Качели смерти - Котаро Исака

– Ты так спокойно говоришь об этом, хотя и сам когда-то был ярым поклонником…

– Почему не может быть спокойных поклонников?.. В любом случае иногда слухи зарождаются спонтанно, но чаще есть конкретные люди, которые распространяют их намеренно. Тогда они становятся спин-докторами или спин-контроллерами.

– Спин-доктор?[74]

– Это тот, кто манипулирует информацией для создания определенного образа человека. В политике это происходит постоянно. Раньше подобных специалистов называли спин-докторами.

– Тогда, – говорю я, – такой доктор должен быть ответственен за новость о том, что Тюсондзи-сан – зачинщик беспорядков. Но кому это может быть выгодно? Неужели кто-то готов приложить столько усилий, чтобы поймать нас?

В парке очень тихо. С каждым порывом ветра можно услышать, как на земле танцуют опавшие листья.

– Действительно, безопасности мира не угрожает то, что Тэрасима отправил мне письмо. Я не настолько опасен, чтобы остервенело преследовать меня.

– Да, кто-то зашел слишком далеко… Может, Тэрао Тэрасима считался очень опасным человеком?

– Единственное, о чем он меня попросил, – это остановить «Велекасери». Эту цель сложно назвать похвальной, но она не должна так сильно беспокоить полицию.

Тюсондзи снова замирает. Слышен только шум ветра. В будний день перед наступлением сумерек в парке нет ни души, кроме нас, но я не уверен, что мы находимся в безопасности.

– Действительно…

– Что?

– Кому из людей понадобится так отчаянно преследовать меня и Тэрао Тэрасиму? Действительно, ему это нужнее всех. Всем известно, что убийца – это тот, кто больше всех выигрывает от смерти жертвы, а наш преступник – тот, кому я доставляю больше всего неприятностей.

– Неприятностей?

– Ложь распространяет тот, кого больше всего беспокоит поведение Тэрасимы и мои действия. Мы доставляем ему неприятности, поэтому он хочет остановить нас. Верно?

– И кто же это?

Ацуси Тюсондзи бросает на меня взгляд, как бы говоря: «Все еще не догадался?»

– Тэрасима опасался созданного им «Велекасери», поэтому поручил мне уничтожить его. Это значит, что он и есть тот, кто больше всех обеспокоен.

– Он?

– «Велекасери».

– Что?

Действительно, «Велекасери» – это искусственный интеллект, то есть машина без мыслей и чувств, не знающая раздражения или нетерпения, поэтому трудно поверить, что именно он стоит за желанием быстрее поймать тех, кто кажется ему опасным.

– Я думаю, что «Велекасери» стал гораздо умнее любого человека. Мудрый и достаточно могущественный, чтобы заботиться о своей сохранности, исключая любые опасности. Искусственный интеллект мог опасаться Тэрао Тэрасимы, поскольку получил и проанализировал большое количество информации. Он мог предсказать то, что создавший его Тэрасима попытается его устранить.

Уничтожить создателей, пока они не уничтожили тебя… Вот о чем он подумал?

Я не знаю, как выглядит искусственный интеллект, но живо представляю себе нечто огромное – безжалостную угловатую конструкцию, без единой эмоции раздавившую Тэрао Тэрасиму. Бедный Озбел затоптан слоном.

– Хотите сказать, эти новости распространяет «Велекасери»?

– Возможно. Пока их транслируют на многочисленных экранах в кафе, люди думают, что это действительно происходит. Стоит выпустить заголовок, как он становится фактом.

– О чем-то похожем, кажется, говорила госпожа Мияко Сэцу…

Новости появляются не потому, что случился инцидент; инцидент случается после того, как новость о нем показывают окружающим.

– Вполне возможно, что нападений с топором и вовсе не было. Нет, кажется, их вызвало появление какой-то болезни… Во всем виноваты слухи о бактериях, выпущенных с фабрики.

Слухи…

– Все это может быть выдумкой. «Велекасери» сейчас из кожи вон лезет, чтобы выпускать все больше новостей, подпитывающих недовольство. Он сеет разлад между востоком и западом.

Если не взболтать, то эксперимента не будет. Так говорил Кагэтора Хияма. Поэтому люди конфликтуют. Неужели именно «Велекасери» спровоцировал этот конфликт?

– Но если «Велекасери» делает все, чтобы нам помешать…

– Что же нам делать? Тайный рычаг Тэрасимы исчез. Более нет того секретного оружия, которое позволит нам уничтожить его.

Мы возвращаемся на парковку, где оставили мопед. Тут же на ней оказывается небольшой серый фургон, повернувший с перекрестка напротив.

Полиция нас обнаружила! Это конец! Серый фургон, въехав на парковку, делает небольшой круг и резко останавливается. Раздвижная дверь открывается, и я готов увидеть выходящего из фургона вооруженного сотрудника полиции. Я готовлюсь поднять руки, чтобы сдаться, не оказывая сопротивления, но ничего подобного не происходит.

– Извините, что заставил вас ждать…

Из фургона выходит Юито Китаяма – мужчина, голограмму которого мы видели совсем недавно.

* * *

Водительское сиденье пусто, фургон движется на автопилоте. От одной мысли об этом я готов упасть в обморок, но кабина отделена от остальной части фургона специальной панелью, позволяющей находщимся внутри салона не видеть того, что происходит в кабине. Я стараюсь убедить себя, что нахожусь в небольшой комнате, повторяя про себя: «Это не машина, не машина, это комната!», чтобы хоть как-то облегчить свое состояние.

Пассажирские сиденья в фургоне расположены несколькими рядами, совсем как в синкансэне; мы с Тюсондзи, сидя рядом, говорим с Юито Китаямой, сидящим против движения. По всей видимости, он выехал за нами сразу же, как мы закончили беседу на катамаране.

– Конечно, в подобных обстоятельствах я должен был привезти вас в наше учреждение…

– Какое учреждение?

– Сейчас я действую неофициально, а вернее, по собственной инициативе, поэтому мои возможности ограничены, однако так будет безопаснее, чем передвигаться по городу на мамином мопеде, – говорит Юито Китаяма, повернув к нам свое круглое лицо. – Так о чем я говорил? Ах, да… О том, что вас двоих считают зачинщиками беспорядков в городе.

– Дезинформация, – говорит Тюсондзи, готовый озвучить те выводы, к которым пришел ранее. – «Велекасери» выдумал это, чтобы поскорее добраться до нас. Это дело полностью сфабриковано.

– «Велекасери»?

– Я уже говорил, что получил поручение от его создателя – Тэрао Тэрасимы. Он велел мне предпринять меры, чтобы остановить искусственный интеллект. Это разозлило «Велекасери». Возможно, именно поэтому все и пошло не так.

– Но что произойдет, если его не остановить? – Вежливая манера общения Юито Китаямы заставляет меня чувствовать себя значительно старше его.

– Он способен подделать новости, чтобы выставить нас жестокими преступниками. Он способен на все.

– «Велекасери» имеет какое-то отношение к японскому правительству? – спрашиваю я, но Юито Китаяма только пожимает плечами. Хоть он и не говорит этого напрямую, я понимаю, что ответ утвердительный. – Кажется, есть старый фильм об искусственном интеллекте, который, обезумев, развязал ядерную войну…

– Нет, ядерная война – это нереально. Хотя лучше сказать, что она иррациональна. У искусственного интеллекта нет на нее причин.

– И все же? – говорю я. Я много думал об этом. Наши взгляды встречаются. – Что, если он начнет сталкивать людей между собой?

Без изменений нет эволюции. Для изменений нужно все взболтать. Общество, которому