Даун Крик. Близнецы - Эжен Марсэль

– Но при чём тут мы…

– Спрашивайте, детектив, – прервала мужа Мэри Твинн. – Мы вам поможем, если это в наших силах.

– Вы знали, что в ночь убийства Дональда Три́кстера ваша дочь подверглась групповому насилию?

Воцарилась мёртвая тишина. Ни один мускул не двинулся на лице матери А́вы, а вот отец не смог скрыть чувств.

«Они знали, – понял я, – знали и утаили от полиции такую важную деталь. Мало того, поддержали сказку о помолвке. Интересно, почему? Не желали портить репутацию дочери и свою? Боялись власти Три́кстеров? Вероятно, и то, и другое».

– Мистер и миссис Твинн, я понимаю ваши опасения и верю: у вас имелись причины скрыть эту информацию от полиции Сиэтла. Но сейчас это не допрос, и у меня нет враждебных намерений по отношению к вашей дочери, хоть я и состою в следственной группе.

Мне было стыдно врать родителям, пытающимся защитить своё дитя, но я чувствовал, что должен докопаться до истины в этом деле. Твинны переглянулись. Мне ужасно хотелось закричать, чтобы они немедленно ответили на вопрос, но сдержался. Моё терпение вознаградилось коротким «да».

– Тогда мне нужно задать ещё один вопрос. Вы знали, что остальные участники изнасилования также убиты?

– О Боже! Когда? – Чарльз Твинн в ужасе уставился на меня и вскочил на ноги.

«Так, он явно не в курсе. Версия о его причастности несостоятельна. Хотя есть ещё небольшая вероятность, что он прекрасный актёр».

Я перевёл взгляд на его супругу и уловил, как в глазах миссис Твинн мелькнула гордость, а губы тронула быстрая еле заметная улыбка.

«Она не просто знала, она как минимум поощряла возмездие. Не могу винить её, положа руку на сердце».

– Вы же не думаете, что мы или наша дочь имеем к этому какое-либо отношение?! – Негодовал тем временем кроткий дантист, меряя шагами кухню.

– Убийства произошли второго, девятого, двадцать третьего мая и шестого июня, – отрапортовал я. – Скажите, где ваша дочь находилась в эти дни?

– Да вы с ума сошли?! Она беременна! – Чарльз стукнул по столу кулаком. – Вы правда считаете, что А́ва могла убить четверых молодых людей?

– Пятерых, – спокойно поправил я. – Всех пятерых убил один и тот же человек.

– Она была здесь каждые выходные весь май и июнь. – Это я уже знал от городских сплетниц, что косвенно подтверждало непричастность А́вы.

– На одном из мест преступлений найден отпечаток протектора спортивного мотоцикла. Как считаете, если я сравню их с шинами того, что стоит у вас во дворе, они совпадут? – спросил я, глядя на мать А́вы, которая утратила хладнокровие при упоминании байка.

На её лице отразилась гамма чувств: от растерянности до гнева. Потом она взяла себя в руки и ледяным голосом сказала:

– Сядь, Чарльз. От твоих метаний нет никакого прока.

Муж пристально посмотрел на неё и понял то, о чём догадался я пять минут назад.

– Ты знала? Мэри, ты знала обо всех этих убийствах? – снова завопил мистер Твинн.

– Это сделала не А́ва, – твёрдо заявила его супруга, глядя мне в глаза.

– Вы знаете, кто совершил убийства, миссис Твинн? – мягко спросил я.

Мать А́вы молчала, поджав губы.

– Вы знаете, кто виновен в смерти насильников вашей дочери? – снова спросил я, изменив формулировку. – Если А́ва не делала этого, может, тогда А́дам?

Имя А́дама возымело действие. Словно осознав, что её загнали в угол, Мэри Твинн кинула короткий взгляд на второй этаж, скрестила руки на груди и ответила:

– Да, это сделал А́дам. Он спросил разрешения, я его дала.

Если честно, я не ожидал, что она подтвердит роль А́дама в преступлениях. Я поразился, насколько будничным тоном миссис Твинн призналась вместо того, чтобы отрицать вину сына. И мне уже не казалось, что я загнал её в угол. Наоборот, возникло ощущение: со мной играли в какую-то игру, правил которой я не знал. С другой стороны, я добился, чего хотел – получил имя убийцы, и какая разница, как это произошло: быстро или в результате многочасовых допросов.

– Как ты могла ему позволить такое, Мэри? – Чарльз снова ужаснулся, но теперь от действий супруги, продолжившей говорить, не обращая на его вопли никакого внимания.

– В указанные вами дни дочь гостила у нас, соседи подтвердят. Допросите их, если хотите. Больше ничем вам помочь не могу.

Я понял, разговор окончен, и мне больше ничего не добиться от родителей А́вы, но всё же сделал последнюю попытку:

– Могу я встретиться с А́дамом?

– Мы не знаем, где он, – ответил за жену Чарльз и, понимая мои сомнения, добавил:

– Это правда, детектив Смит. Мы не видели А́дама с середины июня.

– Благодарю за беседу, миссис и мистер Твинн, – сказал я. – Рад был познакомиться.

– Не могу ответить тем же, – отозвалась Мэри, – но знайте, я считаю, мальчик поступил правильно.

Я вышел во двор, сфотографировал на сотовый мотоцикл и его шины. Мать А́вы наблюдала из окна, но не стала пытаться меня остановить. Мудрое решение.

***

На следующий день утром я покинул Даун Крик, посчитав, что узнал всю необходимую информацию. Теперь я не сомневался: серийный убийца, сообщник А́вы Твинн – её брат А́дам. У него имелись и мотив, и возможность. К тому же, велика вероятность, что это он поджёг дом соседа в детстве, а поджигатели часто идут дальше и становятся убийцами. Я был доволен и горд собой. Теперь осталось всего-то выйти на след А́дама и доказать его причастность ко всем пяти убийствам. С этим без помощи детектива Бе́ркли я справиться не мог.

«Придётся раскрыть все карты, по-другому никак. Хоть я ему и не до конца доверяю, выхода у меня нет».

Детектив снова внимательно выслушал меня. Я рассказал ему о результатах расследования, включая то, что считаю первой жертвой серии Дональда Три́кстера.

– То есть вы полагаете, наш убийца – А́дам Твинн, мотив которого – насилие, совершённое убитыми над его сестрой?

– Да, именно так.

– И нет никакой связи между ним и Чистильщиком или его последователем? – уточнил Бе́ркли, как мне показалось, с сожалением.

– Боюсь, я ошибся и принял желаемое за действительное.

– А как же буква, бритва и прочие ниточки?

– Совпадение, – твёрдо сказал я. – К тому же, если убрать версию о Последователе, то ранения в живот перестают не вписываться в картину преступлений, а, наоборот, делают её более реалистичной.

– Что ж, может, вы и правы…

– На месте убийства Дональда Три́кстера были найдены неопознанные мужские отпечатки пальцев, – напомнил я. – Если они совпадут с отпечатками А́дама Твинна, то как минимум одно убийство будет раскрыто.

Бе́ркли никак не отреагировал