Мертвое озеро. Возвращение - Керри Райан

– Я знаю про кости, – говорит она. Никакого вступления, никаких светских разговоров.

Я моргаю, ошеломленная ее заявлением:

– Какие кости?

Она слегка улыбается, будто насмехаясь над моей притворной растерянностью. Вот только она не притворная.

– Кости Мэлвина. Я знаю, что кто-то раскопал его могилу, и знаю, что его кости оставляли в местах разных преступлений. Преимущественно убийств.

Насколько мне известно, полиция эти сведения не обнародовала.

– Этого нет в общем доступе.

– Думаете, одни копы способны находить информацию и складывать два и два? Я вас умоляю!

– Зачем вы здесь?

– Провожу расследование. Я планирую второй сезон подкаста, вот и захотела посмотреть, где вы живете. Мне всегда хотелось понять, что в этом месте такого, если ради него Сэм порвал с «Погибшими ангелами». Стиллхауз-Лейк – это синоним Джины Ройял и Гвен Проктор. Мне захотелось увидеть его своими глазами.

Прищуриваюсь:

– А реальная причина?

Роуэн улыбается – теперь уже искренне.

– Иногда я забываю, насколько вы умны. С другой стороны, вам же как-то удалось обхитрить Мэлвина…

Она снимает с плеча объемистую сумку и лезет внутрь. Мой мозг кричит пистолет, и я уже готовлюсь бежать, когда она вытаскивает папку. Замечает, как я напряглась, и хмыкает:

– Я здесь не для того, чтобы нападать на вас, Гвен. По крайней мере, физически.

– Тогда зачем?

Роуэн закатывает глаза:

– Если возьмете эту чертову папку, я вам покажу.

Она подходит ближе и сует папку мне.

Если обложка не покрыта каким-нибудь ядом – что маловероятно, раз она держит ее голыми руками, – папку вполне можно взять. Я открываю ее: внутри десятки страниц, и все это досье на разных жертв преступлений. Большинство имен мне знакомо: Купер Кунц, Салем Адамс, Форрестер Блэкени. Люди, с которыми я сталкивалась в «Сайко патрол». Которые посылали мне угрозы. И все они умерли или пропали без вести, притом на местах преступлений были обнаружены кости Мэлвина.

Я насчитываю в общей сложности десять жертв убийств, на три больше, чем обнаружила сама, о чем оповестила ФБР. Поднимаю глаза на Роуэн, внимательно ее изучая. Что за игру она затевает?

– Откуда у вас все это?

– С горячей линии «Погибших ангелов», – отвечает она. – В конце каждого подкаста мы давали контакты, приглашая всех, у кого есть информация, с нами связаться. Большинство наводок были ложными, но некоторые подтвердились.

Объяснение убедительное, хоть я и не уверена, что купилась на него. Я не верю ничему, что говорит Роуэн.

– Вы знаете, что между всеми ними общего, кроме костей Мэлвина, найденных на месте преступления? – продолжает она. – Вы. Все это люди, которые угрожали вам в той или иной форме. А теперь все они пропали или мертвы.

Забавно, что Роуэн обвиняет меня, в то время как сама является наиболее вероятным подозреваемым. Возможно, наша конфронтация нужна ей, чтобы меня подставить.

Закрываю папку:

– Я не имею никакого отношения к этим смертям.

Она вздергивает бровь:

– Для ни в чем не повинной рядом с вами умирает слишком много людей.

– Вам должно быть известно, что идеальных убийств не существует. Того, кто это сделал, обязательно поймают. Надеюсь, у вас хороший адвокат.

Она недоверчиво усмехается:

– Думаете, я причастна?

– Думаю, кто-то пытается подставить нас с Сэмом. Вы не скрываете своей ненависти к нам. Вы на что угодно пойдете, чтобы нам отомстить, но вам это не поможет.

Роуэн вглядывается мне в лицо, прищурив глаза:

– Я не желаю вам смерти, Гвен. Я хочу, чтобы вы страдали. И Сэм тоже. Хочу, чтобы весь мир ненавидел вас, как я. Хочу, чтобы вы жили как можно дольше и каждую минуту страдали – невыносимо!

От ее слов у меня по коже бежит мороз. Я вспоминаю, как заглянула в глаза Мэлвина, когда его арестовали и он больше не считал нужным скрывать от меня свою истинную сущность. Сколько ненависти было у него внутри! Она так и полыхала – в точности как сейчас у Роуэн.

– А мои дети? – спрашиваю ее. – Они тоже заслуживают страдать? Вы хоть понимаете, что сделал с ними ваш подкаст? Сколько хейта на них обрушилось в интернете? Вам недостаточно было обвинить нас с Сэмом в своем подкасте, вы вовлекли еще и детей. Назвали их имена. Сделали их мишенями.

– Мишенями их сделал отец, – отрезает она.

Я вскидываю вверх руки:

– Они не выбирали себе родителей!

Она отступает на шаг, указывая на меня пальцем:

– Да, но вы выбрали, за кого выходить замуж. И от кого рожать детей.

– Я не знала, что он убийца! – восклицаю я. Мои руки сжимаются в кулаки. Как же я устала от бесконечных обвинений! Меня саму удивляет просыпающийся внутри гнев. Заставляю себя сделать шаг назад и увеличить расстояние между нами.

– Знаете, что я думаю, Джина?

Я вздрагиваю от звука моего прежнего имени. Роуэн делает это намеренно – отказываясь признавать, кто я есть сейчас. Крепко стискиваю зубы и ничего не отвечаю.

Она щурится:

– Я считаю, что вы по-прежнему Маленький Помощник Мэлвина. Думаю, вы не перестали убивать. Думаю, у вас есть список врагов, и вы методически устраняете их, одного за другим. И оставляете на местах преступлений кости Мэлвина в качестве визитной карточки. Этакий извращенный способ почтить его память.

– Будь у меня список врагов, Роуэн, вам досталось бы первое место.

– Это угроза?

Я слышу за спиной звук двигателя машины и, оглянувшись, замечаю свой универсал, выворачивающий от дома на дорогу. Ланни за рулем, Коннор на пассажирском сиденье. Я забыла отписаться им – и с ужасом вижу панику на лицах детей. Это подливает масла в огонь моей злости. Машу им рукой, показывая, что всё в порядке, потом жестом указываю съехать на обочину, чтобы я могла подсесть в машину. Ланни тормозит, и я распахиваю пассажирскую дверь.

– Оставьте нас в покое, Роуэн, – бросаю, оглядываясь на нее. – С вами свяжется мой адвокат.

Она смеется:

– С какой стати мне бояться вашего адвоката? Не забывайте, правда – лучший ответ на обвинения в клевете. От правды не сбежать, Джина!

Ее голос эхом разносится по лесу, и я, чтобы избавиться от него, захлопываю дверь и командую дочери ехать.

– Кто это? – спрашивает Ланни. У нее дрожит голос, хоть она и старается этого не показать. Явно это последствия всплеска адреналина – ей ведь пришлось срочно хватать Коннора и спасаться.

– Роуэн Эпплгейт, – отвечает Коннор, не дожидаясь меня. – Сестра Кэлли, сестры Сэма.

– Женщина из подкаста? – Внезапный гнев в голосе дочери пугает меня: такое чувство, что сейчас она развернет машину и раздавит Роуэн. – Какого черта