Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

вот, дочка моего знакомого – его фамилия Ёсидзуми – вместе с ребенком уехала в эту самую «Школу будущего», и с тех пор от них ни слуху ни духу. Но он уверен, что в тот момент, когда выкопали останки, они как раз проживали на территории школы в Сидзуоке.

– Ясно, – наконец сказала Норико.

– Он переживает, что скелет мог принадлежать его внучке. Судя по новостям, возраст и время обнаружения останков совпадают. А виделся он с ней в последний раз, когда она была еще совсем маленькой.

Норико все еще не могла выдавить из себя ничего внятного.

Она снова вспомнила летние каникулы своего детства. Время, проведенное там, живших в «Школе» детей. Тогда она вообще не задумывалась о том, кто их родители и из какой среды происходят. Но, конечно, имелись у них и бабушки с дедушками. Все они жили у Подножия.

С того дня, как по телевизору объявили о том, что был обнаружен скелет, прошел уже месяц. Личность погибшей все еще не установили, но всплыли кое-какие новые подробности.

Останки пролежали в земле около тридцати лет. Жертве было от девяти до двенадцати – скорее всего, она ходила в начальную школу.

Норико в этом году сорок.

Она ездила в лагерь с десяти до двенадцати. Это совпадение ее буквально шокировало, но каждый раз, когда ее мысли возвращались к детям, которых она там повстречала, Норико тут же себя одергивала.

Не может быть, чтобы это оказался кто-то из тех, кого она знала. Это, разумеется, какой-то неизвестный ей ребенок. А то, что она подозревает, будто это Мика, всего лишь игра ее воображения.

– Но почему именно я? – на мгновение Норико не смогла сдержать чувств.

Она с удивлением отметила, что в обычной ситуации никогда не позволила бы себе сказать такое на работе. Норико перехватила трубку и услышала беззаботный ответ Араи:

– Вы так ловко уговорили тех верующих в нашей с женой истории с ее младшим братом, и дело закончилось миром. Когда Ёсидзуми мне обо всем рассказал, я сразу вспомнил об этом. Мы поговорили, и он попросил меня познакомить его с вами.

– Да нет, я…

В том деле с младшим братом жены Араи Норико действовала в полной уверенности, что основной вопрос тут – дележ наследства. То, что он состоял в религиозной организации, лишь дополнительно усложняло ситуацию.

Установить, где находится младший брат, о котором не было известно ничего, кроме его присоединения к «Обществу колеса», не составило большого труда. Они сообщили это при первом же обращении, а в дальнейшем после первой встречи с их представителем, на которой обсуждалось, готов ли брат контактировать с адвокатом супругов Арая, Норико общалась с ним напрямую, и вопросы, которые они поднимали, были исключительно личными и никак не задействовали организацию. Наоборот, ей даже показалось, что ему не хотелось, чтобы они имели к этому хоть какое-то отношение. Процесс еще был в самом разгаре, когда их юрист и представители перестали появляться на встречах, а брат госпожи Арая в итоге был настроен скорее окончательно порвать контакты с семьей, нежели бороться за наследство.

До этого случая Норико казалось, будто религиозные группы только и стремятся заполучить все денежки последователей.

После беседы с братом супруги Араи Норико ожидала, что «Общество колеса» что-нибудь предпримет. Но они так ничего и не сказали, и дело о наследстве благополучно разрешилось.

В ходе переговоров она выяснила, что учение «Общества колеса» включало следующий пункт – верующие должны полностью отказаться от мирских желаний и денег. Неизвестно, насколько точно они следовали этому указанию, но, возможно, брат госпожи Арая отказался от наследства именно из этих убеждений.

Норико навещала его в жилом комплексе «Общества колеса», старом здании с потрескавшимися стенами, и, когда он уже уходил, она глядела ему вслед не в силах вымолвить ни слова. До самого конца супруги Арая так и не пожелали встретиться с ним лично.

– Тогда я лишь немного помогла вам, только и всего. Да и не то чтобы «Общество колеса» было настолько замешано в том деле.

– Все равно у вас обоих, получается, есть опыт взаимодействия с подобными организациями. Ну что, встретитесь с Ёсидзуми? Я вас представлю.

– Погодите-ка… – произнесла Норико.

Ни контора Ямагами, ни Норико в частности на этом не специализировались. У каждой юридической фирмы есть своя определенная сфера интересов. Некоторые занимаются новыми религиозными течениями, и частенько берутся за дела, связанные с уходом родственников в секты или требованиями вернуть имущество, пожертвованное на нужды таких сообществ.

Честно говоря, даже в случае с семейством Арая ей пришлось проконсультироваться с коллегами, которые разбирались в этих вопросах. Не то чтобы у нее совсем не было на примете подходящих специалистов.

Нужно предложить господину Ёсидзуми другие варианты и отправить его туда…

Так она решила в ту секунду. Именно это пришло ей в голову.

– Поняла, – почему-то вдруг вырвалось у нее вместо этого. – Я вас поняла. Дайте ему мои контакты.

* * *

Супруги Ёсидзуми, ожидавшие в приемной, оказались небольшого роста.

Чем-то они напоминали маленьких птичек, рисовок или канареек, сложивших крылышки и тесно прильнувших друг к другу на насесте. Оба седые, он – в белой рубашке, она – в белой блузке, и это делало их еще больше похожими на птиц.

Таканобу и Киёко Ёсидзуми. Восемьдесят семь и восемьдесят пять лет.

– Я с самого начала говорил, что от места, в названии которого есть слово «будущее», ничего хорошего не жди, – сказал Таканобу.

Норико с Ямагами молча его слушали.

Таканобу, в очках с толстыми стеклами и темной оправой, со слуховым аппаратом, несмотря на преклонный возраст, выглядел весьма опрятно – эдакий бывший сотрудник престижной торговой компании, все еще не утративший лоска. Незадолго до ухода на пенсию он обратился в строительную фирму Араи, чтобы те помогли ему привести в порядок дом, – так они и сдружились.

Сидевшая рядом Киёко, его жена, тоже ни в чем не уступала Таканобу. До самого порога их офиса она прикрывалась от солнца зонтиком в цветочек, но стоило ей сесть, как она церемонно извинилась и, пока несли чай, изящным движением сложила его и убрала в сумку. Теперь, немного склонив голову и сжимая ручку сумки, она внимательно слушала, что говорит муж.

– «Будущее» – такое пафосное слово. Люди и учреждения, которые не просто используют его в наименованиях, но и делают вид, будто могут кого-то чему-то научить, не вызывают у меня доверия. Когда я сказал Ясуми, что «Школой будущего» могут позволить себе называться лишь компании по разработке экологически чистых источников энергии