Собеседование - Крис Юэн

Ты мне это уже говорил.

Он тогда, конечно, знал, что решение чудовищно. Что это отвратительное, непоправимое зло. Но Доминик настаивал, что времени искать других решений нет. Что они так погрязли в публичной лжи, что правда будет для них смертельным приговором.

Тогда он дал слабину. Он позволил себя убедить. Марка Хардинга нужно было остановить. Навсегда. Насовсем. Убийство одного спрячется за значительностью преступления гораздо более ужасающего.

А теперь? Не дает ли он теперь такую же слабину? Он понимал, что его упрямство по крайней мере отчасти порождено нежеланием признавать реальность. И разве в чем-то ему не хотелось, чтобы Доминик ошибся? Доказать, что из них двоих главный он?

– Ты оттягиваешь неизбежное, Фергюс. Я был прав тогда. Я прав и сейчас.

– Мы подождем, – прокаркал он.

Хотя уже понял, что ожидание будет пыткой. С каждой секундой его сомнения будут расти. Он знал, что скоро они достигнут критической точки.

94

Суббота, 00:01

Стоя на коленях перед шахтой, я задрала голову и посмотрела вверх. Шахта уходила так далеко, что света лампы не хватало. Почти сразу же надо мной нависала безмерная, мрачная пустота.

Я с трудом разглядела двери лифта этажом выше. И люминесцентную пластиковую ручку с обратной стороны. От нее исходило зеленоватое свечение. Быстрый взгляд на открытые мною двери подтвердил, что у них есть такая же. Видимо, она прикреплена к защелке, которая не давала мне открыть двери. Ручка снимала двери с предохранителя.

Еще раз вдохнув стылый воздух шахты, я отодвинулась от проема и оглядела стальные кабели, протянутые по центру шахты. Их было четыре штуки, но ни до одного из четырех я не дотягивалась. Я осмотрела гладкие бетонные плиты, которыми были облицованы стены. Я не видела ни служебной лестницы, ни чего-то похожего, что позволило бы мне спуститься.

Я склонилась над пропастью. У меня подвело живот. Страх встал в горле комом. На обратной стороне дверей этажом ниже тоже была светящаяся ручка.

Я отшатнулась.

В душе поселилась холодная уверенность.

Здесь оставаться я не могла. Симптомы хоть и отступили, но могли вернуться в любой момент. Джоэль сказал мне, что я умру, если не доберусь до больницы. А двадцать минут Марка уже прошли. Если он пришел за мной, то он сейчас с Джоэлем. С Джоэлем, который уже держал Люка под прицелом.

Я повернулась и оглядела офис – узник, созерцающий личный эшафот. Вдалеке, едва различимые, висели перед скалодромом веревки.

95

На сержанте полиции лондонского Сити Кристине Харрис поверх ее темно-синей форменной рубашки с коротким рукавом был надет бронежилет. На голове у нее был котелок с отличающей это подразделение лентой в бело-красную клетку. У жилетки имелось множество кармашков и мешочков. Тем же был оснащен и ремень сержанта. Сейчас в этих кармашках и мешочках лежали среди прочего: жесткие оперативные наручники, раздвижная дубинка, баллончик со слезоточивым газом, электрошокер и служебная рация. Ее коллеги из отряда быстрого реагирования были экипированы огнестрельным оружием, в первую очередь на случай столкновения с террористами. У Харрис оружия не было.

Ожила и затрещала ее рация:

– Диспетчерская.

– Харрис. Говорите.

– Кристина, ты не сделаешь мне одолжение?

Харрис выругалась. Ее напарник, констебль Терри – высокий, нескладный темнокожий мужчина, чья ухмылка ее раздражала, – захихикал сбоку от нее. Они оба узнали диспетчера на том конце – это был Алан Поттс. Однажды после рождественского корпоратива, на котором Харрис перебрала с водкой, она решила по причинам, до сих пор от нее ускользавшим, завершить вечер с Поттсом. Она привела его к себе в квартиру и занялась с ним (предположительно, потому что на самом деле она не помнила) крайне удручающим сексом. С тех самых пор Поттс разговаривал с ней вот так. Всегда Кристина, никогда не Харрис. Смирным, слегка смущенным тоном тихого и, возможно, влюбленного человека, видевшего ее голой.

– Какое одолжение, Поттс?

– Тебе недалеко до Лудгейт-Хилла?

«Разумеется, недалеко», – хотелось огрызнуться Харрис. Ни один из патрульных маршрутов полицейских лондонского Сити не отклонялся далеко от так называемой Квадратной мили – колыбели и традиционного делового центра Лондона.

– Мы идем по Нью-Чейндж.

Она стояла недалеко у входа в дорогой торговый центр, он же по совместительству барно-ресторанный комплекс. Харрис служила в полиции так давно, что еще помнила, как на этом месте стояло величественное здание юридической фирмы.

– Угу. Дело в том, что, э… Господи, как бы это объяснить-то.

Харрис отпустила кнопку на рации и выпрямилась. Ноги потели в ботинках со стальными носами. Сегодня весь день стояла жара, и даже в этот поздний час она чувствовала поднимающееся от тротуара тепло, овевавшее ее руки. До конца смены семь часов. Она хотела домой, в душ, завтрак и в постель.

Терри толкнул ее локтем:

– Как думаешь, это он пытается на свидание тебя позвать?

– Заткнись.

– Кристина? – послышалось в рации.

Она зажала кнопку:

– Сержант Харрис.

– Да, да. Дело в том, что…

– Да боже ты мой. Давай, Поттс, не томи, что там у тебя?

Роковая ошибка. Она немедленно смерила Терри суровым взглядом, чтобы пресечь на корню любую идиотскую попытку пошутить про это. Не помогло, он просиял. Она уже знала, что услышит от сослуживцев, когда вернется в участок.

Давай, Поттс, не томи, что там у тебя? Мне это нужно, Поттс.

– Понимаешь, случилось кое-что необычное. Я принял звонок с факса.

Боже, дай мне сил.

– Повтори, что ты сказал?

– С факса. Это был звонок на телефон экстренной помощи. Но когда я взял трубку, то услышал только… пиликанье. Ну, знаешь, электронные звуки.

– А мы теперь принимаем звонки с факсов?

– Не принимаем, в этом и дело. Такого никогда не было.

– Думаю, это какой-то сбой.

– Я тоже так подумал. – Он помолчал. – Но этот звонок не давал мне покоя. Я пробил номер по системе, и там указано, что звонок шел из Edge Communications. Я попытался перезвонить.

– И?

– Безрезультатно. Соединение не устанавливалось.

– Ну вот, что и требовалось доказать. У них с сетью непорядок.

– Это еще не все. Я проверил записи централизованного учета, и до звонка к нам поступил автоматический сигнал пожарной тревоги из того здания, где находится эта компания. Службу мониторинга уведомили о ложной тревоге, включившейся на тринадцатом этаже. Как раз там офис Edge Communications. Знаю, звучит как ерунда, но все это как-то странно, и я подумал, что если ты не занята…

Харрис бросила взгляд на Терри. И застонала.

– Хочешь, чтобы мы сходили проверить?

– Если тебе не сложно. Буквально