Коррида с предателем - Ирина Владимировна Дегтярева

но все же понимая безвыходность ситуации, в какую он угодил в Лондоне, его кураторы дали понять, что он им все еще нужен. И следующим этапом их многолетнего взаимодействия станет написание им книги, в тексте которой будет содержаться много завуалированной информации. Она позволит американцам реализовать планы по задержанию русских агентов, в том числе и солдата, служившего в АНБ, Роберта Липки. Его Крылов сдал американцам раньше, но чтобы не выдать генерала, арест Липки не производили, а только приглядывали за ним и кормили дезинформацией.

В случае с созданием книги Крылова ЦРУ действовало по тому же плану, внедренному в советско-российскую прессу, — вбрасывать секретную информацию или намеки на нее в общественный доступ, затем использовать опубликованное для проведения своих оперативных мероприятий. При этом удавалось скрыть источник — шпиона, укравшего эту самую информацию. В случае с Крыловым источник завуалировать не удалось бы, поэтому в его книге использовались намеки, чуть ли не эзопов язык, чтобы Крылова не обвинили в раскрытии секретов. Используя его намеки, «проведя» аналитическую кропотливую работу и «вычислив» самостоятельно русского шпиона или даже нескольких, американцы смогут арестовать предателей.

Про Липку в книге Крылов написал, что солдат имел отношение к уничтожению секретных документов. «Из всего, что мне известно, — писал Крылов, — он все еще может быть агентом КГБ, работая в Агентстве национальной безопасности или ЦРУ». Также он упомянул, что американец любил играть в шахматы, отсюда и позывной — Ладья…

Этого было достаточно, чтобы в 1996 году американцы арестовали Роберта и приговорили к восемнадцати годам тюрьмы.

Книгу Крылова перевели на русский язык. В варианте для русскоязычной публики многие эпизоды отсутствовали или были подретушированы, словно не рассчитывали американцы, что кто-то в России умеет читать по-английски. В тексте раскрывались методы работы сотрудников Комитета госбезопасности, а по некоторым эпизодам, как по реперным точкам, при незначительном анализе, соотносясь со временем, опираясь на некоторые другие источники, можно было выйти на тех людей — агентов КГБ, о которых ничтоже сумняшеся написал Крылов. В России эту книгу сочли очередным ударом от предателя в спину коллегам, ударом по безопасности Родины.

Но американцы готовили еще кое-что…

В 1994 году ФБР арестовало Олдрича Эймса — высокопоставленного сотрудника ЦРУ вместе с женой. Он работал около десяти лет на советскую разведку. В том числе историю с Коулом-Воробьёвым именно он подсветил для КГБ тогда, в 1985 году, когда им занимались Трофимов и Тихонов. Сообщил его псевдоним, имя — Стас, то, что он выезжал в Ирландию с группой…

В Москве некоторые разведчики стали анализировать происходящее. Арест такого агента, как Эймс, вызвал много обсуждений и предположений. Одно из подобных предположений снова подводило к мысли об отставном генерале.

Крылов мог так или иначе навести американцев на Эймса. Приятельские отношения с разведчиком, который работал с Эймсом, могли послужить пусковым механизмом для начала расследования ФБР. Не столько их дружба, сколько то, что приятеля Крылова наградили орденом Ленина.

Указ о награждении, конечно, был секретным, однако близкие друзья да еще коллеги обычно входили в круг посвященных… И пусть этот разведчик не сказал Крылову, за что конкретно награжден, но такие высокие награды давали только за вербовку очень ценных агентов или работу с ними. Крылов без труда догадался бы. Это и могло стать началом расследования ФБР, получившего наводку от ЦРУ — место, время, фамилию советского разведчика, работавшего с кем-то очень ценным для КГБ.

В России начали сгущаться тучи над головой Крылова, находившегося на тот момент в США. Главная военная прокуратура опять взялась расследовать дело Крылова. Депутатской неприкосновенности у него уже не было.

И отставной генерал остался в Америке, получив вид на жительство. Он обосновывал свое бегство в Штаты страхом мести от своих бывших коллег. А его и в самом деле не простили.

2001 год

— Пап, там дядя Коля пришел! — крикнула Люся, высунувшись из окна комнаты второго этажа дачи. Она сидела у окна и грустила. В четырнадцать лет дачу мало кто любит, и Люся не любила и скучала по подружкам. Они тоже разъехались по дачам и лагерям, которые еще по инерции называли пионерскими.

От калитки шагал светловолосый мужчина, уже не столь стройный, как еще лет десять — пятнадцать назад, и слегка заматеревший. Но все также впечатляющий слабый пол голубыми глазами, блондинистостью, хоть и с легкой проседью.

Тихонов в отпуске наслаждался своим любимым занятием — чтением книг. Книжные магазины, заваленные изданиями на любой вкус, приводили Сергея в состояние культурного шока после многих лет дефицита. А Надя грозила отбирать у него зарплату прямо у дверей ФСБ: «Я тоже люблю книги, но мы скоро будем спать на книгах, есть с книг, укрываться книгами…»

— Здорово! — с угрюмым выражением лица Трофимов, подошедший к столику, стоящему в тени под сиренью, пожал руку Сергею. — А Лешка где? — Он оглянулся на дом. — Девицу твою в окошке лицезрел. А сын?

— Последний экзамен сдает. — Тихонов подвинул стул к Николаю. — Чего ты такой встрепанный?

Прежде чем сесть, Трофимов сочно шлепнул на деревянный стол газету. Тихонов покосился на название — «Известия». Он силился вспомнить, когда была похожая ситуация — Николай уже кидал ему под нос газету. Тогда речь шла о Крылове.

— Мне знаком этот твой жест, — напомнил Тихонов. — Только не говори, что это про Крылова, не к ночи будет помянут…

— Именно. О нем! Этот… — Трофимов назвал Крылова нецензурно и снова оглянулся на дом, опасаясь, что услышит дочка Тихонова. — Он выступил на процессе против Джорджа Трофимоффа. Почти моего тезки, — невесело добавил он.

— В общем, я чего-то такого ожидал, когда в прошлом году Трофимоффа арестовало ФБР. Не удивлюсь, что Крылов его и сдал. В отель в Тампе, во Флориде, к Трофимоффу подвели агента ФБР под личиной связного, разведчика из России. Взяли с поличным. Полковник армии США — крупная птица. Двадцать пять лет работал на нас. Если Крылов вылез на судебные слушанья, ему есть что сказать, почему бы ему было и не заложить старика? А ведь семьдесят четыре года мужику.

— Он из русских эмигрантов?

— Да, родился в Германии. С пятьдесят первого — гражданин США. Работал в военной разведке. Через нюрнбергский центр, где он служил, проходили все наши перебежчики — кладезь информации. Трофимоффа первый раз в девяносто четвертом задерживали, заметь, как раз когда вышла книжонка Крылова и тот сбежал в Америку. Потом отпустили. Гулял до прошлого года. Надо было Трофимоффу бежать, да уж старый. И чего Крылов наболтал?

— Сказал, что встречался