Дневник убитой женщины - Николай Иванович Леонов

— Когда вы поняли, что девушка психически нездорова?

— Почти сразу. Она вела себя неадекватно, замедленно реагировала на происходящее вокруг, говорила подчас или несуразицу, или вещи, обычные для ребенка, какие не услышишь от взрослого. В целом производила впечатление девочки, которая сутки провела у подружки, а потом вернулась к маме со словами: «Я соскучилась». Понимаете меня? Все ее фразы и действия говорили о том, что она просто соскучилась, а не исстрадалась в тоске по дому. Ужас, что сделали мерзавцы с ребенком!

«Почему во множественном числе?» — заострил внимание Гуров и задал этот вопрос вслух:

— Что наводит вас на мысль, что похитителей было несколько?

— Сама не знаю, в голову пришло… Разве один смог бы справляться с ребенком на протяжении десяти лет? Как мать-одиночка скажу: это непростая задачка, которая требует много времени, сил, денег и нервов. А похитителю требовалось еще и тайну свою хранить от соседей и знакомых, следить за тем, чтобы девочка не сбежала.

— Вот он и не уследил, — упорствовал Гуров из желания выслушать контраргументы собеседницы.

Швецова иронично улыбнулась, показывая всем видом, что ей-то лучше знать.

— Будь по-вашему, — с насмешливой покорностью произнесла она. — Пусть не уследил. Как по мне, так отпустил, потому что время пришло. Ребенок вырос, похитители наигрались со своей игрушкой и решили от нее избавиться. И кто-то из них принял решение отпустить Инну. Второй не согласился.

Какая интересная версия! У «поломойки», как приниженно называет себя Швецова, очень живой и спекулятивный ум, не чуждый дедукции. Крячко уже рассматривал гипотезу о том, что на похищение пошла бездетная пара. Взрослая девушка их не интересовала, поскольку речь идет о психически больных людях, которые чувствовали себя счастливыми, лишь пока растили несовершеннолетнего ребенка. Пара поспорила касательно судьбы своей пленницы. Кто-то более гуманный, наверное жена, заботившаяся о девочке десять лет подряд, выступила против убийства. Муж считал, что от свидетельницы надо непременно избавиться. В этой связи возникает вопрос: имел ли место побег или девушка спокойно ушла из «холодного ведьминого замка», потому что похитительница выпустила Инну, пока муж не видел?

Поразительно то, что Швецова рассуждала и строила умозаключения с мастерством бывалого опера.

— То есть убийство Инны, на ваш взгляд, совершено одним из похитителей? — уточнил Гуров. — А не мог ли это быть грабитель, например? Забрался к вам за ценностями, и девушка его застала.

Полковник намеренно говорил глупость, так как дом по ночам находился под сигнализацией, а она в ночь с 29 на 30 июня не сработала. Вдобавок признаков взлома криминалисты не обнаружили. Почерк убийцы также опровергал шаткую версию с попыткой ограбления. Домушник не станет стягивать с себя ремень, чтобы задушить им свидетельницу. Грабитель, готовый идти на мокрое дело, предпочитает действовать быстрее и проще. Удар по голове или нож более вероятны. Но Гурову хотелось услышать мнение Швецовой.

— Я слышала, что ваши люди подозревают похитителя, — ответила она. — Насчет ограбления могу лишь сказать, что из дома ничего не пропало. Сейф заперт. Маринина шкатулка с побрякушками не тронута. Те ценности, что лежали на виду, остались на своих местах.

Ничто не скроется от зоркого глаза домработницы. Зря Гуров доверился физиогномике и посчитал Виолетту Витальевну блеклой, бесцветной натурой. Наружность этой женщины обманчива.

— В доме есть сейф?

— Да, в рабочем кабинете Марины.

— Вам известно, что внутри?

— Марина однажды открывала его в моем присутствии. Там документы, какая-то сумма наличными и колье. Оно безумно дорогое, поэтому Марина его не держит в шкатулке с остальными цацками.

— Неосторожно открывать сейф при других, — двусмысленно заметил Гуров.

Швецова уловила, куда клонит старший оперуполномоченный, поэтому с улыбкой пояснила:

— Подсматривать комбинацию не имеет смысла, потому что ее недостаточно. Сейф открывается кодом и биометрией по отпечатку большого пальца.

До чего умна и наблюдательна! Достаточно умна и наблюдательна, чтобы досконально изучить дом и привести в этот дом грабителя. Или вступить в сговор с похитителем.

Положа руку на сердце причины заподозрить Виолетту отсутствовали. В голову Гурова вообще не просочилось бы подозрений, если бы не те два зловещих факта, что Швецова впустила дочь Казарновской в дом, а затем первой нашла труп. Нелюбовь к совпадениям побуждала Гурова присмотреться к домработнице получше. Вот только женщина приходит в этот дом убираться уже более десяти лет. Почему она прежде не совершила ничего противозаконного или хотя бы не выдала своих преступных замыслов? И что это за замыслы такие, на реализацию которых потребовалось десятилетие? Абсурд…

— Поражаюсь, как хорошо вы знаете этот дом! Скажите точно, сколько лет вы здесь работаете?

— Одиннадцать. Устроилась в марте две тысячи четырнадцатого. Мне тогда тридцать семь было. Татьяна, кухарка, на тот момент уже четыре года здесь отработала. Какое-то время мне горничная помогала, но это продлилось недолго. Девчонка не выдержала, уволилась.

* * *

Из кухни донесся грохот тысячи половников, водопадом низвергающихся на гранитные скалы из заоблачных высот. Гурова посетило подозрение, что кухарке надоело торчать у плиты одной в полнейшем неведении, и поэтому Сняткова нарочно что-то уронила, стремясь привлечь к себе внимание. Нехитрый трюк сработал, Швецова нахмурилась и покинула комнату проверить, не случилось ли с товаркой обморока или еще чего плохого. Лев Иванович последовал за домработницей.

Посреди кухни и впрямь валялась всевозможная металлическая посуда, какие-то сотейники, ковшики и тому подобная утварь. Стоя на коленях рядом с этой кучей металла, кухарка собирала рассыпавшиеся предметы и тихонько ругалась на кривые руки. Швецова без лишних расспросов принялась помогать подруге, которая пустилась в извинения. Гуров заверил, что повариха его работе несильно помешала, и обратился к женщинам:

— У меня вопрос к вам обеим. Каким было отношение к Инне со стороны жильцов и гостей? Кто и как отреагировал на ее появление?

— Марина была счастлива, — первым делом сообщила Швецова.

Сняткова принялась поддакивать:

— Очень счастлива. Плакала целыми днями от радости. Ночами у дочкиной кровати сидела, смотрела, как Инночка спит. Да все мы были рады до безумия. Поначалу никак поверить не могли…

— Кроме Марины. Она тотчас поверила, что это Инна, — встряла домработница. — А потом и мы увидели, как они общаются, и почувствовали, что Инна действительно к нам вернулась.

— Только Анька вредничала немножко, но в глаза Марине Игоревне ничего не сказала, побоялась, — продолжала увлеченно рассказывать кухарка.

— Это она про Коменчук, — пояснила домработница.

— Ага, про нее, про адвокатшу, — подтвердила Сняткова. — У нас все допытывалась: «Неужели вправду она? Точно похожа? Вы уверены?»

— Работа у нее такая, — задумчиво произнесла Швецова, поднимая с пола последний остававшийся там предмет