Familia. Две женщины, две правды, одна тайна - Лорен Э. Рико

что у людей Сантьяго произошло фатальное столкновение с теми же парнями, что напали на меня? Или же кто-то дал наводку – и, быть может, сумел убедить «дать сигнал» turistas, предостеречь их, чтобы они не портили жизнь местным? И если так, то кто это был?

Потому что никто не знал, чтó именно со мной произошло и кто именно это сделал. Никто, кроме меня и Мигеля.

Разумеется, все это было просто догадками с моей стороны… до самого последнего момента.

Пока в моей голове проносились мысли о прошлом, Беатрис, которая много лет была рядом с Сантьяго, всматривалась в мое лицо, терпеливо ожидая, когда я мысленно дойду до конца этой истории и сделаю вывод. Наконец она кивает, будто отметив про себя, что я все поняла.

– Послушай, mija, – продолжает она, взяв меня за руку. – Я хочу донести до тебя самую простую мысль – то, что ничего никогда не бывает только черным или только белым. Ни тогда, когда речь идет о тебе, ни тогда, когда речь идет обо мне, ни тогда, когда она идет о Сантьяго.

Я смотрю на Беатрис – смотрю, как мне кажется, очень долго, вспоминая, как она распоряжалась, чтобы в «Эль гальо рохо» меня кормили горячим обедом или ужином, как она потихоньку давала мне немного денег, чтобы я могла купить себе новую пару обуви, школьные принадлежности или продукты, чтобы положить их в холодильник. Я помню это и поэтому представляю то, что, должно быть, произошло в тот день двадцать пять лет назад.

– Это он приказал Йети забрать мою сестру? – без обиняков спрашиваю я.

Женщина, сидящая рядом со мной, вздыхает. Вздох долгий и покорный – это вздох женщины, которая видела слишком много и только теперь, оглядываясь назад, начинает понимать смысл того, что тогда происходило.

– Нет, – тихо отвечает она. – Нет, Сантьяго не приказывал Йети похищать Мариану… Йети сделал это по своей собственной инициативе. А затем он принес ее к Сантьяго, ожидая, что тот… не знаю… что-нибудь сделает с ней. Но мой Сантьяго и пальцем не притронулся к малышке. Я знаю это совершенно точно, потому что в то утро я видела ее. И видела его.

Смотрю в лицо Гэбби за плечом Беатрис и узнаю в нем отражение тех же противоречивых эмоций, которые сейчас бурлят в моих собственных сердце и голове. Наконец-то мы смогли выяснить, что Мариана побывала в руках Йети… и в доме Сантьяго. Но есть что-то, что мы упускаем.

– Беатрис, если то, что ты говоришь, правда – если Сантьяго никогда не планировал похищать Мариану и этот тип Йети украл ее просто под влиянием момента, – то почему она не была возвращена домой? Или оставлена в таком месте, где бы ее наверняка нашли? Это лишено всякого смысла.

На лице Беатрис мелькает неясная печаль.

– О, Исабельита, как бы мне хотелось, чтобы все было так просто, – с сочувствием говорит она. – Ты должна понять – Сантьяго был очень влиятельным человеком. А люди, достигшие в его бизнесе таких высот, всегда становятся своего рода мишенью. Так что для него было жизненно важно, чтобы его все уважали – либо из преданности, либо из страха. В этом мире тот, кого не уважают, считается слабым. А тот, кто слаб, считай, уже покойник. Если бы он проявил хоть каплю мягкости, это было бы расценено как слабость. Йети не оставил Сантьяго выбора, похитив малышку, и поставил его в безвыходное положение. Так что Сантьяго сделал единственное, что мог сделать в этой ситуации.

О боже.

– То есть… вы утверждаете, что Йети похитил девочку по собственному почину? – уточняет Гэбби, и ее тон полон недоверия. – И что он явился с ней к Сантьяго… сделав что-то вроде подношения своему боссу? А Сантьяго, который, по вашим словам, никогда бы сам не поднял руку на ребенка, приказал сделать это Йети? Вы что, всерьез заявляете, что ему удобнее было убить Мариану, вместо того чтобы просто признать, что была допущена ошибка?

Похоже, оценивая эту ситуацию, Гэбби Ди Марко упустила из виду тот факт, что она вполне может оказаться Марианой Руис. Что в конечном счете похищенная малышка все-таки не была убита. Она осталась в живых – и, более того, жила припеваючи в лоне любящей семьи в тысячах миль отсюда.

Беатрис больше не пытается защищать Сантьяго. Она смотрит на свои руки, сложенные на коленях, и качает головой, явно осознавая всю абсурдность выбора, перед которым был поставлен ее любовник, – абсурдность той ситуации, в которую он сам поставил себя. И не только абсурдность, но и непотребство. Потому что хороший человек вообще не оказался бы перед таким выбором. Хороший человек никогда не поставит свою репутацию выше жизни невинного ребенка. Хороший человек никогда не отправит ребенка на смерть, чтобы избавить себя от ничтожного затруднения. Он мог бы найти другой выход, и она это знает.

От этой мысли все вдруг меняется.

– Вы пытались отговорить его от этого, – утверждаю я. – Но он вас не послушал.

Беатрис поднимает голову и снова смотрит мне в глаза. Она выглядит намного старше, чем когда пришла сюда на встречу с нами полчаса назад. Все это написано на ее лице – просто раньше я не смогла этого прочесть. Свои лучшие годы, те, которые должны были стать самыми счастливыми в ее жизни, она провела, пытаясь спасти мужчину, в котором ей виделось что-то хорошее – несмотря на все гнусности, которые он творил.

Беатрис Родригес любила Сантьяго. И ненавидела себя за это. И часть ее до сих пор ненавидит себя за эту любовь.

– Я не знаю, что произошло после того, как они ушли с этой малышкой, – говорит она. – Я знаю только, что больше никогда их не видела.

Погодите. Погодите, тут что-то не так…

– Я думала, вы сказали, что Сантьяго не тронул ее, – замечаю я.

На миг на ее лице отражается смятение.

– Он – он – этого не делал. Он остался со мной в своей квартире…

Тут есть что-то важное, но что?

Закрываю глаза и сосредоточиваюсь на ее словах…

…после того, как они ушли с этой малышкой.

Они.

О боже… Там был кто-то еще!

– Кто? – спрашиваю я чуть громче, чем надо.

– Кто?.. – повторяет она, явно не понимая, о чем я.

– Кто был с ними? – спрашиваю я тише, но так же настойчиво. – С Йети… и Марианой? Если Сантьяго остался с вами… то кто были те «они», о которых вы говорили? Кто еще был там, Беатрис?

Выражение ее лица свидетельствует, что