Жертва и другие - Николай Иванович Леонов

— К несчастью, правильно, — проходя во двор, ответил Лев Иванович. — Господина Одывара убили, причем киллера взяли по горячим следам и он во всем сознался. Но, как оказалось спустя всего двадцать четыре часа, мотив убийства был фейком. Так что мы пытаемся найти истинную причину убийства Одывара. А вы кем приходились погибшему?

— Пойдемте в дом, в ногах правды нет, — предложил подполковник. — Я там вам все расскажу.

Гости вошли внутрь. Убранство дома не поражало роскошью, но все здесь было как-то по-домашнему, почти по-женски уютно, что удивляло. Все-таки хозяином являлся мужчина, да еще бывший офицер, а следов пребывания женщины не наблюдалось, в смысле пушистых тапочек, шелковых халатов, заколок, украшений и прочей дамской милой чепухи. Плетеное кресло, старинный комод, шкаф, стол. Кружевные салфетки на столе и такие же шторы на окнах.

— Это не я вязал, — заметив удивленный взгляд Натали, улыбнулся офицер. — Я не настолько одарен. Это баба Нюра, она носит местным холостякам, и не только, молоко и яйца, а за мной установила шефство, как над убогим. Кстати, она сама скоро должна появиться. Замечательный представитель сельской аграрной интеллигенции.

Алексей вышел в сени, занес огромный самовар, налил воды и начал его разжигать.

— Ничего себе! Настоящий русский самовар? — подходя поближе, заинтересовался Стас.

— Самый что ни на есть настоящий, — улыбнулся Царьков. — Этот агрегат объединяет топку, теплообменник и газоход. Он комбинированный, можно и на углях дедовским способом разжечь, а можно и от электричества. Я решил вспомнить предков, кто вас еще таким чаем напоит в ближайшую пятилетку! Но ближе к теме, как говорится. Вы спрашивали, кем я прихожусь… приходился Мехмету. Я некоторое время после увольнения из армии жил в Турции, так получилось. Сначала таксовал, но потом понял, что мне нужен более стабильный и высокий заработок. Связался с земляками, которые эмигрировали в Измир еще в 90-е, вот они и познакомили меня с Мехметом. Он очень любил Россию и русских и считал, что нашим странам нельзя было воевать, что это большая историческая ошибка…

— Даже так? — удивленно приподнял брови Стас.

— Да. В общем, Мехмет предложил мне работу начальника охраны в одном из своих ресторанов. Оклад положил более чем достойный, можно было не только не бедствовать, но и скопить на какой-нибудь небольшой домик на берегу. Так я отработал у него два года, никаких конфликтов у нас с Мехметом не было. И вдруг он вызывает меня к себе и делает предложение, от которого не то что нельзя отказаться… В общем, он попросил помочь.

— Чем? — спросил внимательно слушавший его Гуров.

Стас тем временем рассматривал самовар, а Натали — самого рассказчика. Он явно ей нравился, но это было вполне объяснимо. Алексей Царьков являлся редким обладателем настоящей мужской красоты. Не новомодной, брутальной, а такой, какая была у советских актеров. Темные, почти черные глаза, волевой подбородок, соболиные брови. Дополняли образ настоящего подполковника стать и высокий рост. Гуров сразу заметил химию, которая образовалась между наследницей звенигородского поместья Натали Чоговадзе и его хранителем Алексеем.

— Он предложил мне присматривать за домом в Звенигороде. Оклад положил более чем достойный. Но было одно условие: никого в дом не пускать, пока он жив. Если с ним что-нибудь случится, в наследство вступит его давняя приятельница, почти родня — Натали Чоговадзе, — которая приедет практически сразу после его ухода из этого лучшего из миров. Я согласился. Почему бы и нет? С женой, ради которой я тогда уехал из России, мы уже развелись, она встретила горячего турецкого парня, более богатого и успешного, чем я. Да и не прижился я, если честно, на родине османов. Сын с дочерью остались в Измире, им там хорошо — климат замечательный, да и с работой у обоих сложилось. Современное поколение быстро адаптируется к новым условиям, они в большинстве случаев космополиты. Нет, это не значит, что у них нет ни флага, ни родины, просто они не испытывают извечной иммигрантской русской тоски по Родине.

Пока Алексей говорил, дверь дома открылась и внутрь вошла пожилая женщина. Она напоминала персонажи картин Кустодиева — полная, с круглыми румяными щечками. Несмотря на возраст, через пышное плечо ее была перекинута густая каштановая, без проседи, коса. В руках у гостьи притаилась корзина с молоком в больших стеклянных бутылях и яйцами.

«Вот это раритет! — подумал Гуров. — Не село, а Лукоморье какое-то: самовары на углях, молоко в бутылях, хихикающий, ласкающийся боров. Так и до кота на цепи со сказками в анамнезе недолго».

— Здорово, Алексей, — неожиданно низким голосом поздоровалась женщина. — Ой, у тебя гости? Молочка как раз с яйцами несу, возьми тогда побольше, надо же городских-то гостей твоих нашей натуральной продукцией побаловать.

— Знакомьтесь, баба Нюра, — представил соседку Алексей.

— Ага, Нюра я, — очень по-доброму улыбнулась гостья, поставила корзину со снедью на стол и с любопытством начала разглядывать нагрянувших «городских». До этого к Алексею несколько лет никто не то что не приезжал, в гости-то не приходил. Сам он, бывало, отлучался в город, мужское начало свое брало, не монах же, обет воздержания не давал. А тут сразу трое, и все такие необычные…

Самовар к этому времени уже запыхтел, Алексей быстро собирал на стол. Как из шляпы фокусника, появилась домашняя колбаса, соленые грибочки, черный хлеб, селедка.

— Леша, так давай я картошки горячей принесу из дома, только сварила! А то пока ты почистишь да приготовишь…

— А давай, баба Нюра. Лев Иванович, Станислав, Натали, вы же ночевать останетесь? Темнеет уже, да и поговорить, я думаю, нужно толком. А сегодня по русскому обычаю посидим. Хотите, я баню затоплю?

— А давайте, — не сговариваясь, одновременно ответили Гуров и Крячко.

Алексей так красноречиво посмотрел на Натали, что та смутилась.

— Вы мне выделите отдельную комнату, как девушке? — улыбнувшись, спросила она у Царькова. — Я тогда переоденусь и помогу вам со столом.

— Конечно. Тем более что вам тут жить. Дом-то на вас переписан.

— Да, но в права наследования я вступлю только через полгода, так что в данный момент времени хозяин тут вы.

— Ну тогда на правах хозяина позвольте, я выделю вам лучшие апартаменты на втором этаже. Там есть камин, да и сама комната оформлена в винтажном стиле. Мне почему-то кажется, что вам нравится ретро.

— Вам не кажется, Алексей, — удивленно ответила Натали. — Мне действительно нравится винтаж, причем во всех жанрах, начиная с одежды и заканчивая автомобилями… И с самого детства.

— А мне вообще кажется, что я вас, Наташа,