Качели смерти - Котаро Исака

его невозможно. Моя работа связана со множеством информации, которую я хотел бы сохранить в тайне, а город и его улицы очень уязвимы для разведки.

– Юито-сан, в чем заключается ваша работа?

– Как ни странно, я работаю там же, где когда-то трудилась моя мать, – говорит он и смущенно чешет затылок. – Не хочу пользоваться деньгами родителей.

– Пишете детские книги с картинками?

– Нет, в месте, в котором она работала до этого. К моему удивлению, бабушка по отцовской линии когда-то работала в той же сфере… Но хватит об этом. Вам с Мито это вряд ли интересно.

– Откуда вы знаете наши имена? – спрашивает Ацуси Тюсондзи.

– Я провел небольшую проверку перед тем, как вы прибыли в этот парк. Кроме того, связался с матерью.

– Госпожа Мияко Сэцу в порядке? – спрашиваю я. В голове у меня живо всплывают яркие образы ожесточенной борьбы.

– Моя мать в безопасности. Понимаю, вы шокированы – в ее-то возрасте… Мы разберемся с теми двумя полицейскими.

Мне сложно представить, какой была реакция полиции.

– Они ищут вас с большим усердием.

– Не знал! – с нескрываемым сарказмом отвечает Тюсондзи.

– Считают вас организаторами беспорядков в городе.

Ацуси Тюсондзи вскакивает:

– Что? Этого я и правда не знал!

– О беспорядках?

Я тоже искренне удивлен тому, что только что услышал.

– Вы же в курсе, что в городе сейчас беспорядки? Люди нападают на движущиеся автомобили, атакуют водителей и бросают в них топоры.

– Это было в новостях. Но при чем здесь это?

– Сначала мы полагали, что это дело рук молодежной банды, но ситуация оказалась куда серьезнее и тревожнее. Сейчас мы занимаемся поиском информации.

– Вы сказали «серьезнее и тревожнее»…

– В восточной части города нарастает неприязнь населения по отношению к жителям западной. Раньше это называлось «преступления на почве ненависти». Поводом, вероятно, послужили слухи о попавших в реку бактериях. Неизвестно, правда ли это или же это плод чьей-то больной фантазии, но, похоже, поведение некоторых жителей восточной части города стало напоминать бунт.

– И нас называют зачинщиками этих беспорядков?

– Поступила именно такая информация.

Растерявшись, Ацуси Тюсондзи, кажется, лишается дара речи. Немного помолчав, он наконец спрашивает:

– Как подобную чушь можно было пустить по новостям?

– Люди, активно распространяющие данные новости, не думают, что это чушь.

– Мне нужна передышка. Я же жил спокойно в Сэндае, вдали от проблем востока и запада Токио… Это вообще на северо-северо-западе от Токио!

– Но вы могли вести агитацию везде, где бы ни находились.

– Ну как же так!

– Вас преследуют потому, что вы получили сообщение от какого-то человека. Это не имеет отношения к беспорядкам.

– Вы говорите о Тэрао Тэрасиме? Создателе «Велекасери»?

– Так вы знаете?.. Какое именно сообщение господин Тэрасима поручил передать господину Мито? – спрашивает Китаяма. Судя по его словам, он знает, что я работаю курьером.

– Он попросил об одной мелочи, небольшой услуге.

– О чем?

– Он хотел, чтобы я уничтожил «Велекасери».

Теперь уже Юито Китаяма выглядит обеспокоенным. Шум усиливается, и изображение дрожит. Я решаю, что проблема в качестве связи, но Юито Китаяма встревоженно добавляет:

– Странно…

– Что именно?

– Впервые замечаю подобные помехи.

– Это радиопомехи? Или магнитные?

– Совсем не похоже на стандартные установки. Быть не может…

– Все когда-то случается впервые. Даже то, что, казалось, не могло произойти, – отвечает Ацуси Тюсондзи, и изображение Юито Китаямы тут же исчезает, лопнув, как мыльный пузырь. Все стихает, и мы остаемся вдвоем в лодке-лебеде. Высунув голову, я оглядываюсь.

Сложно представить более незащищенное место, чем лодка, застрявшая посреди пруда. Мне становится страшно. Вы не можете сбежать, находясь на виду у всех вокруг. Нас словно насильно усадили в птичью клетку и заперли в ней. Внутри меня все холодеет. Я представляю, как пруд окружают полицейские, мы в спешке вскакиваем, переворачивая катамаран и падая в воду… Но вокруг нет ни единого полицейского.

– Нужно убираться отсюда, – говорит Ацуси Тюсондзи.

Решив вернутся к исходной точке, мы в нетерпении налегаем на педали, раскачивая катамаран из стороны в сторону.

Вернувшись на станцию проката и сойдя на берег, я наконец чувствую облегчение. Я буквально ступил на твердую землю.

Пожилой мужчина, встретивший нас на берегу, незаинтересованно тянет лодку за веревку, приговаривая: «Ахой!»

Что нам теперь делать? Стоит ли вновь связаться с Юито Китаямой? Размышляя, я иду вперед, как вдруг замечаю, что Ацуси Тюсондзи рядом нет.

Исчез?

Я решаю, что он испарился подобно призраку, но, обернувшись, вижу его позади себя. Почему он остановился? Казалось, у него неожиданно сели батарейки. Я подхожу ближе к застывшему на месте Тюсондзи. Испугавшись, он сильно вздрагивает.

– Эй, чего тебе? – наконец спрашивает он.

– Пытался понять, почему вы застыли.

– Думал, что делать дальше.

– Нет.

– Нет? – переспрашивает он.

– Вы слышали, что он сказал. Что вы – организатор беспорядков.

Это правда было неожиданно.

– Вот почему полиция охотится за нами с таким усердием. Раньше мне никогда не удавались групповые проекты… Как я могу возглавлять преступную группу? Понимаешь?

– Наверное, – отвечаю я, мало зная о самом Ацуси Тюсондзи. – Кто может распространять подобную ложь?

– Я не знаю. Но, кто бы этим ни занимался, у него отлично получается.

– Что это вообще за новость? То, что я планирую войну между востоком и западом Токио?

– Нет. Не так, – отвечаю я, махнув рукой, словно стараюсь отмахнуться от пущенной в меня стрелы. – Должна быть причина, по которой человек скрывается от полиции. Если сказать, что это связано с недавним инцидентом, то всем будет легче поверить в это.

Он все еще смотрит на меня ничего не выражающими глазами, и я решаю привести еще один пример:

– То же самое случилось и с вашими любимыми «Гамма Моко».

– А что с ними случилось? – наконец оживает он, и мне становится легче.

– После смерти одного из участников, Танаки Катаны, ходило много разных слухов. Некоторые люди утверждали, что группа продолжала существовать благодаря специальной программе, знающей музыкальную теорию. Другие говорили, что Танака Катана всегда был изолирован от других участников группы…

– Ерунда.

– Действительно. Но эта информация быстро распространилась.

– Ну… – бормочет он и затем продолжает: – Музыка – это не то, что можно создать при помощи одной лишь теории. Многие верили, что Танака Катана – центральная фигура в группе. Возможно, так и было на самом деле. С другой стороны, были и те, кто обожествлял его и не допускал мысли о том, что группа будет существовать и без него. Они планировали доказать, что группа продолжает существовать только благодаря материалам, что Танака Катана оставил после себя. Источником подобных слухов могли служить бизнесмены и менеджеры, связанные с «Гамма Моко». Они могли придумать это, чтобы как