Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

Возьми все мои деньги и убирайся. Все равно у меня нет ничего, кроме единственной купюры в пятьдесят шекелей да нескольких монет. Только не обижайся на такую скромную добычу, ладно? А может, это террористка, которой нужна машина? Я слышал о подобных случаях. Возьми ее и уезжай, лишь бы этот кошмар закончился.

Надо включить музыку.

Я нажал на кнопку, и тишину заполнили звуки «Венгерской рапсодии». Плывя и кружась вокруг нас, мелодия то набирала темп, то снова затихала.

Тот, кто сидел позади, старался ничем не выдать своего присутствия.

Город постепенно отходил ко сну. Покончив с ханукальными обрядами и рассказав друг другу обо всем, что случилось за день, жители укладывали детей спать, усаживались в кресла и дремали у экранов телевизоров.

В доме Моти и Дины уже зажгли ханукию, дети, топая ногами, распевают праздничные песни, а Дина переворачивает на сковородке маслянистые драники.

И только я торчу здесь. Один. Нет, с незнакомкой у меня за спиной.

Я устал, был страшно голоден и ужасно нервничал.

Временами я притормаживал, как бы подавая знак: ну же, выходи, я не буду ни о чем спрашивать, только исчезни.

Сорок минут, пятьдесят, час…

А может, заехать в полицейский участок? Нет, не годится. Если это беглая преступница, она мне это припомнит.

Сделав еще несколько кругов по городу, я свернул на ведущую в пустыню грунтовую дорогу, по которой мы с Моти любили прогуливаться по утрам. Машина ползла, переваливаясь с боку на бок. Надо ехать осторожно, чтобы не пропороть шину и не опрокинуться.

Моей задачей было сделать вид, что я пошел помочиться, и тем самым усыпить ее бдительность. Не проявляя спешки, я удалился от машины, но она не вышла. Может, ждала удобного момента, чтобы угнать ее?

Обойдя машину, я одним прыжком распахнул заднюю дверь и, прежде чем она успела что-либо сообразить, схватил ее за воротник.

– Что ты… Пусти… – Она пыталась сопротивляться, вырваться, но очень быстро сдалась.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я, выволакивая ее из машины.

– Дай мне уйти, – произнесла она, закрывая руками лицо.

– Уйти? Я сейчас вызову полицию.

– Нет! Пожалуйста, нет. Я по ошибке… Это была ошибка…

– Ошибка? Да я из-за тебя чуть разрыв сердца не получил!

– Дай мне уйти! – закричала она.

– Кто ты? Что тебе от меня нужно?

– Отпусти меня, мне больно!

– Будет еще больнее, если ты не объяснишь, что ты делала в моей машине.

Она принялась молоть какую-то чушь, призванную, скорее всего, пробудить во мне жалость.

– Хватит врать! Ты понимаешь, что ты сделала? Попытка угона машины. Тюремное заключение на срок до нескольких месяцев. Ты этого хочешь?

Но она лишь продолжала слезно умолять отпустить ее.

– Если тебе нечего больше сказать, я еду в полицию.

Вышедшая из-за туч луна на мгновение осветила ее лицо.

Господи, кто это? Она не была похожа ни на беглую преступницу, ни тем более на террористку.

Глава 27

Рут

Только не в полицию! Шука, скорее всего, уже побывал там и, проливая крокодиловы слезы, рассказал, что его ненормальная жена время от времени исчезает, а он так любит ее, так скучает по ней… И полицейские, смахнув слезу, пообещают, что найдут меня и доставят ему в целости и сохранности.

Но водитель продолжал крепко держать меня за шиворот.

– Пожалуйста… – прошептала я.

– Что пожалуйста?

– Только не в полицию, – взвыла я. Ну сжалься же надо мной!

– Почему? Что ты сделала?

– Ничего… – снова принялась сочинять я. – Это все из-за дочки… Выпускной вечер… а у нас не было денег на платье… Понимаешь?

– Что я должен понять? Говори, – встряхнул он меня.

– Я украла, а охранник увидел… Это всего лишь платье…

– Кончай врать.

– Она пригрозила, что убежит из дома, если… Вот у тебя есть дети?

– Не усугубляй свое положение, – с отвращением произнес водитель. – Я вызываю полицию.

Он подтащил меня к машине и толкнул на переднее сиденье. Держа одной рукой меня за волосы, другой рукой он принялся рыться в бардачке своей «даятсу». Достал большой моток веревки и, чтобы распутать его, на мгновение отпустил меня. Этого момента я и дожидалась.

Протянув руку, я нащупала в сумке пистолет.

– Эй ты, руки вверх! – закричала я, выпрямляясь и направляя на водителя Шукину «беретту».

Водитель в панике бросил веревку.

– Вверх, я сказала! – снова крикнула я и отпихнула ногой моток веревки.

Он с изумлением уставился на пистолет в моей руке.

– Не вздумай ничего предпринимать. Ты ведь знаешь, что это за штука.

Глядя на дуло пистолета, водитель медленно поднял вверх одну руку.

– Ты что, не слышал меня? Ну-ка, давай, а не то…

Пистолет без патронов страшен вдвойне, так как пугает не только того, на кого направлен, но и того, кто держит его в руках. Патроны, не думая, что день может закончиться подобным образом, я оставила дома. Подняв вверх вторую руку, водитель продолжал ошеломленно смотреть на меня.

– А сейчас, – крикнула я, направляя «беретту» прямо ему в лоб, – кидай мне ключи, да побыстрее.

Водитель достал из машины ключи, бросил их к моим ногам и снова поднял руки вверх. Лицо его посерело, он выглядел побежденным.

Присмотревшись к нему повнимательнее, я поняла, что знаю его. Но откуда? Где я его видела?

Неважно! Главное – убраться отсюда, да поскорее.

– Свяжи себе ноги. Быстро! – снова крикнула я, не узнавая собственный голос.

Я бросила ему моток веревки, но он продолжал молча смотреть на меня. Пытается загипнотизировать меня, вызвать к себе жалость? Ничего не выйдет, я – опытный боец. Но все же… кто ты? Я готова была поклясться, что где-то видела это лицо. Но где? Когда? В супермаркете? У большого пруда? А может, он приходил к нам стричься?

Нет! Я видела его в культурном центре. Он выходил оттуда вместе с Моти. Они шли, курили и смеялись. Моти познакомил меня с ним и сказал, что это его друг Чок. Чок-пианист… Это он, точно он. Ноктюрн Шопена, соната Моцарта, а еще Лист…

– Скажи, – спросила я, все еще не опуская пистолет, – это ты играешь на рояле?

Он продолжал молча смотреть на меня, и я заметила, что за толстыми стеклами очков скрываются полные необычайной грусти голубые глаза.

– Я слушала тебя сегодня. Ты играл ноктюрн Шопена, верно?

– Чего тебе надо?

– Я только спросила, не ты ли играешь каждый вечер в культурном центре.

– Кто я, не твое дело. Получила то, что хотела, а теперь проваливай.

Ключи были у меня