Ночь в замке - Вероника Генри

Как мне убедить Дельфину вернуться? Я посмотрела на ее ссохшееся лицо, на котором, казалось, отпечатались все тревоги мира, потом перевела взгляд на Лилу. Только благодаря этим двоим я смогла пережить недавний уик-энд со всеми его испытаниями. И все прошло без сучка без задоринки – до самого конца, в котором не было нашей вины.

– Дельфина, – сказала я мягко. – Я не могу заставить вас вернуться. Но может, вы могли бы приходить по утрам помогать на кухне? И научить Лилу делать выпечку? И майонез? И конфитюр?

– Да, – кивнула Лилу, стискивая руки. – Я хочу учиться. В моей семье никто не умеет готовить.

Эта мысль наполнила мое сердце надеждой. Мне понравилась идея о том, что Дельфина сможет передать свои знания и умения молодому поколению. А Лилу под ее руководством поймет, в каком направлении хочет двигаться дальше. В моем плане была замечательная симметрия.

Дельфина некоторое время молчала. Потом кивнула.

– Только до Рождества, – сказала она. – Пока Лизмей с Пирсом не вернутся. А там поглядим.

Обратно в шато я ехала с огромным облегчением. Лилу с Дельфиной пообещали выйти в четверг, чтобы начать работу в новом режиме, а это значило, что в среду мы с Фионой были свободны делать что захотим. Едва я вошла в холл, как она бросилась мне навстречу и потащила в салон.

– Ты только посмотри. Ты только посмотри, – повторяла она. – На одном из консольных столиков у стены красовался огромный букетище из темно-красных роз с осенними ветками, на которых алели какие-то ягоды, – куда более роскошный, чем тот, что я купила ко дню рождения Колетт. – Его принес настоящий великан. Сказал, что его зовут Реми.

– Реми?

Я уставилась на цветы.

– Да, – подтвердила она. – Почему ты о нем молчала? Уф!

Она принялась обмахивать лицо ладонью, как будто пытаясь охладиться.

Я молчала о Реми потому, что не хотела вываливать на нее еще и это. Я и так занимала слишком много ее времени разговорами о себе и своих проблемах. Приплетать ко всему еще и мимолетный романчик столетней давности казалось совсем уж глупо. Но теперь, когда его свидетельство во всей красе стояло перед нами, я видела, что ей отчаянно хочется узнать побольше. Я выдавила из себя смущенную улыбку:

– Нам с ним есть что вспомнить.

– Угу. Я догадалась об этом по выражению его лица, когда он упомянул твое имя. В общем, это, – она указала на цветы, – он принес в благодарность за людей, которых ты прислала к нему на винодельню в воскресенье. Похоже, они оставили там больше денег, чем кто-либо оставлял до них.

– О господи! Это очень великодушно с его стороны. Все равно не стоило, честное слово.

– Это был всего лишь предлог, Конни. Он хотел тебя видеть. Это было ясно как божий день. Знала бы ты, как он сник, когда дверь ему открыла я.

Я в этом очень сомневалась. Никто не мог сникнуть при виде Фионы. Сегодня она была с головы до ног во всем кремовом: вязаное мини-платье с узором из кос, длинный шерстяной шарф и светлые замшевые «тимберленды». Она выглядела так, как будто только что сошла со страниц глянцевого журнала о зимней моде и намеревалась затеять игру в снежки.

– Я надеюсь, у вас с ним все уже на мази?

– Нет уж, – отрезала я. – Я не вытяну сейчас никаких отношений. То, что Дэниел ушел от меня к женщине на десять лет старше, не пошло на пользу моей самооценке.

Это было еще слабо сказано. При мысли о том, чтобы подпустить к себе Реми, внутри у меня все сжималось. Я была невозможно далека от той юной гибкой девушки, которую он уложил в постель двадцать с лишним лет назад. А Реми по-прежнему выглядел как атлет. Он ни на йоту не сдал позиций. Я же…

– Конни. – Взгляд Фионы был устремлен на меня. – Ты будешь полной дурой, если хотя бы не сходишь с ним на свидание. Это именно то, что тебе сейчас нужно, чтобы в глазах появился блеск, в походке пружинистость, а на лице улыбка.

– Возможно.

– Если ты не пригласишь его на свидание, это сделаю я.

Я бросила на нее предостерегающий взгляд и лишь потом спохватилась. Эти двое смотрелись бы вместе потрясающе. Фиона, элегантная и излучающая уверенность, и Реми, мощный и атлетичный. При мысли об этом мне стало тошно.

– Да шучу я, шучу, – засмеялась Фиона при виде моего лица. – Я никогда не стала бы пытаться увести его у тебя. Я пока еще жить хочу.

Против воли я тоже рассмеялась. Скрывать свои истинные чувства я не умела никогда.

– И что мне надеть? – сказала я. – У меня ничего нет. Я привезла с собой только рабочую одежду.

Мне не нужно было даже заглядывать в чемодан, чтобы вынести вердикт, что там не найдется ничего подходящего к случаю.

– Мы поедем за покупками, – решительно произнесла Фиона. – В Экс. Нужно тебя приодеть. Но сперва ты должна ему позвонить.

– Я не могу!

– Ну, тогда напиши. Конни, твой порог обивает настоящий бог, который мечтает сводить тебя на свидание. Тебе нужно развеяться. Ты это заслужила. И ты прекрасно со всем справишься. Ты дерзкая, роскошная, сексуальная женщина. Я бы с тобой закрутила, если бы не играла за другую команду.

Она была права. После нескольких лет отвержения, предательства и затворничества, пусть даже последнее было в некоторой степени добровольным, я внезапно почувствовала готовность отбросить всякую осторожность и явить миру себя прежнюю. Ответственность за шато и общение с людьми вернули мне часть моей былой уверенности в себе. И Фиона тоже. Я знала, что она не стала бы подталкивать меня, если бы не считала, что я смогу с этим справиться.

Но самое главное, я не могла врать себе. Мысли о Реми не давали мне покоя с того самого дня, когда я столкнулась с ним в boulangerie. В моменты затишья, когда я давала им волю, они будоражили мое воображение, распаляемые воспоминаниями о той нашей единственной ночи. Он не мог продолжать жить исключительно в моих мыслях. Я должна была понять, есть ли что-то между нами до сих пор, и чувствовала, что у меня хватит на это сил. Ну, как только я придумаю, что надеть… Я засмеялась над собой, отлично понимая, что Реми едва ли обратит особое внимание на то, что на мне будет надето. Но женщины есть женщины. Без модных доспехов мы никуда.

Фиона буравила меня взглядом.