Качели смерти - Котаро Исака

– Не спал, наверное? Глаза совсем красные… Ты ведь знаешь этого Мито, верно?

– Ну да. Со времен средней школы.

Похоже, этой информацией поделились со всеми отделами полиции.

– Значит, вы знакомы… Сейчас свободен?

Я не могу сказать, что собирался лечь спать.

– Есть новости?

– С нами связался один из гражданских. Замечен фургон, в котором предположительно находятся Тюсондзи и Мито.

– Где?

– Кажется, они движутся на восток от Хатиодзи. Учитывая, что раньше его заметили в жилом районе в Хатиодзи, вероятность, что это правда, довольно высока.

– Там расположен дом автора книг с картинками? Туда отправляли наших сотрудников. Что случилось?

– Провал, – отвечает следователь с щетиной, скривив лицо.

– Провал?

– Двое в больнице. Они не сильно пострадали, но были удивительным образом обездвижены.

– Обездвижены?

– У одного вывихнуты суставы, второго ударили по голове. Наверное, помутились рассудком – утверждают, что это дело рук какой-то старушки! – смеется старший следователь.

– Какая старушка?

– Автор книги с картинками. Думаю нанять ее, если она действительно такая крутая!

– Понятно.

Нам вряд ли понадобится писать детские книги с картинками.

Борясь со все усиливающейся сонливостью, я добираюсь до выхода из штаба и оказываюсь на заднем сиденье машины старшего следователя. Я очень устал. Чувствую тяжесть во всем теле и ужасную тупую головную боль, но должен следовать приказам. Приказы? Чьи? Старших по званию? Нет, здесь что-то большее.

Старший следователь сказал мне, что все прошло хорошо. Наверное, он видел мою работу, случайно оказавшись рядом.

Кажется, здесь не обошлось без совпадений. Все дело в истории, рассказанной Хинатой Кёко?

Как бы я ни старался сбежать, меня непреодолимо тянет обратно. Прямо к Наомасе Мито.

Автомобиль едет по скоростному шоссе. Скорость довольно высокая, но на какое-то мгновение машина замедляется. Звучит сирена машины «скорой помощи».

– О, – говорит старший следователь. – Похоже, что его поймали.

Я смотрю на свою пасска. Уведомлений нет, но, возможно, пока уведомили только старших по званию.

– Их арестовали?

Арестовали ли Мито?

– Пока нет. Судя по новостям, их обнаружили и задержали гражданские.

– Их фургон?

– Гражданские готовы сделать все возможное, чтобы выиграть немного времени до приезда сотрудников полиции. Кажется, они соорудили блокпост. Такие сознательные граждане!

Я не сдерживаюсь и отвечаю, что это тоже уголовное преступление. Разве можно нарушать одни правила, чтобы защитить другие? В ответ следователь смотрит на меня как на идиота.

– Он настолько опасен?

Старший следователь бросает на меня слегка насмешливый взгляд.

– Разве вы не знакомы?

– Не так близко, – пожалуй, слишком резко отвечаю я. У меня нет ни малейшего желания защищать Мито. То, что все считают его моим старым другом, кажется мне не просто обидным, а крайне унизительным. – Он не казался таким уж опасным человеком.

– Время меняет людей, и никто до конца не знает своих возможностей. Многие совершают то, на что, казалось, не были способны.

Я прислушиваюсь к словам старшего следователя, отчаянно пытаясь подавить страх, вернувшийся из-за необходимости передвигаться на автомобиле. Мне хочется закрыть глаза и уснуть. Сонливость подступает с новой силой, и я наверняка усну, только коснувшись головой сиденья, но боюсь, что это вызовет недовольство следователя.

Мои глаза открыты, но сознание блуждает где-то далеко. Мозг словно накрыт крышкой, тело медленно раскачивается.

– Эй, ты не спишь? – раздается сбоку.

Возможно, я ненадолго уснул. У организма тоже есть свои пределы. Сонливость и усталость трудно преодолеть только с помощью упорства и концентрации. Я чувствую, как сон медленно подбирается ко мне сзади. Я думаю, что нахожусь на пределе своих возможностей, когда старший следователь подталкивает меня выйти из машины.

Ситуация оказывается хуже, чем я себе представлял. Одна из частей скоростного шоссе – три полосы, ведущие в Токио, – заставлена машинами, формирующими баррикады. Вокруг толпится много людей.

– Спасибо гражданам за сотрудничество, – смеется старший следователь.

– На удивление полезное.

– Объявлена награда тому, кто обеспечит задержание Тюсондзи или сам передаст его полиции.

– Это правда?

– В интернете ходят такие слухи.

– И кто их распространяет? – спрашиваю я. Это все равно что искать источник воды в море. В интернете невозможно точно отследить источник появления информации.

– Говорят, идет война между востоком и западом Токио. Возможно, именно здесь проходит граница между районами.

– Что это значит?

– Это место повышенного напряжения. В любом конфликте напряжение сильнее всего ощущается на границе. Из-за этого люди идут на крайние меры. Увидев фургон, они решают перекрыть дорогу, заставляя все новых людей присоединяться к блокаде. Что-то вроде этого. А ложная информация о награде лишь немного их подстегнула.

Сигнал светофора переключается, и мы выезжаем на встречную полосу. Затем пробираемся сквозь толпу людей, держащих в руках свои пасска, объясняя, что мы сотрудники полицейского управления. Проходим между двумя автомобилями. Несколько офицеров полиции, вооруженные пистолетами, уже находятся на месте. Они направляют оружие на серый фургон.

Старший следователь с щетиной спрашивает у одного из полицейских:

– Как обстановка?

– Мы тоже только приехали, – отвечает тот. – Собралось много людей, которые окружили фургон со всех сторон, чтобы остановить его. Мы велели им отойти назад.

Серый фургон замер без движения – словно дикое животное, неподвижное, но находящееся настороже. Это хищник или травоядное? Остается вероятность яростного сопротивления.

– Есть данные по машине?

– О чем вы?

В ответ на его вопрос я показываю свой пасска с базой данных, доступной сотрудникам следственного отдела. Полученная каждым из агентов информация сохраняется в базе, доступ к которой может получить любой имеющий на это разрешение. В ней нашлись данные о сером фургоне. В базе не было записей об угоне транспортного средства, владельцем которого значился музей в Токио. Другими словами, фургон не принадлежал частному лицу. Однако, как удалось выяснить у сотрудников музея, у них не было никаких данных о нем.

– Какой-то мутный фургон…

– Мутный?

– Возможно, он зарегистрирован какой-то организацией.

Слово «организация» сразу наводит на мысли о преступной группировке.

Всего на месте пятеро сотрудников, включая меня и старшего следователя. Согласно данным пасска о местонахождении других агентов на карте, большинство из них уже направляются к нам.

– Что будем делать? – спрашиваю я.

– Прибегнем к старому доброму способу, – отвечает старший следователь, отступая назад.

Подойдя к припаркованному сзади полицейскому автомобилю, он открывает дверь. Двигатель все еще заведен, но только для того, чтобы обеспечить работу электроники. Достав из салона мегафон, следователь обращается к пассажирам серого фургона перед ним:

– Выходите. Вы окружены, – дважды повторяет он. Затем, выключив мегафон, обращается к полицейскому: – Как долго это продолжается? Блокада, в смысле.

– С тех пор, как мы приехали.

– Около десяти минут? – спрашивает следователь.