Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

А ребенок продолжал расти и готовиться к встрече с большим миром.

Не волнуйся, утешала я себя. Мы будем семьей – мать, отец и ребенок. Картина полного счастья. Твое дыхание успокоит отца, вместе мы научимся любить тебя и себя.

Еще несколько недель, и вот я уже в конце третьего месяца.

– Ты поправилась, дорогая, или это мне показалось? – спросил Шука однажды вечером.

– Почему ты спрашиваешь? – вздрогнула я.

– Не знаю. Что-то в тебе изменилось. Ты какая-то… Все в порядке?

В полнейшем. Более того, во мне родилась надежда.

– Слишком много вафелек ешь, – добродушно шлепнул меня по попе Шука.

Мне надо было хорошенько продумать, как сообщить ему эту новость так, чтобы не рассердить его. Не разгневать. Ведь он уже объяснял мне, что сейчас не годится заводить ребенка, что наша жизнь прекрасна и без него, что мы живем не в том мире, где можно нормально воспитывать детей, и вообще дети – это обуза.

Поначалу я думала привлечь на свою сторону Шукину мать, мечтавшую понянчить внуков, да та всегда принимала сторону сына и даже в этом случае не осмелится ему перечить. Его отец предпочитал никогда не выражать собственного мнения, чтобы избежать бури. Что же касается Зои, она и так всегда была для Шуки как красная тряпка для быка.

Я начала поиск в интернете. Каких идей там только не обнаруживалось! Кто-то предлагал поехать с мужем в Париж и там, в самом романтическом городе мира, поведать ему о том, что скоро нас посетит аист. Кто-то настаивал на Дубае. Кто-то советовал нанять певцов…

Я остановилась на пикнике. Просто, доступно и Шуке нравится.

Соломенная корзинка, подстилка, белое вино, сыр, немного фруктов и… Знаешь, Шука…

Шука выглядел довольным. Раскрасневшись от выпитого вина, он прилег на подстилку, привлек меня к себе и даже принялся мурлыкать какую-то мелодию. Хороший знак.

«Шука, – вертелись в моей голове, прокрученные, наверное, уже тысячу раз слова, – любимый мой, светоч души моей, я хочу сказать тебе нечто замечательное…»

И я произнесла эти слова вслух.

– Что ты сказала?

– Я в конце третьего месяца.

– Ну и что? Разве ты не этого хотела?

– Конечно, хотела. Я хочу, чтобы мы стали настоящей семьей. Ты только подумай, какой замечательный у нас будет ребенок. Твой и…

– Хватит. – Лицо Шуки исказилось.

Подожди, дай ему время переварить новость, успокаивала я себя.

– Третий месяц, говоришь?

– Конец третьего. Осталось еще шесть, Шакшук, – провела я рукой по его волосам.

Мне казалось, что дела обстоят не так плохо. Шука не закричал, не рассердился, задал вопрос и замолчал. Собирается с мыслями?

– Я чувствую себя прекрасно. Даже тошноты нет.

Никакой реакции.

– Хочешь еще вина?

Отказался.

– Может, сэндвич? Есть один с тунцом и еще один…

– Пошли, – буркнул Шука и принялся быстро складывать оставшуюся еду в корзинку.

Свернув подстилку, мы направились к машине. Шука чуть не бежал впереди, а я едва поспевала за ним.

Плохо дело, подсказывало мне сердце.

– Так, значит, все это угощение, весь этот «светоч души» ты приготовила лишь для того, чтобы сообщить мне, что завела себе ребенка?

– Нам, Шука, нам.

– Ты уверена, что он от меня?

– Конечно, любовь моя. Твой и мой. Наш.

– Откуда ты знаешь?

– Шука, у меня нет мужчины, кроме тебя. Ты ведь знаешь, как я верна тебе.

– Не притворяйся. Не понимаю, как ты могла забеременеть от меня?

– Но ведь мы занимаемся сексом…

– Ты же сказала, что принимаешь таблетки.

– Иногда даже с таблетками…

– Не морочь мне голову. Ты разве забыла, что я врач?

Я промолчала. Не стала говорить ему, что именно гинеколог объяснила мне, что такое может случиться, что я ничего не планировала, но теперь… По его лицу было видно, что мы приближаемся к грани, за которой каждое слово могло разбудить в нем чудовище.

Он успокоится, подбадривала я себя. Поразмыслив, свыкнется с этой мыслью. Ведь он сам сказал в начале нашего пути, что хочет создать семью.

– Кому ты уже успела рассказать?

– Только тебе, Шука. Вот будет здорово, если он будет похож на тебя. Ты станешь… – начала я и тут же смолкла.

Следующее слово, которое я должна была произнести, – отец – наводило на Шуку страх, вызывало в нем отвращение, а ведь я хотела, чтобы все прошло спокойно. По своей наивности я думала, что время будет работать в мою пользу и что в конце концов он тоже станет счастлив.

Зайдя в дом, я закрылась в ванной. Пусть он переведет дух, посидит в садике, может, даже немного вздремнет…

– Где ты? – услышала я его шаги в спальне, но промолчала. – Рут! – Я попыталась уловить оттенок его голоса. Радуется, намекает, гневается? – Рут, мне надо… Где ты?

– Что ты думаешь о том, чтобы сообщить твоей маме? – предложила я. – Вот она обрадуется!

Шука продолжал ходить из комнаты в комнату.

– Ну что ты там, собираешься выходить? – пнул он ногой дверь ванной. Сердится?

– Они так мечтают о внуке, – продолжала я. – Всего две недели назад она…

– Ну, открой уже, пожалуйста… Мне нужно…

Хороший знак или плохой? Я совсем запуталась.

– Сейчас, – произнесла я, нажимая на кнопку слива.

Все будет хорошо, прошептала я отражающейся в зеркале женщине. Первые дни будет трудно, а потом он привыкнет. Что поделать, если так случилось. Не бойся, малыш мой, все будет хорошо.

– Ну что, ты выходишь?

Заводится или, напротив, успокаивается? Где он?

Нанеся на лицо немного макияжа, я сбрызнула себя его любимыми духами, глубоко вдохнула, натянула на лицо улыбку и вышла.

– Есть хочешь? У меня в холодильнике такая вкусная запеканка… – начала я и осеклась. Передо мной стоял Шука, которого я еще никогда не видела. На его лице было написано все.

– Сука, – процедил он сквозь зубы. – Что ты со мной сделала?

– Давай сядем и…

– Ты думала, что сумеешь одурачить меня? Пикник-шмикник…

– Нет, вовсе нет, но…

– С кем ты трахалась?

– Шука, я не…

Лицо Шуки побагровело, глаза бешено сверкали, кулаки сжались. Чудовище пробудилось и вот-вот вырвется наружу.

Я стояла перед ним, не подавая вида, что до смерти напугана, чтобы выиграть время. И когда он на минуту отвернулся, помчалась в спальню. Только бы добраться туда прежде, чем он меня схватит. Но Шука оказался проворнее меня.

– Корова брюхатая, сука драная! – пена срывалась с его губ.

Включи разум, сказала я себе.

– Шука, родной мой, успокойся, давай поговорим… – умоляла я, пытаясь сдержать его гнев, но чудовище уже