Ведьма из Кингспорта - Рональд Малфи

На секунду я не мог осознать, где нахожусь и кто передо мной. Мне показалось, что я все еще сплю и вижу сон. С губ сорвался удивленный возглас.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

Я откашлялся и наконец заговорил:

– Ребекка, что…

– Почему ты соврал мне? Почему не сказал, куда поехал на самом деле?

– Мне нужно было… кое-что сделать… – Я начал заикаться, и пришлось прочистить горло, чтобы продолжить. – Мой друг попал в беду. Я здесь, чтобы ему помочь.

– И ты решил, что мне об этом знать не обязательно? – Ее зеленые глаза горели бледным огнем. За спиной Ребекки я увидел арендованную машину на подъездной дорожке. Я все еще пытался осмыслить происходящее. – Мы же договорились никогда друг другу не врать, Эндрю! Никогда.

– Я помню… – Язык будто онемел, и я с трудом мог говорить. – Но… как ты узнала, что я здесь?

Зеленые кошачьи глаза чуть сузились. Она хлопнула рукой по своему выпирающему животу, обтянутому белым хлопчатобумажным платьем, и этот жест почему-то заставил меня почувствовать себя чужаком, проникнувшим в ее личное пространство.

– Мне позвонила мама.

– Ты с ней пять лет не разговаривала!

– Именно. Ни слова за пять лет. Она даже не знала, где я жила все это время. Не знала, куда я уехала. Не знала о том, что мы с тобой создали. Ведь мы оба пообещали друг другу оставить прошлое позади! – Ее голос дрогнул. – Но телефон зазвонил – и вот я здесь.

– Ребекка…

– Она сказала, что видела тебя в Кингспорте. Я не поверила, но она предложила мне приехать и убедиться. И вот я приехала – и убеждаюсь…

Я продолжал трясти головой, отчаянно пытаясь очнуться от этого кошмара.

– Бек, пожалуйста, зайди внутрь…

– Она сказала мне еще кое-что, – продолжила она. – Ответишь честно? Или снова будешь мне врать?

– Дорогая, пожалуйста…

– Она сказала, что ты и твои друзья убили моего брата.

– Ребек…

– Это правда?

– Конечно нет! Конечно…

– Ты снова лжешь или говоришь мне правду?

Я потянулся к жене, но она сделала шаг назад. По какой-то причине я почувствовал, что не могу переступить через порог.

– Ты скрыл от меня, что приедешь сюда. – Ребекка посмотрела на мою руку – на палец без обручального кольца. – Как я понимаю, скрыл от друзей, что мы женаты? Секреты от них, секреты от меня… Неужели нет конца твоим секретам? Неужели нет конца твоему обману?

– Да твоя мать сумасшедшая! – Я снова потянулся к жене, и опять она сделала шаг назад. – Ты же сама так говорила! Она постоянно что-то придумывает, чтобы ты бросила меня и вернулась домой… Клянусь богом, Ребекка!

– Нет, – спокойным голосом перебила меня она. Жутко спокойным. – Не надо, Эндрю. Прекрати.

– Послушай, Бек, это я. Это…

– Хватит! – Она подняла руку. Ребекка казалась спокойной, но я видел, как на ее глаза наворачиваются слезы. – Замолчи…

– Пожалуйста, зайди в дом!

Казалось, она на мгновение задумалась. Но потом покачала головой. Слезинка скатилась по ее лицу.

– Нет. Не сейчас. Мне нужно быть подальше от тебя.

– Не уходи. Пожалуйста…

– Мне нужно быть подальше от тебя прямо сейчас, – повторила она, спустилась по ступенькам крыльца и села в свою арендованную машину.

Я словно вышел из транса – почувствовал, что могу перешагнуть через порог и выйти на крыльцо. Торопливо спустился по ступенькам и бросился вслед за ее машиной, выезжавшей на улицу.

– Ребекка! Ребекка!

Я бежал за ней… и остановился только тогда, когда босые ноги стали кровоточить, а легкие – гореть.

И тайная его любовь… знак гибели твоей.

Часть четвертая

Проклятье Кингспорта

Двадцать семь

2017 год

Может быть, это история о любви.

Шесть лет назад, осенью 2017 года, мне позвонил человек по имени Лютер Фиск и сообщил о кончине моего отца. Даже у адвокатов есть юристы, и Фиск был адвокатом моего отца на протяжении многих лет. В то время я работал общественным защитником на Манхэттене, и мне пришлось опустошить свой сберегательный счет, чтобы купить билет на поезд в оба конца от Пенн-Стейшн до Балтимора, а затем арендовать машину для этой безрадостной полуторачасовой поездки в Кингспорт.

Была поздняя осень, листья облетали. Переехав по мосту через залив на Восточный берег, я увидел, что кукурузу и пшеницу с полей уже собрали. Вдоль пятидесятого шоссе продавали яблоки, клубнику и кувшины с сидром; рядом с товарами стояли расписанные вручную рекламные щиты, привлекавшие покупателей. За закопченными стеклами окон гадалок и экстрасенсов горели неоновые вывески; на редкие заправочные станции, похожие на лунные базы на этих огромных пустых полях, никто не заезжал с последних дней лета.

С Фиском – привередливым, угрюмым человеком – я встретился в его офисе в Квинстауне. В детстве я видел его (он приходил в домашний офис отца), но не помню, чтобы мы с ним когда-либо общались.

Как и положено, он вручил мне пачку документов на подпись, не проронив ни слова, а затем на удивление долго выбирал, какую из ручек, стоявших в керамической подставке, мне предложить.

– Дом, конечно, ваш, – сказал Фиск. – Долгов на нем нет. Я взял на себя смелость узнать имя солидного агента по продаже недвижимости в вашем районе – на случай, если захотите его продать. Есть еще сберегательный счет в «Ферст Нэшнл», но сумма там небольшая. Все это указано в документах.

– Как он умер? – Я не спрашивал об этом Фиска, когда мы говорили по телефону, потому что был потрясен известием о смерти отца – просто выслушал его и согласился приехать, чтобы все уладить; потом вышел на пожарную лестницу и закурил, чувствуя, как по щекам катятся слезы.

– Сердечный приступ, – Фиск опустился в кресло из бордовой кожи, украшенной латунными гвоздиками. Ножки кресла застонали.

– Его нашли в доме? – Я представил тело отца, лежавшее на кухне несколько дней, пока наконец кто-то не обнаружил труп.

– Он вышел на прогулку. Его заметил один из водителей, проезжавших по шоссе… Еще раз примите мои соболезнования, мистер Лаример.

Я не помнил, выражал ли он свои соболезнования до этого, но кивнул, ничего не сказав по этому поводу. Текст на документе, лежащем у меня на коленях, расплывался.

– Последний год он каждый день гулял, – сказал я скорее себе, чем Фиску. – К старости он немного прибавил в весе, поэтому пытался оставаться в форме, вести здоровый образ жизни. Иронично, да?

– Я попрошу Линду помочь вам с организацией похорон.

– Спасибо.

Он наклонился вперед