюри, – сказал Гозлан. – Скрываете это все вместе с Шанталь. Теперь притащили угрозы в полицию. Что я должен думать? В скольких эпизодах вы еще засветитесь?

Франсис глубоко вздохнул и закрыл глаза.

– Я не знаю, что сказать, – ответил он. – Это произошло случайно.

– Когда такие события происходят в отеле, случайностей быть не может. Случайности опасны для вас, дорогой Франсис.

Несколько секунд мертвой тишины. Франсис онемел. Оказаться в полицейском участке, при этом не в качестве свидетеля, – такое было для него впервые. Он погрузился в молчание, которое могло продолжаться очень долго. Видя, что в ответ ни