Бёрлингтон-сквер, 23 - Дженни Кир

с покупателями, особенно с мужчинами. Иногда они подходили к ее прилавку, чтобы купить перчатки в подарок, и в такие моменты Мерси чувствовала себя крайне неловко. Прежде из мужчин в ее жизни были только родственники и сезонные работники, и, если честно, разговоры с ними сводились к обсуждению еды и тому, свободна ли уборная. В последние же годы за каждым ее шагом следили, и она почти не общалась с кем-либо за пределами фермы.

Отношения с Гилбертом тоже не складывались. Парня явно не радовало, что Агнес наняла ее в помощницы, и он настаивал, что будет сам забирать с кухни подносы. Поначалу Мерси думала, что причина в застенчивости, которой она и сама страдала, но на второй неделе ее пребывания на Бёрлингтон-сквер обитатель мансарды повел себя на удивление уверенно.

Дело было так. В кухне, где как раз находились она и Гилберт, появился жилец из подвала, чтобы в очередной раз объяснить Агнес, почему он не может вовремя внести арендную плату.

– У нас опять туго с деньгами, на этой неделе не получится заплатить за комнаты. Может, вы войдете в положение, возьмете чуть меньше или дадите отсрочку? Вы же не хотите, чтобы детишки остались без куска хлеба…

– Ну, я не… – начала Агнес.

– Нет уж, любезный, извольте заплатить сполна, – заявил Гилберт, небрежно облокотившись о дверной косяк, вертя в пальцах сигарету и даже не поднимая взгляда. – Мисс Хамфрис, добрая душа, и так берет за аренду слишком мало. Если это жилье вам не по карману, ищите комнаты подешевле. А она без труда найдет вместо вас подходящих квартирантов.

– Не лезь не в свое дело! – грубо осадил его Николас. – Ты ничего не знаешь о нашей ситуации. Времена нынче тяжелые – для некоторых из нас, во всяком случае.

– Не настолько тяжелые, если ты можешь позволить себе заглядывать в «Безумный Шляпник». Я не раз там тебя видел. Если туго с деньгами, сиди дома и пей чай.

Взгляд, который мистер Смит метнул в Гилберта, был убийственным, но парень, похоже, нимало не смутился. Вероятно, только стеснительные двадцатисемилетние вдовы могли довести его до нервной дрожи. Неплательщик с мрачной гримасой вышел из кухни.

– Но я не хочу, чтобы малышки остались без куска хлеба, – прошептала Агнес, когда за ним захлопнулась дверь.

– Не останутся. – Гилберт выпрямился, сунул сигарету за ухо и схватил свой поднос. – Я об этом позабочусь.

– Задержитесь ненадолго, Гилберт, – попросила хозяйка. – Вам все равно спешить некуда. А милая Мерси лишь недавно приехала в Лондон, к тому же она примерно вашего возраста. Может, вы покажете ей местные достопримечательности? Уделите нам несколько минут, чтобы посидеть за столом и поговорить о том о сем? Я поставлю чайник, и мы выпьем по чашечке чая…

– Извините, но я занят, – буркнул молодой человек.

Кончики его ушей стали свекольно-красными. Он поспешно удалился, кивнув на прощание Мерси. У нее по рукам побежали мурашки, и она уставилась на яйца, которые взбивала для мистера Горски. Гилберт ушел из-за нее, в этом она не сомневалась, хотя и не понимала, почему он вдруг так странно отреагировал. Вероятно, из-за неуклюжей попытки Агнес свести их.

Как бы неловко ни чувствовала себя Мерси, однако она не сердилась на мисс Хамфрис, понимая, что хозяйка действует из лучших побуждений.

После нескольких дней подобных намеков, становившихся все более прямыми и недвусмысленными, Гилберт решил, что легче перехватить Мерси у лестницы в мансарду, вдали от всевидящего ока Агнес, чем терпеть на кухне унижения. И разрешил ей носить ему подносы с едой.

– Э-э-э… не согласились бы вы мне попозировать? – спросил он однажды вечером, когда она протянула ему тарелку горячих макарон с сыром.

– Ни за что, – возмутилась Мерси и даже немного испугалась. – Только этого еще не хватало!

Что он там делает в своей мансарде? И зачем ему могла понадобиться ее фотография?

– Прошу прощения, видимо, я неудачно выразился… Это вовсе не то, что вы подумали. Я заплачу вам. – Гилберт поморщился и схватился за лоб. – Господи, так еще хуже звучит. Забудьте мои слова, миссис Мейвезер. Мне очень жаль, что так получилось.

Мерси кивнула в ответ и поспешила вниз по лестнице, а вдогонку ей донеслось еще одно «простите».

И все же, заметила она с некоторой иронией, Гилберт научился разговаривать с ней полными предложениями.

52

Когда долгий рабочий день в «Пембертоне» наконец закончился и Мерси собралась домой, мисс Коупли снова отвела ее в сторону, чтобы пожурить за излишнюю скованность.

– Нынче перчатки уже не продаются так хорошо, как прежде, и мы не можем позволить себе терять покупателей из-за того, что вы недостаточно любезны. Людям нужны ваши советы, – подчеркнула начальница. – Вы должны подсказать им, какие именно перчатки следует купить. Разумеется, отдавая предпочтение наиболее дорогим моделям…

Мерси не привыкла к тому, чтобы кто-то интересовался ее мнением, и не чувствовала себя вправе его высказывать, но поняла: если хочешь сохранить работу, придется постараться. Она пыталась быть смелее и даже сделала над собой усилие, поддержав во время обеденного перерыва разговор с коллегами. Те пригласили ее сходить с ними в выходные в кинотеатр, и Мерси согласилась: после беседы с Агнес она решила, что должна приобрести в Лондоне побольше ярких впечатлений. Возможно, именно эти теплые воспоминания поддержат ее дух в будущие одинокие годы.

Свернув за угол к Бёрлингтон-сквер и радуясь предстоящему тихому вечеру, Мерси узнала ослепительную юную леди, неделю назад устроившую ночью переполох в доме. Племянница мисс Хамфрис сидела на каменных ступенях, элегантно вытянув длинные ноги.

– Ах, дорогая! – воскликнула Клара, когда Мерси подошла ближе. – Я сижу тут уже целую вечность. Никто не открывает, а я буквально умираю от жажды, так хочется чая.

– Ваша тетя, вероятно, вышла за покупками. Уверена, она скоро вернется. Я – Мерси Мейвезер, – представилась жиличка, протянув руку.

– Ясно, та самая вдова, – откликнулась Клара, закуривая сигарету так, что это выглядело верхом изящества. Она выпустила из алых губ тонкую струйку пьянящего дыма, и Мерси чуть было не спросила, нельзя ли и ей тоже попробовать. – Работаете в универмаге? – (Мерси кивнула.) – Когда вы появились посреди ночи вместе с тем гробовщиком, я подумала, что вы его подружка. Прошу прощения, но вы стояли рядом, и я предположила…

Мерси пришлось не по душе пренебрежительное слово «подружка», и еще меньше ей понравилась злая насмешка над Гилбертом, но она не стала высказывать свое недовольство вслух. А лишь промолвила:

– Я впущу вас. Сейчас, ключ где-то здесь… – Она повозилась с застежкой сумочки из крокодиловой кожи.

– Посидите со мной пару минут, – попросила Клара, похлопав по ступеньке. – Мне нужно с кем-нибудь поговорить.