Шпионское грузило - Лен Дейтон

признавать, не было и следов хотя бы минимального комфорта. Даже электрочайник не работал. Просто позор, что Никки оказалась столь непреклонной. Вот уж где необходима была женская рука.

Брет нагнулся проверить, поступает ли по системе отопления горячий воздух. Он включил отопление сразу же по прибытии, но в комнате пока так и стоял запах плесени. Нет, он решительно должен привести тут все в порядок. По этому поводу он свяжется с адвокатом. Он открыл комод проверить, не осталось ли в нем бутылок.

— У нас есть тут виски.

— Не суетитесь, Брет. Мы должны кое-что обговорить с глазу на глаз. Тут идеальные условия. Нет, выпить мне не хочется. Моя новость заключается в том, что Штиннес летит сюда из Мехико вместе с молодым Бернардом Сэмсоном. Я думаю, мы своего добились.

— Хорошие новости, сэр. — Он посмотрел вниз, чтобы не наступить на разлегшегося на полу черного лабрадора ГД. Чего ради старик притащил это дряхлое и вонючее создание в маленькую комнатку?

— Это будет ваше шоу, Брет. Пусть Сэмсон ведет разговоры с ним, но держите под неослабным контролем весь ход событий. Мы должны развернуть Штиннеса и отправить его обратно.

— Да, сэр.

— Но мне кажется, Брет… — Он сделал паузу. — Хотя мне бы не хотелось вмешиваться. Это ваше шоу. Полностью ваше.

— Прошу вас, продолжайте, сэр. — Брет стряхнул пыль с обивки кресла и осторожно сел в него. Он не хотел пачкать костюм.

ГД откинулся назад, скрестив ноги и не обращая внимания на убогость обстановки. Тусклый зимний свет пробивался сквозь пыльные стекла, но и его было достаточно, чтобы обрисовать сухой профиль старика и бликами отражаться в полированных носках его туфель.

— Стоит ли прихватить за шиворот этого проклятого типа — Мартина Прайс-Хьюджа?

— Того коммуниста? Хм-м-м.

У Брета был слишком спокойный тон, который никоим образом не устраивал ГД.

— Та маленькая дешевка, которая обеспечивает связь между миссис Сэмсон и бандитами из КГБ, — подчеркнул он. — Стоит ли брать его? Только не говорите, что у вас нет никаких соображений по этому поводу.

— Я как раз размышляю, — сказал Брет сдавленным голосом, поскольку считал, что не заслуживает упреков.

— Вы выступали против того, чтобы мы его взяли сразу же после ухода миссис Сэмсон. Но сколько еще нам, по вашему мнению, ждать?

— Видите ли, сэр… — начал было Брет.

ГД прервал его.

— Теперь, когда этот парень — Штиннес — прибывает сюда, мы должны определить, до какой степени мы можем позволить Москве устанавливать связь со Штиннесом и Прайс-Хьюджем. Если Штиннесу предстоит отправляться обратно, мы не должны создавать у них впечатление, будто это он предал Прайс-Хьюджа, не так ли?

— Нет, сэр, не должны.

— Ради Бога, человече! Выдавайте, что у вас там на уме! Что вы предполагаете делать? Должны ли мы взять Прайс-Хьюджа и начать поджаривать его? Это вам решать. Вы знаете, что я предпочитаю не вмешиваться.

— Вы всегда отличались тактичностью, — вежливо сказал Брет, хотя на самом деле зримо прикидывал, с каким бы удовольствием он спустил ГД по узкой скрипучей лестнице и понаблюдал бы, как он шлепнется на грязный пол гаража.

— Пытаюсь, — сказал ГД, которому несколько польстил униженный тон Брета.

— Но тут приходится мерить иными масштабами. И мне бы не хотелось докучать вам…

— Можете докучать, — приказал сэр Генри.

— Летом 1978 года… — Брет сделал паузу, прикидывая, сколько он может выложить и в каком виде. — …У миссис Сэмсон установились определенные отношения с доктором Гарри Кеннеди.

Когда Брет сделал еще одну паузу, ГД спросил:

— Установились определенные отношения? Что, черт побери, это значит? Я не собираюсь подавать на вас в суд за диффамацию, Брет. Только, ради Бога, уточните, что вы имеете в виду. Выкладывайте.

— Я имею в виду, — медленно и осторожно произнес Брет, — что с того времени и вплоть до ее переброски она находилась в любовных отношениях с этим человеком.

— О Господи! — с нескрываемым удивлением, от которого он едва не поперхнулся, выдохнул ГД. — Миссис Сэмсон? Вы полностью уверены, Брет? — Он подождал, пока Брет кивнул. — Боже мой. — Черный лабрадор, почувствовав, что его хозяин расстроен, поднялся на ноги и встряхнулся. Теперь поднялось облако пыли от собачьей шкуры: Брет видел, как в потоке теплого воздуха от калорифера взметнулась моль.

Брет успел уткнуться носом в платок, прежде чем чихнуть. Оправившись, он снова приложил его к лицу и сказал:

— Я совершенно уверен, сэр Генри, но это еще не все. Когда я стал копаться в прошлом этого Кеннеди, выяснилось, что еще во время учебы в медицинском колледже он был членом партии.

— Членом партии? Членом коммунистической партии? Этот парень, с которым она сошлась? Неужто я схожу с ума? — Он заерзал в кресле, словно пытаясь подняться с него, и пес гневно уставился на Брета.

— Я понимаю вашу озабоченность, сэр, — сказал Брет с явным американским акцентом, который мог пускать в ход в случае необходимости. — Кеннеди — канадец. Его отец был выходцем с Украины с такой фамилией, которую просто невозможно было напечатать на машинке с английским шрифтом, и поэтому он стал Кеннеди.

— Мне не нравится, как все это пахнет, Брет. Неужели мы на самом деле столкнулись с русским, который подделал канадское свидетельство о рождении? С таким нам уже не раз приходилось иметь дело, не так ли?

— В Оттаве Канадская королевская конная полиция ничего не имеет против него. Служил в авиации, великолепный послужной список. Медицинский колледж, курсы усовершенствования и все такое. Единственное, что можно как-то вменить ему в вину: бывшая жена неустанно преследовала его из-за алиментов. И никакой политической активности, разве что в колледже несколько раз участвовал в партийных собраниях. — Брет остановился. Тот факт, что этого парня тоже доставали из-за алиментов, невольно вызвал у Брета симпатию к нему.

— Только не оставляйте это на волю случая, Брет. Иначе вы не решились бы сообщить мне, что у миссис Сэмсон… — Голос у ГД прервался и сошел на нет, когда он отчетливо увидел все чудовищные осложнения, которые могут последовать за сомнениями в надежности и преданности Фионы Сэмсон.

— Нет, на этот счет можете не беспокоиться, сэр Генри. В сущности, к ним обоим нет никаких претензий, они чисты. У меня нет ровно никаких доказательств, что доктор Кеннеди проявлял активность некоего рода — и вообще никакой — в то время, когда он виделся с миссис Сэмсон, и после этого.

— Откуда вы это знаете?

— Я не спускал с него глаз.

— Вы лично?

— Конечно нет, сэр Генри. У меня был человек, который следил за ним.

— Человек? Что это значит? Кто-то из